Биография нечисти (СИ)
— Жалобу!? Смешно. Ну пусть найдут кому её направить.
— Да я понимаю, но они-то не понимают, что здесь всё по-другому.
Байрон протянул бокал с Мартини и небольшую шоколадку на блюдечке.
— Наверное в ближайшее время с клиентами будет не просто, — добавил он. — А тут ещё эти отмороженные кланы со своими амбициями, будь они не ладны.
Макс так и смотрел на девушку, пока она снова не повернула к нему голову и с нотками металла в голосе не отчеканила.
— Чего уставился? Заморыш! Отвернись и изучай своё отражение в стакане!
Такой реакции Макс не ожидал. Разинув рот от удивления, он густо покраснел и тут же почувствовал как в душе начала закипать злость.
Бармену девушка ничего не ответила, только подмигнула, забрала бокал и ушла. В то же мгновение Макс почувствовал как кто-то намеренно зацепил его спину локтем. Резко обернувшись он увидел мускулистого здоровяка, который смерил его презрительным взглядом и вальяжно прошествовал следом за прелестницей.
— Ещё водки налить? — спросил Байрон.
— Налей! — мрачный как туча, отозвался Макс.
Хорошего настроения как не бывало. Смесь обиды, злости и чувства собственной неполноценности затмили все остальные ощущения. Но из состояния психоэмоционального ступора его тут же вывел бармен.
— Подсласти горечь разочарования, глядишь полегчает! — сказал он, кивнув на блюдце с шоколадкой, которую оставила девушка. — Ох, уж и девка! Закажет, но никогда не забирает.
Макс покосился на лакомство, чуть помедлил, а потом схватил шоколад и сорвав обёртку, с остервенением запихнул в рот. Жевал активно, аж заскрипели зубы.
— Не принимай близко к сердцу! — улыбнулся Байрон. — Её внешность обманчива, снаружи мягкая, внутри железо. С такими лучше не водиться. Доведёт до морока и поминай как звали.
— Кто она такая?
— Зовут Далила! Многие кто за ней ухлёстывали потом пожалели о своей неосмотрительности, ведь она роковая. Несчастье приносит…
— А этот здоровяк?
— Илюха Блондинчик. С ним надо держать ухо востро! Парень незлобивый, но если уж кто ему перейдёт дорогу — считай пропал. Обязательно найдёт повод отметелить по полной. Первоклассный сталкер, а влюбился в Дальку как мальчишка. Но такова видать его судьба.
Воробьёв залпом осушил стакан и почувствовал как благодатное тепло растекается по телу. Стало легче, и даже щекотливая ситуация минутной давности, неожиданно показалась какой-то несерьёзной и глупой.
«Это ж надо на пустом месте разозлился. И причина-то совсем пустяковая, ну сказала гадость, мне-то какое дело? — подумал он. — А зубы-то у неё великоваты, да и рот тоже».
Бармен невозмутимо плеснул в стакан ещё и подвинул к журналисту банку с солёными огурчиками.
— И чем же эта Далила занимается? — выуживая из рассола огурец, спросил Макс.
— Профессиональный гид, водит заморских туристов по «Зоне», обеспечивая за бабки незабываемыми впечатлениями. Разумеется по тем местам, где может гарантировать определённую безопасность. Но если подворачивается богатый клиент желающий поучаствовать в сафари со зверьём и поиграться в гляделки со смертью, она организует и сафари. Грязной работы не боится. Работает с лучшими хантерами, которые прикрывают группу. Хотя скажу прямо, даже профи не всегда могут защитить. На прошлой неделе одного французика мутанты по частям растащили, так его брат предъявил претензии и требует компенсацию. Только это дохлый номер ведь пребывание обоих в «Зоне» было незаконным. С кого спрашивать? Это ж тебе не Африка!
Захмелел Макс быстро. Поначалу появилось лёгкое головокружение и предательская слабость в коленях, а потом началось нездоровое брожение в желудке и тошнота. Очевидно этому способствовала недельная диета, когда дневной рацион ограничивался банкой тушёнки с парочкой сухих галет. Да ещё «винегрета» из водки, шоколада и солёного огурца добавил.
— Надо бы воздуха свежего глотнуть! — сказал Воробьёв. — Если спросит Паха — я недалеко!
— Только к краю не подходи, когда побродить по окрестностям надумаешь! — бросил Байрон.
