Ректор, жги! (СИ)

— Вот же, черт.
Через пять минут блондинка, уставшая стоять в такой неудобной позе, потрясла конечностями, скидывая напряжение, а затем снова раскорячилась безумной морской звездой.
— Я, конечно, извиняюсь, но не могли бы Вы, Анастасия, объяснить причину своего столь странного поведения.
Девица покосилась на ректора из-под прикрытых век.
— Жду прихода силы.
— Очень интересно. А с чего Вы решили,что требуется именно такая... ммм... странная поза? Это, во-первых. А, во-вторых откуда уверенность, что сила к Вам вообще должна прийти? У неё, ног, знаете ли, нет. И, как блоха, она с одного на другого не прыгает.
— Прекратите. Это же известный факт. Как только человек попадает в параллельный волшебный мир, он обретает магию и становится одним из сильнейших.
— Ну, ничего себе! — продолжал издеваться Эстера,  поражаясь количеству того бреда, который присутствовал в голове писательницы. — То есть просто так, не понятно, за какие заслуги, Вы планируете внезапно стать могущественной магиней?
Писательница проигнорировала вопрос, правда, уничижающий взгляд в сторону ректора все же себе позволила.
— И откуда у Вас такая информация?
— Слушайте, прекратите меня отвлекать! Где же эта гадская сила?!
Не выдержав, ректор начал хохотать, утирая выступившие от смеха слезы. Ну, очень уж весело смотрелась грязная ободранная девица, стоявшая посреди лесных деревьев в этой абсурдной позе с вдохновенным выражением на чумазом лице.
— Дело в том, Анастасия Лебедева, — смог, наконец, Вольдемар объяснить причину своей радости  девице, которая бесилась из-за его смеха, но попытки превратиться в волшебницу все же не бросала, — Вы не поверите, но так не бывает. Человек имеет способности к магии и связь с силой, которой насыщен наш мир, либо с первого дня появления на свет, либо не имеет вообще. А Вы, тем более, такое сомнительное приобретение для этой реальности, что, я боюсь, она ещё не скоро придёт в себя от Вашего присутствия.
— Серьёзно? Вот, блин, гадство.
Девица, перестала, наконец, изображать нечто странное, но очень смешное, и огорченно потеряла лоб.
— Ладно. Тогда хотя бы наколдуйте мне обувь и приличное платье.
— Каким образом? — обалдел ректор.
— Откуда я знаю? Вы же — маг. Вам виднее.
Великая Вечная Мать, почему в голове этой женщины столько всякой дряни?
— Послушайте, Вы, наверное, милая моя, не очень понимаете. Вернее, совсем не понимаете, что такое магия. Это способность чувствовать силу и возможность взаимодействовать с одной из природных стихий. Производство обуви к данному обстоятельств никакого отношения не имеет. Вообще. Поэтому туфли, ботинки и даже тапки создают ремесленники. Хлеб пекут булочники, одежду шьют портные. Представляете?
— Прекрасно, — фыркнула девица, — а Деда мороза не существует.
— Вы что, предполагали, что он есть?
Естественно Вольдемар знал об этой странной традиции соседнего мира ждать выдуманного бородатого мужика с подарками в один единственный день в году.
— Ну, все? Развлеклись? Мы можем, наконец, идти дальше? Столица уже в двух шагах, а мы тут теряем время на всю ту дурь, которой забита  Ваша голова.
Девица насупилась, но двинулась вслед за ректором, к счастью, молча.
Солнце ещё только планировало просыпаться, поэтому по улицам города они смогли добраться к Академии незаметно. Вольдемар с ужасом представлял содержание и количество слухов, увидь кто его в компании полураздетой, по меркам их мира, женщины, которая к тому же, была так растрепана и грязна, что репутацию потом во веки веков не отмыть. Естественно, его репутацию.
Ворота Академии, как и все учебное заведение в целом, охранял Дух, запечатанный первым ректором в фундамент здания.
Вольдемар дотронулся до ручки маленькой неприметной калитки, скрывающейся за побегами растительности, задержал ладонь на несколько мгновений, чтоб Сторож почуял его эманации, а потом отворил дверцу, подпихнув спутницу вперёд.
