Биография нечисти (СИ)

— А ты как думал? За последние пять лет она увеличилась на два километра, а «Забор» остался в тылу, как и кордоны вояк. Сам понимаешь, переносить всю сопутствующую инфраструктуру нет денег. Проще сделать вид, что ничего не происходит.
Выждав пару минут, Витька кивнул в сторону бетонных столбов и осторожно двинулся вперёд.
6
Колючая проволока на столбах висела в три ряда. Но местами она уже обвисла, а кое-где прогнила и свободно болталась на ветру. Сразу за забором начинался заполненный водой ров.
— Глубиной метров шесть, — прошептал Карась. — Кувыркнёшься туда и без посторонней помощи хрен выберешься.
— И как попасть на другую сторону?
— Дойдём до холмов, тогда и покажу.
Витька кивнул в сторону поросших деревьями бугров.
— Километр на север, главное не встретить гоблинов.
Двигаться пришлось вдоль забора, согнувшись пополам, каждую секунду рискую нарваться на патруль. Это безусловно подстёгивало, но Максу стало казаться, что Карась просто играет с судьбой. Не таким уж он был и крутым, а чтобы рисковать своей и чужой жизнью большого ума не требуется.
До ближнего холма они добрались без приключений. Ров закончился у его основания, зато столбы с колючкой стали чуть ли не в двое выше.
— Пошли! Пошли! Не останавливайся! — зашептал Витька. — Вояки трутся здесь постоянно, рва-то нет, вот и следят чтоб проволоку не порезали.
Карась нырнул в заросли кустарника и опустившись на карачки начал проламываться сквозь бурьян. Воробьёв полз следом. Ситуация могла показаться забавной, но Максу стало как-то не по себе. Ему показалось, что он делает какую-то ошибку, совершает то, что раз и навсегда изменить его размеренную и вполне благополучную жизнь.
— Осторожнее! — бросил Карась.
Но предупреждение запоздало. Макс с ужасом заметил как его проводник мгновенно скрылся под землёй, скрылся в полном смысле слова. Не ощущая опоры, Воробьев засучил руками и приглушённо вскрикнул, заваливаясь в неизведанное, головой вперёд. Остальное произошло в считанные секунды: он кубарем скатился в какую-то бездонную траншею, крепко ударился плечом, свёз кожу на правой щеке, а потом и вовсе наелся затхлой земли.
— Чёрт! — морщась от боли, процедил он. — Мог бы и раньше предупредить?
— Что!? Не вкусная землица!? — помогая подняться, усмехнулся Витька. — Это только цветочки, а ягодки…
— Где мы?
Макс включил крошечный фонарик и посветил вокруг.
— Ветераны-копатели называют такие траншеи «щупальцами Зоны», — пояснил Витька. — Земля вспучивается и трескается. Возникают разломы и норы. Причём большая часть на «периметре». Кое-кто утверждает, что таким образом «Зона» открывает дорогу новым рекрутам, которые раз проникнув на запретную территорию, уже никогда из неё не уходят.
Витька кивнул на видневшийся впереди проход, уходивший вниз под небольшим углом.
— Вояки знают про такие туннели, и стараются их уничтожать. Но это ничего не даёт — каждый день возникают свежие норы, а чтобы отслеживать их появление нужна техника и люди.
Карась осторожно пролез в проход и поманил Макса рукой, красноречиво дав понять, что теперь нужно соблюдать полнейшую тишину. Туннель оказался достаточно просторным, чтобы по нему мог пройти человек. Но находится в нём было неприятно. Запах плесени и затхлости, сырые осклизлые стены, постоянно осыпающееся крошево гравия и глины — всё вызывало непреодолимое отвращение.
Карась включил свой фонарь и повернулся к спутнику.
— Нора тянется метров на двадцать, — прошептал он. — Главное, чтобы никто не ждал нас на другой стороне.
Воробьёв кивнул и брезгливо поморщился.
— А если обвал?
— Тогда конец, — отозвался Витька. — Никто и пальцем не пошевелит, чтобы откапывать двух нелегалов. Братская могила и загадка для археологов будущего.
  
