Ни шанса на сомнения (СИ)

— Нет никаких обстоятельств, Вик. Есть биогенные амины, отвечающие за кристаллизацию чувств. И так как человек высшее эволюционное существо, научившееся подчинять себе иррациональные инстинкты, люди часто проходят мимо своего шанса на счастье, потому что он, как правило, предоставляется в не самый подходящий момент. Только в обществе, наделенном волей и разумом есть возможность контролировать развитие этой химии, во всех остальных подвидах это первобытный инстинкт размножения. Самка выбирает более привлекательного самца, не смотря ни на какие условности.
Приблизившись вплотную, Виктор слегка наклонившись, продолжил шепотом…опаляя дыханием мое ухо.
— Только людям подвластно осознанное подавление чувств. Я не хочу ничего рушить в твоей жизни. Кто я такой, чтобы ее усложнять? Я просто хочу тебе предложить уйти от стереотипов восприятия тебя другими: должна, нужно, нельзя… и искать свои критерии оценки желаемого.
По телу от его теплого шепота проходит дрожь, но голос разума воинственно пищит: ты же не поведешься на это, как последняя дура?!
— Что ты хочешь, чтобы я ответила? — вскидываю на него глаза, пребывая в шоке. От его слов. Голоса. Своей реакции.
— Сейчас, ничего… — осторожно убирает мне за ухо прядь волос. — Просто подумай об этом.
Закладывает мою руку себе на локоть, и тянет вперед.
— И все-таки я расскажу тебе о звездах. Куда идти? — продолжает как ни в чем не бывало.
И ведь рассказывает про астероид Виктория, открытый каким-то английским астрономом, и названный в честь богини Победы. И что есть созвездие Муха, Журавль и Ящерица.
Ужас просто! Чувствую себя рядом с ним Алисой в стане Чудес. Откуда он все это только знает?!
— Ну все, я пришла… — останавливаюсь около своего подъезда.
— Ээээ… нет…я повожу тебя до квартиры, — безапелляционно возражает. — На чай ведь приглашения не поступит?
На какое-то мгновение, от его наглости впадаю в растерянность, и расширив глаза смотрю, как на сумасшедшего. Он вообще слышал, о чем я пыталась ему сказать? Или может думает, что виртуозно, вешая мне на уши интеллектуальную лапшу, я растеклась лужицей и на все готова?
— Я так и знал. Это была шутка. Расслабься, — подталкивает меня к подъезду, и дождавшись тихого писка домофона запросто проходит со мной к лифту. — Какой этаж?
— Шестой… — нажимает кнопку вызова, и засунув руки в карманы покачивается с носка на пятку, уставившись на сомкнутые двери.
— Ну, и чего ты замерла? — снова подталкивает меня за талию. — Заходи! — пропускает в кабину и нажимает этаж. Оперевшись спиной на двери, наклонив голову и слегка прищурившись, разглядывает меня прижавшуюся к зеркалу напротив. — Ты знаешь, что десять тысяч лет назад все люди были кареглазыми, а потом что-то пошло не так и появилась генетическая мутация в результате которой снизилась выработка меланина, отсюда отсутствие пигмента в волосах, и многократное уменьшение в радужной оболочке, что и привело к появлению голубого цвета. Вы с сестрой попадаете в довольно редкую человеческую популяцию…. голубые глаза плюс светлые от природы волосы. Вас таких всего порядка 2 % на Земле, — смотрю на него в очередной раз охреневая. — Наш этаж, — створки лифта открываются, и Бородач делая шаг назад пропускает меня вперед.
— А рыжих?
— Мы вообще — реликт! Ген зеленых глаз и рыжих волос — это рецессивный ген и проявляется только, когда находится в паре с другим рецессивным, что само по себе большая редкость. У нас с тобой будут рыжие дети с голубыми глазами, но есть малюсенькая вероятность, что с зелеными.
Я с трудом подавляю желание страдальчески закатить глаза к потолку и покачать головой. Уму не постижимо! До детей договорился! Он просто…невозможный!
— Что? — с недоумением на меня смотрит, распахивая передо мной дверь в тамбур. Притормаживая, многозначительно таращу на него глаза, давая понять, что дальше провожать не нужно. Все. Пришли уже. Дальше я сама.
— Знаешь что, Вика, глазки мне строить и кокетливо поджимать губки будешь в следующий раз! Даже, если бы тебя ждал дома твой благоверный, а мы оба знаем, что его там нет, я бы все равно проводил до квартиры. Это гарантия твоей безопасности и моего спокойствия. А на все остальное, как-то соседские пересуды и сплетни наплюй! В 99 % эти самые соседи остаются безразличными к призывам о помощи. В лучшем случае, будут прикрывая рот в ужасе подглядывать в глазок и вызовут полицию, которая приедет, когда уже все случилось. К сожалению, это неоспоримый факт, Вик!
 
