Поцелуй любви для зануды (СИ)

Киан аккуратно ставит меня на землю, Тео осматривается вокруг, но я вижу, что он вообще не понимает, что нужно искать и на что ориентироваться.
— Где звук сильнее всего? — спрашиваю у Киана.
— Здесь, — блондин тыкает рядом с собой.
— Возможно… тут, как в отделе тогда. Есть тумба и нет тумбы, — говорю немного сбивчиво, но по загоревшимся глазам Киана вижу, что он меня понял.
— Тогда только Ты можешь найти, — говорит.
Киваю и, вытянув руки вперед, осторожно иду. Через пару шагов вспоминаю, что тогда догадалась снять очки, делаю сейчас то же самое. Теперь я не вижу под ногами ничего, рискуя упасть, но зато внезапно вспыхивает теплом вытянутая вперед рука. Вот оно! Тогда я тоже чувствовала жар! Двигаюсь за теплом, всматриваясь слеповатыми глазами во все подряд, чтобы случайно ничего не пропустить. Но тут справа от меня загорается огонь. О, да! Такое я бы никогда не пропустила! Яркий, красновато-оранжевый камень, совершенно круглый, лежит на земле, сжигая траву вокруг себя. Подхожу ближе.
— Он здесь, — говорю своим спутникам и тут же ощущаю их присутствие за своей спиной.
— Мы не видим, — говорит Тео с сожалением.
— Ничего…, сейчас…, — обхожу камень по широкой дуге, чувствуя, как нагрелась и печет кожа на лице.
Слова на камне. Четкие, горящие. «Audaces fortuna juvat». «Смелым судьба помогает». Смелым… судьба… помогает. Смелым? Почему смелым? Снова обхожу камень по кругу, чувствуя невыносимый жар, исходящий от него.
— Что ты видишь? — спрашивает Тео.
— Огненный камень. И слова. «Смелым судьба помогает». Что это значит?
— Огненный. Тогда понятно, почему его ощущал только Киан, это его магия, его стихия. Быть может…
— Да что тут думать? — вмешивается блондин. — Где камень, говоришь?
— Прямо возле тебя, если протянешь руку, ощутишь тепло.
Киан делает один большой шаг и останавливается буквально в миллиметре от камня. Вижу, что ничего не чувствует. Блин! Превозмогая страх и нежелание, подхожу к блондину, чувствуя, как невыносимо печет кожа на лице, а по спине просто сплошным потоком льется пот, беру его руку своей ладонью и поднимаю наши руки вместе, переплетая пальцы. Жар такой, что у меня слезятся глаза, а губы начинают лопаться. И тут глаза Киана загораются. Обычно карие, с маленьким лукавым огоньком в середине зрачка, сейчас они вспыхивают оранжевым языком пламени. Блондин делает еще шаг и касается камня. Моя рука лежит на его тыльной стороне ладони, не дотрагиваясь до каменной поверхности, но ее невыносимо обжигает, словно кто-то льет кипяток. Сжав зубы и прикусив губу, терплю, глядя, как Киан ласково гладит камень, словно встретил любимую девушку.
— «Audaces fortuna juvat» — повторяю снова и снова пересохшим ртом, до тех пор, пока не проваливаюсь в небытие.
Прихожу в себя от раздраженных голосов.
— Да причем здесь ты? — почти кричит Тео.
— А кто еще? Ей из-за меня плохо!
— Ей из-за камня плохо, ты тут к чему вообще?
— Уважаемые, хватит орать, — вмешиваюсь в спор, удивляясь, как слабо и тихо звучит мой голос, но оба мужчины моментально склоняются надо мной.
— Я так понимаю, мы опять не дома? — не могу скрыть разочарования.
— Не дома, но есть и хорошие новости, — Тео говорит преувеличено бодро, — мы снова там, где белый туман, вернулись на исходную точку. А значит, нам снова нужно найти тот камень, и ты перенесешь нас домой. Дел на пять минут.
— Ага, — отвечаю, чувствуя, как одинокая слезинка без моего на то желания, скатывается из уголка глаза.
Пытаясь смахнуть ее невзначай, обнаруживаю, что на мне нет очков. Теперь понятно, почему все такое мутное вокруг.
— Стекла потрескались, пришлось выбросить. Но я куплю тебе новые, когда мы вернемся, — говорит Киан.
— Ловлю на слове, — отвечаю, чуть улыбнувшись. — Ну, что? Так и будем сидеть с похоронными лицами, или пойдем дальше?
— Ты же не видишь выражения наших лиц, — усмехается Тео.
— А мне их и не надо видеть, я слышу ваши заунывные голоса.
— Заунывные? Я тебе сейчас покажу заунывные! — Киан в одно движение подхватывает меня на руки.
  
