Биография нечисти (СИ)

— Сволочи! Твари! — с трудом ворочая языком, прошептал Макс. — Дайте только выбраться и я отомщу! Вы у меня свинца нажрётесь!.. С-суки!
Он от бессилия заскрежетал зубами и тут же вырубился. Наверное именно этот неожиданный нокаут спас его от серьёзных физических и эмоциональных последствий. Организм включил древнюю как мир блокировку, оборвав связь с реальностью и её восприятием. Только вот через какое-то время эта связь снова восстановилась, и первой её наладила нервная система, сопроводив возвращение в мир чувств, пульсирующей болью во всём теле.
Ощущение было таким словно по нему проехал каток. И всё же пошевелив конечностями, он с некоторым облегчением отметил, что сильных болей не ощущает. Это был верный признак, что ему всё-таки удалось избежать переломов костей.
— Слава Богу! — проговорил он. — Может ещё и выползти отсюда смогу.
Но проще сказать, чем сделать, первая же попытка избавиться от пластикового хомута на запястьях вызвала нестерпимую боль, заставившую завыть от бессилия. Проклятый пластик глубоко врезался в плоть, что мгновенно остудило желание силой разорвать путы.
«Этот Макар знаток своего дела, без посторонней помощи не освободиться», — подумал он.
Макс не знал сколько провалялся в беспамятстве. Возможно минут десять, может час. Если дольше, то шансы, что его отыщет Паха сводились к нулю. Даже если Сержант его искал, всё равно без вариантов — ведь никто не видел как два амбала спустили его в овраг. А может видели?
Но надежда на благоприятный исход мигом улетучилась. Не слишком верилось, что его вообще будут искать.
«Кто я для Пахи? — промелькнула мысль. — Случайный попутчик? Ещё один волонтёр для выполнения какой-то работы? Ну завербует другого, а я так и буду здесь валяться пока не сдохну от обезвоживания или голода».
Собираясь с силами, Воробьёв полежал ещё немного, потом рывком принял сидячее положение и повертел головой. Метрах в пяти от него из земли торчало погибшее накренившееся на бок дерево.
«Может получится перетереть хомут о полено, — подумал он. — Освобожу руки, а там…»
Дышалось в котловане тяжело. На дне скапливались водяные пары, которые даже при сильных порывах ветра практически не рассеивались. Сырость, источающие тепло аномалии в километре от оврага, ещё чёрт знает какие свойства окружающей среды, про которые Макс не знал — всё делало это место настоящей душегубкой.
Встать на ноги и подойти не удалось, зато получилось подползти, хотя на это и было потрачено немало времени и сил. Приткнувшись к дереву спиной, Макс тут же принялся елозить пластиковым хомутом о корявый ствол. Он делал это минут пять, пока не осознал абсолютную бесполезность занятия.
— Только руки себе расцарапал, — со злостью процедил он. — Вот же засада!
  
Глава 28
 
1
Где-то поблизости зашуршала осыпающаяся со склона галька, хрустнули ветки кустарника и вспорхнула напуганная птица. До Макса не сразу дошло, что хлюпающий звук, который он связал с капающим с деревьев конденсатом, это шлепки мокрых лап по вязкой глине. Но когда он это осознал внутри всё оборвалось. Без сомнения какие-то существа вышли на его след и теперь пришли посмотреть нельзя ли поживиться. Вспомнились слова Железняка про кишащий тварями овраг.
— Проклятье! Проклятье! — холодея от ужаса, зашептал Макс. — Только этого мне не хватало!
Из-за спины донеслось утробное рычание, и журналист отчётливо ощутил запах нечистот. Краем глаза он заметил мелькнувшую тень, обернулся и, вытянув шею, уставился на две сияющие точки в нескольких метрах от дерева. Существо всё ещё осторожничало, но сверкающие зелёным светом глаза не предвещали ничего хорошего. Тем более тварь привела с собой компанию. Позади уже мелькали многочисленные обладатели ненасытных глаз, но команда фас пока задерживалась, и хищники только нетерпеливо повизгивали.
— Пошли вон! — как можно громче и яростней закричал Макс.
Но его вопль произвёл не тот эффект, на который он рассчитывал. Торчавшая рядом тварь не только не испугалась, а наоборот с решительностью приняла вызов. Она свирепо зарычала и, ощетинившись, резко скакнула вперёд.
 
