"Фантастика 2025-20. Компиляция. Книги 1-25 (СИ)
— Люди, убивают! — раздался вдруг старушечий крик.
Кто кого убивает? Не суть важно, потом разберёмся, пока же предстояло разобраться с этими наглецами, покусившимися на чужое имущество. Как там говорил Дима Семицветов в исполнении Миронова… «Товарищи, деньги пока еще никто не отменял. От каждого по способностям, каждому по труду в его наличных деньгах». Так что я бился за то, что заработал пусть и не совсем честным, но трудом. В конце концов, я мотался в Крым, причём не в сезон, да ещё и на творческом вечер выступил.
Как-то все эти мысли молниеносно просвистели в моей голове. А на инстинктах я успел пнуть ногой нахала, как клещ вцепившегося в мою сумку, и тот, наконец, её отпустил. Всё-таки трудно ему было отбиваться сразу от двоих, пока напарник в растерянности всё ещё стоял в паре метров, задумчиво проверяя свою челюсть на предмет возможных повреждений. Следующим ударом был крюк слева в печень, после которого любитель чужих сумок осел на колени, держась за бок и пытаясь набрать в лёгкие воздух. Возникло заманчивое желание добавить ногой по физиономии, но в последний момент я сумел сдержать свои желания в узде. Не хватало ещё этого придурка искалечить.
Трель милицейского свистка заставила второго парня ломануться с места битвы о весь опор, а вот второму, всё ещё пытавшему восстановить дыхание, убежать было не суждено. При помощи очевидцев наряд в лице сержанта и старшины тут же установил виновников происшествия. Молоденький сержант побежал догонять второго грабителя, а всё ещё стоявшему на коленях старшина сноровисто завёл руки за спину и защёлкнул на них наручники. Затем поставил его на ноги, слегка встряхнув.
— Товарищи, кто может пройти в ближайшее отделение милиции для дачи показаний в качестве свидетеля?
Вызвались двое, мужчина средних лет и давешняя старушка, оравшая, что убивают.
— Вам, естественно, тоже придётся пройти с нами, написать заявление, — обратился ко мне старшина.
— А это долго? А то у нас с моей девушкой через два с половиной часа поезд.
— Думаю, успеете, если что — подбросим на служебной машине.
Второго сержант так и не догнал, вернулся в разгар работы со свидетелями, стащил с головы шапку, вытер вспотевший лоб и доложил, что тот утёк дворами.
— Ничего, зато второй ханурик у нас, — довольно заявил проводивший допрос следователь. — Ну что, товарищи свидетели, давайте ставим подписи и можете быть свободны.
К тому времени капитан уже успел выяснить, что я не кто иной, как молодой автор песни «Две звезды», которая очень нравится его супруге, да и ему тоже. «Песню-78» они смотрели, так что зрительная память его не подвела. К тому же он читал мой роман в «Юности», и несколько минут потратил на осанну в мой адрес, отчего заставил меня даже смутиться. А уж когда вспомнил, что песня «Прорвёмся» тоже принадлежит моему гению, чуть из штанов не вылез.
Правда, по ходу дела спросил, чем грабителей могла заинтересовать моя сумка? Я честно выложил из неё пять тысяч и к ним присовокупил договор с подписью Ротару и нотариуса и соответствующей печатью.
— Ого, неплохо у нас оплачивается труд композиторов! — округлил глаза капитан. — С моей зарплатой о таких заработках приходится только мечтать. Может, тоже в композиторы податься?
— Почему бы и нет, если чувствуете в себе талант, — скромно подыграл я.
Капитан выдвинул гипотезу, что грабители знали, что в сумке у меня лежит солидная сумма, и если я деньгами нигде не «отсвечивал», значит, они работали по наводке. Я сказал, что о деньгах знали только Ротару с мужем и нотариус, причём они у него сутки пролежали в сейфе.
— Так и что, не стал бы он вас нагло кидать, так подставляться, — возразил следователь. — Пробьём мы этого Льва Брониславовича по картотеке, попросим помочь местных коллег. Не исключено, что был когда-то где-то замешан, и имеет связи со столичным криминалом. А вы, девушка, молодец, не испугались бандита. Завидую вам, Максим Борисович, экую невесту себе отхватили! Красивая, и при этом ещё и смелая!