— Блин, да говори ты тише! Перебудишь всех!
Виктор встает за моей спиной, в ожидании пока я трясущейся рукой найду в сумочке ключи и открою дверь. Пальцы предательски подрагивают, от внезапности всего происходящего, да чего уж греха таить, и от такого близкого присутствия обаятельного энциклопедиста.
— Ну пока… — неуверенно лепечу, поднимая на него взгляд. — Спокойной ночи…
Еще мгновенье, и я буду дома. И гипнотическое наваждение от зеленых глаз рассеется. Я снова стану обыкновенной Викой Красновой, со своими проблемами.
— Секундочку, — растерянно застываю, когда он резко подается ко мне, обнимая со спины. Хочу хоть что-нибудь сказать, но слова застревают в горле, когда разворачивая, он обхватывает мой затылок одной рукой и сминает губы требовательным, но в тоже время нежным поцелуем, от которого пол уходит из под ног. Я могу его остановить, да хотя бы тупо оттолкнуть. Я все это могу, беда в том, что не хочу. Вместо этого руки сами тянутся к нему и как какое-то изголодавшееся животное я включаюсь в поцелуй. Примитивно. С жадностью. Его язык скользит в мой рот, я же как ненормальная тащусь от того, как с мягкой настойчивостью его губы лишают меня воли. На душе полный раздрай. Горько и сладко одновременно. Алексей — в командировке, а я как какая-то одержимая целуюсь с бородатым мужиком. Которого вижу второй раз в жизни. Вкусно, черт возьми. Чувство такое, будто вернулся вкус после затяжной болезни и останавливаться совершенно не хочется. Очнулась я тогда, когда он резко оторвался от моих губ. Упираясь своим лбом в мой, тяжело дышит, словно пробежал километры. При этом закрывает глаза, как будто пытается прийти в себя от внезапного наваждения. Пусть мое сознание немного затуманено, однако я осознаю, что испытываю самое настоящее разочарование. Мне мало. Бесстыдно мало. Я хочу еще.
— Прости, не сдержался, весь вечер хотел тебя поцеловать. Можешь дать мне по роже, — выдыхает мне в губы, поглаживая пальцем шею. — Заслужил!
  
Глава 4
 
На следующий день я проснулась какой-то пожеванной от того, что солнце било в окно даже сквозь плотный тюль. Судя по всему, время было ближе к обеду. С трудом встав с постели, умылась ледяной водой, но привычное средство на этот раз не помогло.
В голове был полный сумбур, мысли беспорядочно скакали с одного на другое. Воспоминания роились. Внутренний раздрай между «как я могла» и «ведь мне же понравилось» заставлял сердце учащенно биться о ребра и мучиться угрызениями совести.
Как сказал Рыжий? «Подчинять иррациональные инстинкты», пожалуй, он прав. Именно это со мной и происходит. Я сама себе пытаюсь внушить, что ничего крамольного не произошло и все будет, как раньше. У меня есть Свиридов, а обаятельный бородач со своими теориями, это всего лишь незначительный эпизод, который не повлияет на мою жизнь.
Включив на кухне чайник, и радио я начала ритмично дрыгаться под дебильную песенку. В конце концов, никто не видит мои дикие танцы, а ничто так не способствует формированию хорошего настроения, как разминка под веселую музыку.
Задев, при очередном заходе тверкинга задницей барную стойку, на которой зашаталась кружка, я угомонилась. Но особого облегчения бестолковой головушке зажигательный танец не принес. Для успокоения нервной системы полезен мятный чай, вот его-то я себе и заварила. Барабаня по столу ногтями, в ожидании пока остынет, я невидящим взглядом уставилась в окно. Дурацкая улыбка, при воспоминании о поцелуе с Рыжим, от которого и сейчас бросало в жар, никак не желала убираться с лица.