Это была злющая лохматая собака. Тёмный окрас и пылающие огнём глазищи превратили зверя в подобие демона. Конечно внешность одичавших псов не шла ни в какое сравнение с четырёхглазыми «скреллингами» и всё же это были дикие чертовски голодные твари, которым ничего не стоило прикончить человека. Следом за вожаком из темноты выскочили и прихвостни. Покрытые колтунами свалявшейся шерсти, вымазанные грязью и облепленные репьями они напоминали исчадий ада с пылающими жадностью глазами.
Первым атаковал вожак. Он попытался вцепиться журналисту в бок, но каким-то чудом Максу удалось извернуться и ударить зверя связанными ногами в морду. Впрочем, этот выпад не остановил пса, а только ещё больше разозлил. Он тут же повторил бросок и снова получил в рыло. На этот раз удар пришёлся прямиком в нос. Пёс взвыл, зафыркал и, отскочив назад, принялся трясти лохматой башкой.
— Отвали падла! — в отчаянии закричал Макс. — Только сунься, башку проломлю!
И вдруг по склону оврага заплясало пятно света. Кто-то стоял на краю и игрался фонарём, выписывая лучом незамысловатые кренделя.
— Да там он! — донёсся женский голос. — Надо просто спуститься вниз…
— Чтобы шею свернуть? — отозвался второй. — Тут и днём только на четвереньках можно, а по темноте-то…
— Надо живность разогнать, — перебил третий. — Вон как глаза мерцают. Ребята говорят «свора» опять объявилась, сколько отстреливали, а всё без толку, каждый раз возвращаются.
В высоте заискрил красным светом фальшфейер. Застыл на время разгораясь, и через секунду, выписав крутую дугу, приземлился метрах в трёх от дерева, вызвав у диких собак настоящую панику. Ослеплённые и ошарашенные яркой вспышкой, они подняли немыслимый визг, после чего, сбившись в скулящую кучу, мгновенно испарились в темноте.
— Так вам, выродки! — злобно пробурчал Макс.
Он и сам был несколько ошарашен. Яркий свет больно ударил по глазам, а треск искрящей начинки фальшфейера неприятно резал слух, заставляя морщиться и жмуриться.
Вскоре он увидел как луч фонаря медленно пополз вниз. Определённо двигались двое. Ругаясь и поминая почём зря всю окрестную нечисть, эти двое чуть не устроили камнепад, но к счастью обвала не произошло, лишь скатилось несколько небольших булыжников.
— Я здесь! — сдавленным голосом крикнул Макс.
Луч скользнул по дереву, замер на лице. Через секунду перед ним остановились две тёмные фигуры.
— Ох, ребята! Как же я рад вас видеть, — проговорил Макс. — Если б не вы…
— Ожидал чего угодно, но только не такого! — приближаясь, воскликнул Паха. — Это ж кто с тобой так?
— Расскажу! Только снимите эти проклятые хомуты.
— А мы думали ты сам сюда свалился! — хмыкнул Блондинчик. — За последний месяц здесь уже двое нашли свою смерть. И всё по пьяни! Нырнули вниз головой и конец.
Илюха вынул нож и, наклонившись, разрезал путы на руках. Следом освободил лодыжки. Но встать на ноги Воробьёву удалось только со второй попытки да и то не без посторонней помощи. Не говоря ни слова Паха и Блондинчик подхватили журналиста под руки и поволокли наверх.
На подъём ушло минут пятнадцать. Это вымотало обоих, и под конец они уже сами нуждались в поддержке. Словно троица пьяниц, они кое-как выползли из оврага и, стараясь отдышаться от непомерных нагрузок, стали как вкопанные.
— Чтоб я туда ещё полез!.. — в сердцах бросил Блондинчик. — Вон как штаны порвал. Не заштопаешь!
— Зато спас заморыша, — сказала Далила. — Когда-нибудь это тебе зачтётся.
Макса отпустили и он тут же рухнул к ногам девушки.
— Понравилась шоколадка? — улыбаясь, спросила она. — Смотри больше не теряйся!
2
Кряхтя и стеная встал на ноги. Постоял немного, вышел на середину крошечной комнаты. Спалось отвратительно. Даже в состоянии беспамятства он ощущал ноющую боль во всём теле. Не способствовала полноценному отдыху и жёсткая металлическая койка, на которую сердобольные хозяева кубрика швырнули старый расплющенный от долгого употребления матрац.