Отделение милиции мы покинули час двадцать спустя. До вокзала добрались без приключений, хотя Инга всё ещё никак не могла успокоиться — случай на остановке вызвал у неё бурный прилив адреналина. Да ещё в вагоне успела поскандалить с цыганкой, которая нагло вознамерилась на её место поселить своего малолетнего цыганёнка. Никогда бы не подумал, что моя Инга может быть такой… Ну, не склочницей, конечно, но способной в нужный момент так вот безапелляционно постоять за себя.
Больше до Пензы нас никто не беспокоил. Сумку я положил под подушку, получилось высоковато, зато надёжно. Утром мы с Ингой умывались по очереди, пока я отсутствовал — она приглядывала за баулом. Потом я следил за её вещами. На вокзале посадил её в такси, сам же отправился пешком — мне до дома было идти минут двадцать.
Мама была на работе, отце в поездке, хорошо, что захватил ключи. Помылся с дороги, перекусил и с чувством выполненного долга завалился спать.
Первым домой после полутора суток в пути пришёл батя.
— Как съездил, сын?
— Нормально, деньжат вон немного привёз. Заодно на обратном пути отбился от парочки грабителей, покушавшихся на честно заработанные мною деньги. Ничего, что я взял с Ротару пять тысяч за две песни? Кстати, мам, тебе нужно подписать бланк, а я завтра отправлю его нотариусу… Через пару дней должен получить в целости и сохранности, заказное всё-таки будет. Если к тому времени, правда, не окажется под следствием в связи с покушением на меня московских бандитов.
После ужина я уединился в своей комнате, включил телик и, взяв в руки гитару, начал наигрывать что-то пришедшее в голову. Аккорды напоминали ритм стука вагонных колёс, и я уже мысленно накидывал текст. А неплохая вещь может получиться, думал я, Бузову точно понравится.
В этот момент на телеэкране возникла заставка программы «Время», а следом появились ведущие Игорь Кириллов и Анна Шатилова. А что это у них лица такие серьёзные?
— Товарищи! — начал Кириллов после приветствия скорбным голосом. — От Центрального Комитета Коммунистической партии Советского Союза, Президиума Верховного Совета СССР, Совета министров СССР. Центральный Комитет Коммунистической партии Советского Союза, Президиум Верховного Совета СССР и Совет министров СССР с глубокой скорбью извещают партию и весь Советский народ, что 5 января 1979 года в 15 часов 30 минут скоропостижно скончался Председатель Комитета государственной безопасности СССР Юрий Владимирович Андропов.
Геннадий Марченко
Второй шанс-IV
Глава 1
Наверное, с полминуты я сидел, словно обухом по голове ударенный. Очнулся, когда батя бесцеремонно толкнул дверь и, откусывая от здоровенного бутерброда с колбасой и сыром сразу половину, прошамкал с набитым ртом:
– Слыхал, Максимка? Андропов-то коньки откинул!.. А, ну ты, я гляжу, тоже новости смотришь, значит, точно слыхал. Сказали, что скоропостижно, скорее всего, сердечко прихватило. А вот если бы сказали, что после долгой и продолжительной болезни… Ну да хрен с ним, помер и помер, другого посадят на его место.
Да уж, хотелось бы знать, кого именно. Первым позывом было ломануться к телефону и набрать Сергея Борисовича, чтобы узнать хоть какие-то подробности. Я был более чем уверен, что без вмешательства его команды, в которой по-любому состоят большие чины, тут не обошлось. Но тут же себя одёрнул. Ага, так тебе Козырев и начнёт расписывать подробности устранения Андропова по телефону, зная, что его линия стопудово прослушивается, как и у любого сотрудника УКГБ.
В конце концов, какая разница? Главное, что Юру убрали, царствие ему небесное, а это значит, что теперь ответвление этой реальности от той, которую я прожил в прошлой жизни, начнёт расходиться всё сильнее и сильнее. Ну что, товарищи ловцы-оппозиционеры, есть теперь смысл меня валить? Или это у вас на уровне принципов?
Я отложил гитару в сторону и лёг на кровать, закинув руки за голову. Убьют меня или не убьют – процесс не остановить. Я оказался просто стволом, из которого вылетела пуля. И теперь меня можно хоть переплавить, но пуля летит уже сама по себе и делает своё дело. Например, прошила насквозь председателя Комитета госбезопасности и полетела дальше. Проинструктированные мною через Сергея Борисовича неравнодушные люди теперь действуют сами, и моя помощь, думаю, им уже не понадобится. Ловцы не ловцы, но теперь я имею право расслабиться в плане глобальных воздействий на политико-экономическую движуху в СССР, и заниматься тем, чем хочу. А именно драться на ринге, писать книги и сочинять-подворовывать музыку.