Ни шанса на сомнения (СИ)
— Вить, — я слегка замялась, а потом, выпалила на одном дыхании заранее подготовленную фразу. — Я не свободна. У меня есть мужчина.
— Тааак, — его поза из расслабленной сразу превращается в напряженную. Широко расставив ноги, он засунул ладони в задние карманы и наклонив голову, прищурился. — И что со вчерашнего дня изменилось? Я напугал своим пылом? Ммм? Нравственность подняла опущенную голову? Про твоего мужчину я не забыл. Помню, что завтра приезжает.
Настороженно смотрю в его лицо. Он молчит. Угрюмый, недовольный, но не злой.
— Прости, — виновато отвожу глаза.
— Давай просто проведем вечер вместе. Не волнуйся, грязно домогаться не буду. Пойдем, я тебе кое-что покажу, — мягко подхватив меня под локоть, отчего мне стало не по себе, вынуждает пойти с собой.
Мы остановились около склонившегося на бок и поставленного на подпорку черного с хромированными деталями, мощного, судя по внушительному виду, мотоцикла.
— По моему замыслу, сейчас ты должна бурно проявлять восторг.
— Визжать что ли?
— Ну или радостно прыгать, хлопая в ладоши!
— Я на каблуках! — разглядываю с напускным равнодушием железного коня.
— На комплимент напрашиваешься?! — забирает у меня из рук сумочку, взамен вручает черный шлем. — Оценил я твои туфельки! Надевай! — вынимает из багажника второй, с невозмутимым видом кладет туда мою сумку и закрывает.
— В смысле одевай?! — поднимаю на него недоуменный взгляд. — Ты хочешь, чтобы я надела шлем и поехала с тобой на мотоцикле? Я правильно поняла?
— Да! — довольно хмыкнул. — Мне будут завидовать все мужики! Подо мной японский красавец, и обнимает сексуальная блондинка! Мечта!
— Нет!
— Боишься? — провокационно дергает бровью.
— Ты слышал, что я сказала две минуты назад? — не могу удержаться, трогаю мягкую кожу сиденья, скольжу по гладкому пластику и хромированным ручкам. Очень крутой!
— Что не так, Вик?? Что ты себе навыдумывала? Что я тебя в постель сейчас потащу, пока твой Лепрекон не вернулся? — сводит брови к переносице, откидывая рукой упавшую на глаза челку. — Открытым текстом тебе говорю, ты очень красивая и да, я хочу…но набрасываться и насиловать не собираюсь.
— Почему Лепрекон?
— Ну, а как прикажешь мне его называть? Команданте? Уж извини, но с придыханием и почтением не получится…
На нас действительно пялятся. Выходящие из налоговой мужики глазами облизывают спортбайк, и с непрекрытой завистью смотрят на Рыжего.
— Ви-ка, — произносит медленно по слогам. — Решайся, когда еще тебе выпадет шанс прокатится с таким шикарном мужиком, — тычет в себя большим пальцем, — на таком брутальном самце, — переводит палец на мотоцикл.
— Что, второй раз не предложишь? — ехидничаю, подняв на него глаза
— Если тебе понравится, я найду возможность позаимствовать его у Ромки, но он своей игрушкой очень дорожит, просто так, понимаешь ли никому не доверяет. Нужен железобетонный повод. Холит и лелеет, как свою девушку.
— Да? И какой же у тебя?
— Я сказал правду! Хочу сразить наповал понравившуюся девушку. Сногсшибательной красотой и суровой внешностью — блеснуть не могу, — пожимая плечами разводит руки. — Остается только напор, или подвиг, — обхватывает одной ладонью меня за шею, и внимательно смотрит в лицо.
— Прекрати, Вить. Давай на этом закончим, — пытаюсь увернуться, но он не отпускает.
— Тебе же нравится кататься, сама говорила. Обещаю, я буду очень осторожен — шепчет мне в уголок рта, потираясь щекой об кожу. От неожиданности я распахиваю глаза и оглядываюсь по сторонам.
Пользуясь секундным замешательством, поглаживает мою скулу пальцем, а потом накрывает губы своими, не давая шанса отвернуться. Целует так, как в первый раз. Без предупреждения и разрешения. Но то, что я ему отвечаю и есть тот самый зеленый сигнал. Отстранившись, он перехватывает мой ошеломленный взгляд и провакационно подмигивает.
