Ни шанса на сомнения (СИ)

Итак, что я имею в сухом остатке? Дикое смущение, от пьяной выходки на пляже, терлась об Рыжего, как загулявшая кошка…Трусы свои, идиотка, развесила, как флаги на парад…Зачем-то рассказала про одноразовый секс…
Сейчас, оглядываясь, я понимаю, как смешно выглядела.
Меня вдруг разбирает смех! Такие качели в жизни, что голова кругом и сердце не на месте. То вскачь пускается, то ухает куда-то вниз.
Линц тоже хорош…жонглер, блин, мятежного духа… Посмеялся поди над пьяной дурехой! Хотя, отдать ему должное, он все это безобразие и прекратил… Думает небось, что я распутная оторва, решившая гульнуть напоследок перед свадьбой. Господи, какой позор!
Синий бикини, симпатичный, но довольно простой, на бледной коже, смотрится, конечно, не очень. Косметологиня клялась и божилась, что после пилинга, загар будет липнуть ко мне, как банный лист к известному месту, и самое главное, не нужно будет волноваться о том, что я могу обгореть. Полагаюсь на ее заверения, и использую защитный крем только для лица.
После сытного завтрака, где я с волчьим аппетитом смела творожную запеканку сдобрив ее черным кофе, к обеду я даже не успела проголодаться.
Но чтобы иметь под рукой перекус, наше размещение в гостинице было на завтраках, сходила в уже знакомый супермаркет…конечно, не смогла обойти отдел с фруктами, продырявив пару мандарин. Купила, брикет с мороженым, гигантские фиолетовые сливы, спелые абрикосы и ореховое ассорти.
Весь день, я провела на пляже. Купалась, дремала, ела фрукты, и с завидной регулярностью отклоняла предложения посетить то экскурсию, то рыбный ресторан, то пенную дискотеку. Не понятно, как проникали на закрытую территорию зазывалы, но то что вычисляли меня на раз-два, как жертву, по светлой коже, сомнений не вызывало. Молодые парни-продавцы, активно пытались заигрывать, приглашали покататься по ночному городу на машине или катере вдоль побережья, но я вежливо улыбалась и отказывалась.
Большое красное солнце начало клониться к закату, придав небу оранжево-красный оттенок, тепло потихоньку растворялось. Уперев руки в бока, я, как маленькая пинаю ногой волну, поднимая мелкие брызги вокруг себя, когда, замечаю рядом со своим шезлонгом, фигуру, махающую мне рукой. Присматриваюсь — Линц идет в мою сторону. В красных купальных шортах. Выглядит отлично, подтянутый, крепкий, спортивный, что называется в самом расцвете сил.
Размашистым шагом, не обращая ни на кого внимания, приближается с довольной улыбкой, светящимися глазами и развеваемой ветром челкой. Плоский живот, напряженные мышцы пресса, широкая полоса волос, убегающая от груди вниз под шорты.
Загребает воду ногой и в меня летят сотни маленьких капель. Я взвизгиваю и начинаю брызгать в ответ.
— Попалась, — закидывает меня на плечо, и забежав в глубину, сбрасывает. Я тут же покрываюсь мурашками, но не от холода, а оттого, что другое тело, горячее, больше не прижимает меня к себе.
— Ну держись! — напрыгиваю на него в стремлении уронить. Он лишь немного отступает назад. Не успеваю отплыть, как меня хватают за талию и утаскивают вглубь. С головой погружаюсь в воду. Выныриваю, хватаю ртом воздух, хохочу.
Смахиваю с лица волосы, и вижу перед собой лицо Линца. Он крутит головой, убирает со лба мокрую челку, фыркает. Между нашими губами сантиметров тридцать. Больше не холодно, но дрожь никуда не пропала.
Виктор улыбается. Пялюсь на соленые капли, повисшие у него на ресницах. Надо же какие они у него длинные. И не рыжие, а каштановые!
— До буйков?! — кивает головой.
— Догоняй! — отталкиваюсь от него, и широкими гребками устремляюсь вперед. Он легко обгоняет, как бы я не старалась и с победным кличем плывет дальше. У буйка переворачиваюсь на спину и дрейфую на волнах.
Через несколько минут Виктор возвращается отрывисто дыша.
— За каменистым выступом, — машет в сторону рукой, — есть крохотная бухточка-пляжик, но попасть туда можно только вплавь. Можно завтра взять катамаран и смотаться. Там вода, судя по цвету, прозрачная.