Глава 2
 
1
Когда впереди замаячило светлое пятно, Витька выключил фонарь и приказал сделать то же самое Максу.
— Шагов за пять до выхода притормози, — едва слышно, проговорил он. — Послушаем фон на наличие недругов. Если всё в порядке — пойдём дальше.
 
Несмотря на первое, не самое благостное впечатление от похода, Макс ни на секунду не пожалел, что ввязался в это рискованное предприятие. Наоборот, он был убеждён, что репортаж, который он собирался сделать по итогам похода в «Зону отчуждения» даст ему мощный толчок для карьерного роста. К тому же подстёгивало и врождённое честолюбие, требовавшее от него какого-то рискованного поступка. Ему было интересно испытать себя на прочность, а азарт первооткрывателя, свойственный разносторонней личности, добавлял самоуверенности.
От духоты и сырости, Воробьёв вспотел. Хотелось пить, стал ощущаться голод, но копаться в рюкзаке в поисках воды и тем самым показывать слабость перед проводником он не желал. Любой поступок, даже такой естественный как утоление жажды, мог крепко ударить по авторитету.
Минут через пять они добрались до выхода. Воздух стал свежее и прохладнее. До слуха стал доносится щебет птиц и стрекотание кузнечиков в траве.
Ещё несколько минут оба сидели у прохода и внимательно прислушивались к звукам и шумам снаружи. Ни голосов, ни лая собак, ни треска радиопередатчиков, которые ожидаемо выдали бы присутствие вояк, они так и не услышали. И тем не менее, на физиономии Карася красноречиво отражалась озабоченность.
— Ладно, пойдём! — сказал он. — У подножия холма заросли терновника и дикой розы, наша задача скрыться в них. А дальше путь открыт на все четыре стороны… Понял!?
— Ты же говорил, что нужно пройти только через «периметр» и нам ничего не угрожает!
— «Периметр» это не только столбы с колючкой и глубокие рвы. Это ещё и километровая пограничная зона с обеих сторон. Так что придётся потерпеть.
Карась повернулся к Максу и криво улыбнулся. В глазах вспыхнули бесовские искорки. Он явно знал больше чем говорил, и это вызвало в душе Воробьёва тревогу.
— Рвём! — скомандовал Карась и стремительно бросился в проход.
С той же прытью за ним кинулся Макс. Они выскочили из траншеи и словно два зайца помчались вниз к подножию холма. Но не пробежав и десяти шагов оба услышали отчётливые щелчки затворов.
— Стоять, падла! — эхом разнеслось над подлеском. — Я кому сказал!..
Сомнений не было, — про нору вояки отлично знали и, не утруждая себя в патрулировании территории, просто стерегли перебежчиков у выхода. Без хлопот и эффективно для создания благоприятной отчётности.
— Разбегаемся! — крикнул Карась. — Потом тебя найду! А увяжешься за мной — договор исчерпан!
Это была крайне неприятная новость — Витька решил попросту его слить. Конечно, подозревать проводника в том, что он знал про вояк и заманил в ловушку, было пока преждевременно, но сомнения в его профессиональной компетентности уже возникли.
— Огонь! — донеслось из-за спины.
Тут же раздались трескучие автоматные очереди, и над головой засвистели пули. До самого последнего момента Макс не верил, что в него будут стрелять. Не верил и в серьёзность угрожавшей ему опасности. Разумеется, для него стало неожиданностью, что вскоре пули стали зарываться в грунт рядом с его ногами. Он превратился в цель, которую в любое мгновение могли поразить.
Его обуял непреодолимый животный ужас, и все дальнейшие поступки уже подчинялись инстинкту самосохранения. Самым простым и во всех отношениях оправданным решением было следовать за проводником, и немудрено что в качестве ориентира Воробьёв выбрал спину Карася. Макс настойчиво, словно привязанный, бежал за Витькой, а тот улепётывал с такой скоростью, будто у него выросли крылья. Шквальный огонь подстёгивал к активности, заставлял петлять, продираться сквозь колючки и даже забыть про глубокие царапины и порезы, оставляемые острыми крючьями.
В какой-то момент Воробьёв почувствовал толчок в спину и услышал как в рюкзаке что-то хрустнуло. Звук вызвал болезненные ассоциации и панический всплеск, от чего Макс неосознанно вскрикнул.