Игра II (СИ)

— Монокоптеры бей! — Рыкнул я, прикрывая голову от багги щитом и рывком натягивая на глаза очки дополненной реальности.
Та тут же раскрасилась новыми красками, отображая пяток целей, разбивая их на цветовые группы в соответствии с предполагаемым уровнем угрозы и подсказывая расстояние до каждой из целей.
Естественно, и багги, и монокоптеры получили ярко алую расцветку, конечно, ещё секунда и они начнут стрельбу по нам изо всех стволов. Миг и в поле зрения появился ещё один объект: вросший внутрь кожи браслет добрался своими щупальцами до нервных окончаний в организме Зубра, налаживая с ним прямой контакт, после чего закреплённый на руке веер сработал: разделился на две части, глядящие вверх и вниз, которые тут же раскрылись, становясь ещё больше похожими на пару вышеупомянутых небольших вееров, из торцов которых хлынул густой синий свет, образуя над Зубром большой энергетический щит. Действительно большой: в метр шириной, и в два в высоту, накрывая напарника будто куполом.
  
                                                                            
После чего время как будто замерло, вернее, следующие несколько секунд произошло столько сразу всего, что, не остановив время, не удастся всё это осознать и описать.
Баги наполовину скатившись с насыпи, чуть ли не в упор наставил на нас ствол крупнокалиберного пулемета, зависшие напротив нас монокоптеры повторили его движение, управляемый мной квадрокоптер долетел до места, разжимая свой зацеп, сбрасывая вниз одну из мин, кусты раздвинулись и на опушку вывалился робот-полицейский так и не избавившийся от повисшего на его теле электрокара, но каким-то образом умудрившегося подняться на единственное свое колесо и покачиваясь поехать за нами…
Крах! Заработал пулемёт багги, прочертив на моём щите ряд из нескольких отверстий, где одна из пуль, пробив эту защиту, застряла в моём многострадальном шлеме, а затем его ствол сдвинулся в бок, сплошным потоком поливая энергетический щит Зубра, который визжал и искрил от бьющего, раздирающего его злого металла, и очень быстро угасал, становясь из ультрамаринового бледно-синим, а затем и нежно голубым. В этот же момент начали стрелять монокоптеры, взметая на земле злые фонтанчики, ломая пластины на моём бронежилете, ударяя меня по ребрам с такой силой, что заставляли меня ощутить себя инвалидом-дистрофиком, вышедшим на ринг против боксёра в супертяжелом весе.
Я выстрелил в ответ, каким-то чудом попадая в несущий винт одного из коптеров, разбил его лопасти и заставил рухнуть его наземь. Следующий миг, в дорогу, прямо позади багги, ударила мина, разрываясь с оглушительным грохотом и отправляя его в полёт, закончившийся прямо на втором монокоптере, после чего эта груда сцепившегося железа улетела в ближайшие кусты, а нас засыпало осколками и асфальтовой крошкой. Мой щит — это выдержал, а вот и так превратившийся в решето энергетический щит Зубра схлопнулся, веера сложились, возвращаясь в своё первоначальное состояние. Я хотел было сглотнуть от внезапности всего произошедшего, но даже на это у нас не осталось времени: справившийся с внезапно изменившимся центром тяжести робот-полицейский устремился в нашу сторону. Пришлось, скрипя треснувшими ребрами становиться на четвереньки и ползти на крутую насыпь, устремляясь к дожидающемуся нас Тузику и прицепленной к нему телеге. И, который уже раз за этот день, добежать мы не успели: рухнуло ещё одно дерево и в образовавшейся прогалине показалась туша нашего очередного противника. Мощный длинный манипулятор с огромными шестернями на конце и метровая циркулярная пила с другой стороны машины, стандартная кабина, шесть мощных колес на вынесенной гидравлической подвеске. Сзади подвешен агрегат для выкорчёвывания деревьев и мощный плуг, всё это завершала пошарканная надпись: «Лесоруб, управление Нижегородским лесным хозяйством».