Мы снова выдвигаемся в путь, только теперь Тео идет впереди. А блондин, крепко прижимая меня к груди, говорит в самое ухо:
— Прости меня.
— За что? — смотрю на него удивленно.
— За то, что с тобой было возле камня. Я отвлекся, на меня словно что-то нашло. Такой поток огня и магии. На грани эйфории. Я думал, что ты так же себя чувствуешь. Пока не оглянулся и не увидел… Прости меня, Лара.
— Забудь. Ты здесь совсем не причем. Так было нужно. И все. Не будем больше об этом, хорошо?
— Хорошо. Знаешь…— Киан умолкает, а его сердце под моей щекой внезапно начинает биться сильнее и быстрее. — Я… Хотя ладно, сейчас не время. Потом поговорим.
— Как скажешь, — киваю головой, осматриваясь вокруг.
Снова этот белый туман. Липкий и пугающий. Мы долго бродим внутри него. Складывается ощущение, что он прилипает к нашим волосам, одежде, пробирается в голову, утяжеляя мысли. Первым замечает Тео:
— Это не вода.
— Что? — переспрашиваем мы с Кианом почти синхронно.
— Туман вокруг нас — это не капли воды, я бы почувствовал.
— А что тогда? — уточняю я.
— Не знаю, но он не стихийной, природной магии. Я бы даже сказал, туман какой-то противоестественный.
— Слушай…, — рискую озвучить свою мысль, которая давно бродит в голове, — а может он затуманивать наши мозги? Я поймала себя на том, что мне лень о чем-либо думать и что-то делать.
Мы останавливаемся, переглядываясь.
— У меня точно такое же ощущение, — говорит Киан.
— Ладно, и что нам делать? — спрашивает Тео.
— Идииии ко мнеее, — доносится до меня шепот.
— Что? — удивленно переспрашиваю.
— Да, что будем делать? — повторяет Тео.
— Я не о том. Услышала что-то. Чей-то шепот.
Мужчины оба на меня удивленно смотрят.
— Чей? — интересуется Киан.
— Да откуда же мне знать?
«Идииии ко мнеее».
— Вот, опять.
— Что он говорит?
— Зовет меня.
Мужчины переглядываются между собой.
— Значит, надо идти, — говорит Киан.
— Уверен? — переспрашиваю.
— Нет. Но в этом тумане мы можем блуждать очень и очень долго. В прошлый раз нам, видимо, повезло. А так… хотя бы узнаем, кто тебя зовет. Будет хоть какая-то определенность.
— Согласна. Значит, пошли.
Теперь я иду чуть впереди, а по бокам от меня вышагивают мужчины, все время вглядываясь в туман. Следую на зов, почти ничего не видя вокруг из-за свой дальнозоркости и тумана. Только далеко впереди мигает какой-то маленький солнечный зайчик. К нему и иду.
Из белой мглы до нас доносится рычание.
  
Глава 22
 
— Будь наготове, — командует Киан, — Лара почти ничего не видит, мы будем ее глазами здесь, вблизи.
— Все будет в лучшем виде, — следует совершенно спокойный ответ от Тео.
Рычание усиливается по мере того, как мы подходим все ближе и ближе к тому самому солнечному зайчику. Секунда и из тумана в нашу сторону бросается эфемерная собака. Огромная, злая. С другой стороны, на Тео, нападает еще одна. Мужчины прикрывают меня спинами. Киан легко касаясь туманной псины, заставляет ее рычат и выть. Раздается звук шипения, словно на огонь налили воду, а потом вой стихает и собака тает, опадая клочками тумана. У Тео ситуация похуже, его собака крупнее и хитрее, не лезет в открытую конфронтацию. Киан хочет помочь другу, но тут со спины на него нападают еще два животных — странная помесь собаки и змеи.
Пока я стою, не зная, чем помочь мужчинам, Тео расправляется со своим нападающим и подходит ко мне.
— Лаурисса, стой тут, не лезь, я помогу. Обещаешь не лезть? — брюнет неожиданно берет своими руками мое лицо и пристально смотрит кристально голубыми глазами в мои зрачки.
Киваю, давая обещание.
— Хорошо. Я не хочу, чтобы тебе навредили.
И, прежде чем я успеваю хоть что-то ответить или сделать, Тео на несколько долгих, томительных секунд прикасается своим ртом к моим губам. Он ничего не требует, не просит. Просто предлагает, мягко целуя. Если хочешь, возьми. Но я не принимаю его щедрое предложение. Стою, словно задеревенев. Вот оно! То, чего я так долго ждала! Чего так хотела. Мягкие мужские губы, нежность и трепетность, а я стою и не знаю, что делать.