— Я видела, только одна плыть не решилась. Мало ли что. А где ты сегодня был?
 
— Мотался по делам, — переворачивается на спину. — Как тебе здесь?
— Здорово. Очень красиво.
— Я про отель.
— Я оценила СПА. Пол-дня, считай там провела. Мне все понравилось.
— Зачем же еще ездить на море, как не за косметическими процедурами? — насмешливо фыркает, отплевывая воду.
Брызгаю ему в лицо и отплываю. Висну на веревке руками, бултыхая спереди ногами. Линц пристраивается рядом.
— Не жалеешь, что поехала?
— Нет. Мне нужно проветрить мозги.
— Волнуешься из-за свадьбы?
— Нет, — смотрю в даль. — Вот как раз по этому поводу не волнуюсь совсем.
— Тогда что? Просто так, не просят спасти от себя.
— Это не был крик о помощи, — улыбаюсь ему. — Скорее отчаянная попытка напомнить о себе и привлечь внимание.
— Зачем? — смотрит на меня пытливо.
— Потому что я запуталась… — переворачиваюсь и плаву к берегу. Линц плывет рядом.
И когда я уже касаюсь ногами дна, он протягивает руку, и… вот я уже обнимаю его за шею. Прильнув всем телом. Он снова отступает в глубину.
Чувствую тепло дыхания у виска. Припекающее солнце, и прохладу его кожи. Губы — такие же прохладные, пахнущие солью и свежестью.
Он дотрагивается до моих легко, словно намечая точками контур. Потом замыкает его, соединяя языком в одну линию. Раздвигает губы, пробирается глубже, ловит зубами язык, слегка прикусывая его. И снова только губами — сжимая их, стискивая сильно, почти до боли, и опять отпуская.
А потом — по шее, между ключиц, к груди, покрытой мурашками, к съеженным под мокрым купальником твердым соскам. Прижимая к себе все крепче, скользя руками все ниже.
Где-то рядом возмутился противный женский голос. Я задергалась, как, рыба на крючке, но Виктор крепко удерживая, прижал меня к себе закрывая от любопытных глаз плечами.
— Постеснялись бы! Нашли место обжиматься!
Водный велосипед проплыл мимо. Толстуха в цветастом сарафане и белой широкополой шляпе с пыхтением крутила педали, грозно косясь на мелкого мужичка рядом с собой.
Расхохотавшись, я уткнулась носом Виктору в грудь, коснулась губами соленой кожи. Впечатав в себя, он нырнул ладонями мне под плавки, и я отчетливо почувствовала упирающееся в меня возбуждение. Слегка надавив на поясничные ямки, запуская внизу живота сладостную истому, он водил моей промежностью по члену.
Это же край, да? Позволить Линцу лапать себя прямо на глазах у всего пляжа. Да какой лапать! Чуть ли не трахать!
Скользнув по шее, я зарылась пальцами ему в волосы и слегка сжала. Он вздрогнул. Запрокинув голову, сделал пару глубоких вдохов, выравнивая сбившееся дыхание.
Воспользовавшись моментом, я выскользнув из ослабевших объятий, брызнула с кистей ему в лицо слетевшими каплями. И с колотящимся сердцем и сбившимся дыханием вышла на берег.
Накидываю полотенце и падаю на лежак, пытаясь не думать о том, что только что произошло. Получается плохо, потому что мне и стыдно, и смешно…и приятно осознавать, что он ко мне не остыл.
Минут через пять рядом присаживается Виктор. Массирует мне плечи, водит по шее большими пальцами вдавливаясь в позвонки, дышит теплым воздухом в затылок. От его дыхания, у меня волоски по всему телу поднимаются, словно наэлектризованные, и сердце бьется быстрее от волнения.
— Ты замерзла?
— Немного.
— Тогда пошли в номер. Сейчас стемнеет. Помоемся. Переоденемся. И сходим куда-нибудь поужинать. Ты взяла с собой вечернее платье? — гладит большим пальцем у кромки волос.
— Конечно, — отвечаю невозмутимо, поддерживая игру.
— Вот умница!
— Пытаюсь соответствовать!
Ничего у меня с собой особенного из одежды — нет. Ни платья. Ни даже юбки. Переться сейчас в какой-нибудь торговый центр вообще глупо…вздыхаю и одеваю вчерашние джинсы с футболкой.
О нет!
Виктор стоит в зауженных светлых брюках с ремнем и в черной рубашке. Выглядит, как модель с рекламы здорового образа жизни и правильного питания.