Что имел в виду здоровяк журналист так и не понял да собственно и не собирался вникать в смысл сказанного. Больше всего заботила мысль как бы не опозориться и не облегчиться себе под ноги. Отгоняя дурноту он вышел из ресторанчика и постарался как можно быстрее убраться подальше от людских глаз. Завернув за угол, он прислонился к стене и жадно потянул воздух. Уже стемнело, только у горизонта жирной розовой полосой проступали отсветы закатившегося светила. В траве вовсю надрывались сверчки. Шелестел древесной листвой ночной ветерок.
«Зачем же я так напился? — подумал он. — Стакан водки с лишком и считай натощак. Не слишком ли много для разогрева?».
Немного отдышавшись, Макс оттолкнулся от стены и сделал несколько шагов. Только сейчас до него в полной мере дошли слова бармена. «… к краю не подходи» — теперь эта фраза прозвучавшая в голове обрела реальный смысл. Метрах в десяти от ресторанчика земля буквально уходила из под ног, проваливаясь в широченный овраг, за которым виднелась изрезанная трещинами равнина. Из этих трещин лился зеленоватый призрачный свет, точно такой же рассеянный и непостоянный какой Воробьёв наблюдал в Красных Бережках из окна убежища «заготовителей».
— Невероятно! — прошептал он. — Сколько ж там аномалий. Сплошняком, чуть не до горизонта.
За спиной зашуршало, и Макс порывисто обернулся.
В ту же секунду сокрушительный удар в живот заставил его согнуться пополам. Он инстинктивно схватился за живот и с жадностью потянул воздух ртом. Реакция была предсказуемой — удар спровоцировал рвоту и кашель.
— Ну что гадёныш, я же обещал, что ещё встретимся! — сказал Железняк. — Теперь пеняй на себя.
4
Кулаками в основном работал Макар Трегубов. Бил вполсилы, чтобы не вырубить сразу — видимо опыт у парня был в таких вопросах не маленьким, ведь жертва должна оставаться в сознании, чтобы ответить на вопросы. Несколько раз ударил и Железняк, бил расчётливо так чтобы попасть в болевую точку и причинить как можно больше страданий. Поработав так минуту, оба вдруг успокоились.
— Ладно хорош! — бросил Железняк. — Хомутай гоблину руки, а я пока в рюкзаке погляжу, что он там таскает.
— Сука ты, Борис! — процедил сквозь зубы Воробьёв. — Однажды найдётся добрый человек, который оторвёт тебе башку…
— Когда ещё такое будет? — ухмыльнулся бывший капитан. — О своей участи печалься. Не долго небо коптить осталось. Потому читай молитвы, вспоминай родню, может легче станет.
Трегубов заломил Максу руки за спину и затянул на запястьях пластиковый хомут. Обездвижил тем же манером и ноги.
Тем временем Железняк включил фонарик, запустил руку в рюкзак и тут же выудил из него планшет. Повертел гаджет в руках и, обнаружив инвентарный номер, удовлетворённо причмокнул.
— Говорил же отдай сам! — ухмыляясь сказал он. — Разве это барахло стоит жизни?
— Куда этого определим? — поинтересовался Макар. — Здесь замочим или?..
— Руки ещё марать, — Железняк отвесил журналисту подзатыльник и кивнул в сторону оврага. — Спустим придурка в котлован, глядишь сам себе шею и свернёт, а нет так зверьё позаботится. Говорят в этой яме всякого отродья кишмя.
— Ты получил что хотел! — захрипел Макс. — Отпусти!
— Не могу, — оскалился Борька. — Босс сказал кроме своих про штуку с инфой знать никто не должен. Ты не свой, значит, жить тебе не положено.
Воробьёв понял, что развязка близка. Извиваясь словно змея, брыкаясь и ругая своих мучителей, он постарался хотя бы разок лягнуть Железняка. Но тот увернулся и только рассмеялся.
— Ишь как распалился, — процедил Борька. — Не пыхти понапрасну, сейчас всё закончится.
5
Его как следует раскачали и швырнули словно мешок с картошкой. А дальше начался неконтролируемый и крайне болезненный спуск по крутому склону. Глубина оврага оказалась чудовищной, и все прелести эрозийного рельефа с торчащими из земли камнями и корневищами, он испытал на собственной шкуре, порою совершая немыслимые для простого смертного кувырки и кульбиты. Только чудом Макс не свернул себе шею. Возможно ещё и потому, что полчаса назад как следует набрался спиртного. А как известно пьяному и море по колено. Помог ли ему уцелеть алкоголь или ангел-покровитель снова озаботился его земным существованием, но на дно котлована журналист опустился без серьёзных повреждений. Он упал лицом в зловонную грязь, и чтобы не захлебнуться тут же постарался перевернуться на спину. Это далось не просто и всё же после нескольких неудачных попыток он смог лечь на бок и отдышаться.