На краю долины аксакалов (СИ)

Не успел он на нас напасть, как земля затряслась, подобно извержению вулкана. Небеса разразились громом, а ветер забушевал с новой силой. Закончилось всё так же быстро, как и началось. Словно из ниоткуда перед нами нарисовался заслон, точно такой же, каким я его и запомнила. Всё тоже озеро растекалось под водопадом, только теперь я смотрела на него с жалостью. Сердце сжималось от одной лишь мысли, что на этот раз прекрасное творение проявилось человеческому взгляду в последний раз.
Глаза Маркуса красноречиво вспыхнули, явно показывая бешенство владельца. Он и догадаться не мог, что остальные амулеты были в нашем владении, а то, что кому-то хватит смелости и сил открыть небесный заслон, ему, наверняка, даже в голову не пришло.
Рёв взволновал всю округу. Не успей я и опомниться, как в небо взмыл ещё один дракон, коем несомненно был Чисава.
Да пощадят нас духи и помилуют верховные, ведь увиденное поразило без преувеличения всех, даже самого Маркуса. В небе, отражая редкие солнечные лучи, блестел никто иной, как золотой дракон. Может, я бы и могла подумать, что это Кьёрк, но совершенно точно понимала, что это не он. Хоть и не видела его в обличии золотого дракона, просто понимала это как-то.
Так значит это наследство. Не знаю, что скрывает сам Чисава, но уверена, что у того свои скелеты в шкафу.
Всё происходило слишком быстро, будто далёкое от нас. Два дракона вцепились друг в друга на фоне сверкающих молний и грозных туч. Они рычали, а вибрация от этих звуков щекотала душу каждого.
— Уходим! — слова наставника тонули в рёве двух драконов. Казалось, что вот-вот мои перепонки лопнут. Я, как приворожённая стояла неподвижно, наблюдая, как сгустки огня летают по всему небу. — Ви, да что с тобой?! Уходим, говорю!
На этот раз Клык не ждал моей реакции, схватив меня за локоть, помчался подальше от эпицентра сражения. В нас то и дело падали остатки огненных атак, если для дракона это пустяк, то для нас весомая опасность.
Я почти не замечала и не обращала внимания на это, не отводила взгляда от тлеющего пепла, что по спирали падал к моим ногам, смотрела на взрывы под тяжёлыми тучами, на то, как искорки огня разлетались в разные стороны, а затем исчезали, не долетая до земли. Я была поглощена картиной, в которой не было места пощаде и миру, была только смерть и страх, но я не боялась, однако душа прыгала в груди.
Драконам не было дела до людишек, что в страхе разбегались в разные стороны, для них важным аспектом была лишь гибель соперника. Не знаю, что чувствовал Чисава, но вот Маркус явно боялся, будто был таким же человеком, как и мы. И не то, чтобы сам был слаб, однако противнику значительно уступал. И дело уже не в мастерстве, а в типичной разнице мощи. Он явно сдавал позиции, и так продолжалось пока Чисава не прорвал плоть чёрного дракона своими длинными когтями. Раздался рёв проникающий под рубаху, куда-то под ложбинку, своими холодными, пугающими щупальцами.
Тут мне пришлось прийти в себя, осознавая всю плачебность нашего положения. Да простят меня духи, но на секунду, буквально на несколько мгновений я подумала, что не хотела бы, чтобы Чисава победил. Ведь тогда, нашему плану придётся сбыться, а это значит никакой магии существовать больше не будет. А мне ведь так хотелось окунуться в бескрайние возможности того, что она может творить. Хотелось увидеть, как горелись глаза и души людей, что узрели то, как волшебно течёт магия из людей.
Но этому быть не суждено. После всего того, что уже было сделано, мне нельзя было мечтать о таком мире, ведь ему не суждено настать. Мне следовало закрыть все эти глупые надежды глубоко в клетку и забыть. Моя цель не спасение магии, увы. Она куда печальней и трагичней. Всё, что держит меня в этом мире — лишь защита людей. Но никак не может существовать одно с другим. И пусть сожрут меня падшие, но я останусь преданной людям, не смотря на любовь к Кьёрку.
Я перетерплю, как очередную невзгоду, вновь проваленное задание или как, ставшее известное теперь, чувство разбитого сердца и надежд.