— Ничего не бойся, — забирает из руки шлем и аккуратно одевает на мне на голову.
Ехать на мотоцикле в туфлях на каблуках, тот еще квест.
Ступням на подножках было неудобно, их все время хотелось упереть сильнее, но не получалось — сопротивление воздуха норовило сдуть. Я и на лошади-то верхом никогда не ездила, а сжимать коленями, бедра Рыжего было неловко и одновременно волнительно. От близости его тела у меня внутри все напряглось. По мышцам прокатился предательский жар, а в груди, где в последнее время поселился нервный клубок, словно что-то переключилось, и разлилось мягкое тепло.
— Фике, все не как в кино. Если я наклоняюсь вбок, ты синхронизируешься со мной. Вертеться и нагибаться в стороны — нельзя! Сжимай меня ногами нежнее, — одну руку кладет на мое бедро, — а держись крепче, — припечатывает обмякшей ладонью свой живот, второй. Поглаживает напрягшиеся пальцы. — Я все время должен чувствовать, что ты здесь, а не потерялась при очередном разгоне. Орать и визжать нельзя, даже от переизбытка эмоций, — плавно убирает подножку, запускает двигатель. — Я могу, не так среагировать на твой крик восторга, и тогда будет ЙОБС. Нам обоим.
— ЙОБС… — вытягивается мое лицо, но сквозь опущенное стекло шлема, он этого не замечает.
Мысль о возможном ЙОБС пугает неимоверно. Господи, кому сказать, что я добровольно записалась в отряд самоубийц — не поверит! В повседневной жизни я избегаю опасных ситуаций: в машине пристегиваюсь, плаваю до буйков, даже дорогу перехожу только на зеленый. Экстрим — ни разу не мое!
Сначала я вжалась в Рыжего, крепко обхватив его за талию, испытывая дикий ужас во время, даже плавных поворотов, потому что приходилось, практически ложиться по радиусу дуги. Сделав пару пробных кругов по стоянке, я опытным путем вычислила оптимальное расстояние межу нами, при котором мой шлем не стучался бы об него, вызывая не самые приятные впечатления, а при торможении и разгоне меня бы не болтало.
Что я буду говорить дома — мыслей ноль. Свиридов где-то пьет с друзьями, и я надеюсь вернуться раньше него. Как гулящая, но не пойманная жена, мелькает где-то на подкорке. Да, наверное, я такая и есть.
Почему я не сказала Линцу, что Алексей вернулся — объяснить сложно. Наверное, это желание сохранить иллюзию некой интимности между нами, где третьему — нет места. В этой иллюзии без прошлого и будущего, есть только настоящее, где он — со мной, а я — с ним. И хочется эгоистично наслаждаться прелестью момента, без посторонних.
Карл, что я творю! Где мой разум?
Я прижимаюсь к спине мужчины, напору и обаянию которого, просто не могу сопротивляться. Или не хочу. Ощущаю под ладонями рельефные мышцы пресса, и сквозь цитрусовый парфюм чувствую бешеную энергетику, которая неимоверно притягивает.
Гоняя мысли, нервно стискиваю пальцы на животе и утыкаюсь шлемом в лопатки. Хочется биться головой, но я только прикусываю щеку, стараясь заглушить вопли совести.
Он тормозит у обшарпанного с виду здания, непонятной этажности и размерности, на территории заброшенного завода. Помогает мне слезть, снимает наши шлемы.
— Была здесь? — кивает себе за спину.
— А что это?
— Квест-холл.
— Ааа… — до меня медленно доходит, — мы летом ходили с подругами на перформанс про потерявшихся и волонтеров. Чуть не описались от страха. Но вроде не сюда, — оглядываясь по сторонам.
— Не… — смеется он. — Мы с тобой отправимся покорять океан эмоционального хаоса…но убойную дозу адреналина я тебе обещаю.
— Звучит как-то пугающе… — кошусь на него, поднимая бровь.
— Да перестань, нормально звучит. Я хочу, чтобы ты научилась мне доверять.
— А сейчас вообще угрожающе. Ни как «хочу», а как «придется».
— Для меня ничего невозможного нет, — подмигивая напевает, — в пределах разумного, конечно… — подхватывает за руку. — Не бойся!
Глава 18
— У нас заказано на шесть, — Линц одной рукой постукивает по стойке ресепшена, другой обнимая держит меня, чтоб не сбежала, наверное.