Обычный лесной комбайн, используемый теми же лесозаготовщиками или лесными хозяйствами для прокладывания противопожарных полос и рвов. Последний десяток лет с внедрением искусственного интеллекта и двигателей на гелии три, который даровал возможность трое суток работать без дозаправки, их часто отправляли в свободное плавание, где они кружили по области, самостоятельно выполняю свою работу, а вот теперь он сошёл с ума, вместе с остальными начав нападать на людей. И не только на людей. Могу поклясться, что именно эта циркулярка нашинковала давешний электрокар, а затем и порубила на куски её заражённых пассажиров. Вот только зря эта хреновина решила выползти из леса, там под сенью деревьев, это был бы страшный противник, но здесь…
Я, хромая на обе ноги и сгибаясь от боли в рёбрах, дошаркал до тележки, отбитыми пальцами вцепился в дробовик с перетянутым красной изолентой цевьём и швырнул его Зубру. Патроны в нём были начинены крупной картечью, перемешанной с магниевой смесью, под поэтическим названием «Дыхание дракона», способной поджечь почти всё что угодно, а в данной ситуации нам сильно и стараться не придётся. Блок с литиевыми батареями в одетой на робота-полицейского машине раскурочен и часть из них болтается снаружи и то, что он умудрился, несмотря на дополнительный вес, вскарабкаться на крутую придорожную насыпь ему уже не поможет, а насчёт местного босса… то мне даже не придётся поворачиваться к нему лицом.
В прицеле моего квадрокоптера он полыхает бордовым, однако я, нажав на кнопку и активируя сброс, сам при этом глядел исключительно на то, как подволакивающий ногу Зубр разворачивается и от бедра трижды стреляет в несущегося на него полицейского, а вернее, в прикрывающую его машину. Три снопа не шибко впечатляющих искр, вылетевших из ствола, произвели очень впечатляющий эффект. Всё дно электрокара — это и была одна большая литий-ионная батарея и вторжение в её хрупкий мир огненной магниевой смеси, привёл к впечатляющему взрыву и прямо-таки бурлящему столбу огня, охватившего и саму машину и упакованного в неё робота-полицейского, который практически сразу сбился с курса, вильнул в сторону и улетел в придорожную канаву, где продолжил прожариваться в рукотворной преисподней. Но даже этот неистовый огонь не мог сравниться с впечатляющим взрывом с которым сдетонировало топливо в комбайне, озарившее всё пространство ярчайший голубой вспышкой и грибом будто ядерного взрыва, также сотрясший всю округу с такой силой, что мои отбитые ноги подогнулись и я свалился на асфальт.
Пару секунд обессилено посидел на асфальте, затем собрался с духом, встал, выдрал из крепления трубу РПГ прицепил заряд, глядя сквозь прицел обвел округу, выискивая новую цель.
Никого не видно.
И кроме рёва бушующего огня больше ничего не слышно.
Прицелился в робота-полицейского, но тот в последний раз соскрёб кусок дерна единственной свободной рукой и окончательно замер, больше не шевелясь.
Босса же от взрыва топливного отсека вообще разорвало пополам и тот замер уже навсегда, вознесся к жестоким небесам свой мощный, но теперь уже никому не угрожающий манипулятор. Я ещё раз огляделся вокруг, стащил с головы каску, глянул застрявшую в её многочисленных слоях пулю от крупнокалиберного пулемёта, пощупал набухающую шишку на макушке. Ещё бы немного и мой путь был бы кончен, с такой дыркой в голове не помогут никакие наноботы. Нацепил каску поверх шишки, пихнул в руки подошедшего Зубра РПГ махнул рукой:
  
— Пошли собирать лут, прикроешь нас.
На робота-полицейского мы даже не стали смотреть, огонь будет там бушевать еще очень долго, а направились к багги, который первым слетел с дороги и пострадал меньше остальных. Оказалось, что тот пострадал настолько мало, что был вполне функционален, дёргал уткнувшимся в грунт пулемётом, крутил колёсами, будто перевернувшись на спину жук, который никак не может перевернуться. После всего произошедшего настроение у меня было не очень, поэтому я не стал разбираться, а приставил дуло пистолета к коробке, которую я принял за управляющий компьютер и пару раз нажал на спуск. Коробка брызнула искрами, и всякая имитация жизни тут же завершилась. Но я, всё равно не доверяя ему, наступил на ствол пулемёта, только после чего полез внутрь, выдирая из него ленту с патронами на двенадцать и семь.