 
На этот раз я взяла себя в руки и уже сама схватилась за руку Клыка. Бежала куда-то за ребятами из братства и не думала о дальнейших планах. Хотелось, чтобы всё прекратилось. Всей душой желала просто оказаться дома в нашей деревне. Не успела и заметить, как по щекам начали стекать слёзы.
— Хелли, смотри. — окликнул меня кто-то из близнецов. И я обернулась, все кругом стояли и смотрели с открытыми ртами. — Вот это я понимаю революция.
— Это будут помнить веками. — не отводя взгляда, пробормотал себе под нос Клык.
— Мы… мы сделали это? — Зои испуганно вцепилась в свои собственные плечи, незаметно Руфус приблизился к ней и слегка прикоснулся её руки. Она подняла на него плывущий взгляд. — Что же теперь будет?
Я вновь посмотрела на происходящее.
— Сотрудничество.
Перед нашими глазами, закружившись вокруг себя, на землю бессознательно падал чёрный дракон, а над ним рассекая воздух могущественными крыльями, гордо парил золотой дракон. Не успев приземлиться, Маркус приобрёл свою человеческую форму, а ещё через секунду рядом в небе на мгновение появилась госпожа Долорина, всё так же в типичном ей виде. В полёте она обвила тело Маркуса руками, и отыскав в толпе мои глаза, испарилась в пространстве вместе с аксакалом. Мне не показалось, во взгляде этой женщины читалась печаль, отчаяние и злость… на меня?
Нет, Маркус не умер, это понимала и я и все остальные. Будь он мёртв, я бы не стояла, как ни в чём не бывало. Возможно решил, что сымитировать смерть будет сейчас выгоднее, чем погибнуть.
Всё моё братство смотрело на эту картину с гордостью, лишь я одна с некой тоской.
— А дальше-то что? — агрессивно выпалила я и сама удивилась своей дерзости.
Молча Клык положил свою руку на макушку моей головы и развернул её в сторону недавней битвы. Честное слово, рванула бы туда, не держи меня наставник.
Синее пламя из пасти Чисавы устремилось в небесный заслон, который до этого непоколебимо стоял, излучая лишь умиротворение. Сейчас же там царствовал хаос и разруха. Кусочек за кусочком камни откалывались, а вода прежде идеально прозрачная становилась мутная, сера-коричневая. Было удивительным и то, что от водопада исходил нарастающий гул с периодическими звонкими ударами.
Чисава не останавливался, его пламя танцевало в струйках уже противной, грязной воды, уничтожая под чистую то, что ещё раньше называлось “небесным заслоном”. В одночасье вода затвердела, будто превращённая в лёд, а затем, характерно треснув, все осколки рухнули в, теперь уже, совершенно обычный пруд, вокруг которого всё ещё падали остатки булыжников и камней. Шум и грохот от разрухи привлёк немалое количество зрителей.
Представить трудно с каким страхом люди наблюдали за разрушением единственного способа творить магию. Некоторые пытались сотворить хоть какое-то заклинание, а кто-то и вовсе не шевелился, понимая все последствия. Для каждого, кто с рождения обладает магией, лишиться её — тоже самое, что лишиться рук. Было жалко смотреть на тех, кто, теряя рассудок, истерили, плакали, или того хуже, лезли в драку.
Заслон был разрушен и это понимал без малого, каждый кто видел это. Тут и дураку было ясно, как день, что жизнь многих изменится, а у кого-то и вовсе перевернётся с ног на голову.
Рассуждать об этом мне не пришлось, Клык начал уходить, и я последовала за ним, оставляя позади разруху и бьющихся в панике несчастных людей.
Как мы уходили от этого заслона, так же мы оставляли позади жизнь, полную страданий. Это был переломный момент в жизнях всех людей, драконов и магов в прошлом. Не смотря на всё, труднее всего было не осознание предшествующих изменений, а то, что ответственность за будущее лежит на нашем братстве.
Сердце колотилось, закладывало уши давление, а по ногам гуляла слабость. Я устала от всего этого, и больше не могла выдерживать тяжесть всего происшедшего в этой проклятой долине.
Клык немного сбавил шаг, чтобы мы могли сравняться.