— Лорд Эстера! Где это Вас носит посреди ночи?
Блондинка подскочила на месте, услышав голос, вещающий из пустоты.
 
— Ротфорд, если ты сейчас же не заткнешься и не прекратить орать на всю столицу, я развею тебя к демонам. — Спокойно сообщил ректор Духу, с которым они невзлюбили друг друга с самого первого дня.
— Ух, какой Вы злой... А что это за страшненькая девица с Вами? И грязная. Любите пошалить, а, Эстера?
Писательница набрала воздуха в грудь, собираясь объяснить невидимому существу, куда и к какой матери он может идти, но Вольдемар, озверевший на финальном этапе их путешествия окончательно, взял спутницу под белы ручки, попутно запечатав ей рот заклинанием "молчания", слабеньким, но чрезвычайно полезным в некоторых ситуациях; Духа одним  движением скрутил до вида маленького энергетического сгустка, отправив в район подвальных этажей;  а затем, поймав поток энергии, телепортировался в свою спальню. Идея так себе, особенно в свете всего происходящего, но он очень сильно хотел остаться уже наедине со своими мыслями.
— Ага! Значит, что-то же умеете! А то лепите мне тут про природные стихии. — Девица, вывернувшись из его рук, обвиняюще ткнула пальцем в ректора, попутно осматривая комнату. — И по какой тогда причине мы топали через лес, если можно было вот так, быстро, оказаться на месте?
— По той, что во время телепортации я разбираю себя или переносимый предмет на крохотные частицы, способные преодолевать расстояние  с мгновенной скоростью.  Так как Вас я знаю всего несколько часов и пока ещё не ощущаю на соответствующем уровне, могли возникнуть проблемы с обратным процессом восстановления частиц.
— Что?
Блондинка пошатнулась, готовясь  видимо, в очередной раз лишиться чувств, и  пребывая в шоке от того  результата, который мог получиться.
 —То есть, была возможность того, что я не вернусь к первоначальном виду? То есть... У меня, например мог нос оказаться на... — она автоматически оглянулась себе за спину, уставившись на пятую точку. — Или руки на месте ног? Вы  что, господин ректор, очумели совсем?И как бы я тогда?
— Никак. Ходили бы ручками, а кушали ножками. И называйте меня Лорд Эстера, — буркнул Вольдемар, упав  в стоящее рядом кресло.
Великая Мать, всего лишь несколько часов в обществе этой писательницы, а такое чувство, что он отпахал полную смену на границе.
— Эй, Ротфорд, поумнел? Успокоился?
— Успокоишься с Вами, как же...
Дух материализовался в центре комнаты густым белым облаком. Девица, все ещё ощупывающая свое тело на предмет правильной расстановки его частей, вскрикнула от неожиданности, отскочила в сторону, зацепила ногой пушистый ковёр, украшавший спальню, и, широко взмахнув руками, плашмя рухнула на пол, еле успев в последнюю секунду поднять голову, спасая тем самым свой нос от грозившего ему перелома.
— Это.... что? — озадачился дух.
— Это? — ректор с сомнением покоился на барахтующуюся в его ногах писательницу и тяжело вздохнул. — Это —  наша новая студентка. Вернее, станет ей после завтрашнего... даже уже, пожалуй, сегодняшнего, судя по встающему солнцу, решения комиссии. А сейчас проводи её в свободную комнату. Кастелянша пусть доставит один комплект формы, объяснит, где привести себя в порядок и покормит. Да... Ещё... Эта девушка из другого мира. Она вообще ничего не знает. Так что ,присмотри за ней. Пока что.
Дух восхищённо приствистнул.
— Лорд ректор, в оригинальности подхода к выбору студентов вы переплюнули всех, кто работал до вас.
Вольдемар молча махнул рукой в сторону двери.
— Идемте. Леди?
Девица покосилась на облако, но все же, поднялась с коленок на которых ползала последние несколько минут по полу, разыскивая серёжку, которая, по её уверению, только что соскочила и потерялась. Дух направился к выходу, она за ним .
— Ротфорд, — крикнул Эстера им вслед, — Прикрой её, пожалуйста, от любопытных. Многие уже могли проснуться. Не хочу, чтоб из моей спальни вышла девица на глазах у всех.