Непорочная куртизанка

— Мадам, я хотела бы поговорить с его сиятельством наедине. Потом я предоставлю вам вести дела, как вы находите нужным, но есть вещи, которые я сначала хотела бы обсудить и которые касаются только меня и лорда Блэкуотера.
Нэн даже растерялась немного и уже хотела запротестовать, однако вспомнила, что эта особа не из числа ее обычных девушек. Она явно ни в чем не нуждается и совершенно не владеет ремеслом шлюхи. Не стоит отчитывать ее, если она в любую минуту может попросту выйти из комнаты.
Нэн поглядела на Джаспера и пожала плечами. Тот кивнул:
— Будьте так добры оставить нас, Нэн.
Нэн перевела взгляд с него на Клариссу, снова пожала плечами и вышла из комнаты.
— Итак, что мы должны обсудить? — спросил Джаспер с дружелюбной улыбкой. — Мистрис Гриффитс не привыкла к подобным вещам.
— Очевидно, нет. Шерри или мадеры? — Кларисса по очереди подняла графины. Теперь, оставшись наедине с графом, она почему-то ощущала больше уверенности в себе.
— Шерри, пожалуйста.
Он взял бокал и тарталетку с грибами и откинулся на спинку стула, с настороженной веселостью оглядывая Клариссу. Со вчерашнего вечера она изменилась. И казалась странно решительной.
— Итак, я слушаю.
Кларисса, стоя спиной к нему, быстро глотнула шерри, чтобы немного успокоиться.
— Вы желаете, чтобы я сыграла роль в вашем спектакле. Хочу договориться сразу: этим все и ограничится. Для всего мира я буду вашей содержанкой, но не любовницей в истинном смысле этого слова.
Кларисса густо покраснела. Неужели она произнесла такое? А ведь до этого она в жизни не говорила на подобные темы!
Джаспер нахмурился. До этой минуты он как-то не думал о физических аспектах этого контракта. Просто не подвергал сомнению право на то, чего желает от этой девушки. Он, несомненно, находил ее привлекательной, и где-то в глубине души зрело приятное предчувствие от перспективы уложить ее в постель. Теперь же она выдвигала условия, вызывающие у него досаду и недоумение.
— Не уверен, что понял вас правильно. Вы согласны играть роль моей любовницы, но не быть ею на самом деле?
— Совершенно верно. Никто не будет знать, кроме вас и меня, но... у нас не будет... интимных отношений.
Слова, казалось, застревали в пересохшем горле. Как можно ожидать, что он согласится на подобные условия? Ведь он считает ее шлюхой!
— Могу я спросить — почему?
— Я... я хотела бы отдохнуть от всего этого... — Она неопределенным жестом обвела комнату. — Неужели это так трудно понять, сэр?
— Н-нет... полагаю, что нет, — пробормотал он, немного поразмыслив.
— Насколько я поняла, вы желаете от меня эксклюзивных услуг. Если я ограничу эти услуги только той, которую вы действительно стремитесь получить от меня, тогда мы оба достигнем своей цели.
Она по-прежнему не поднимала глаз и не слышала, как он оказался у нее за спиной: шаги заглушал толстый обюссонский ковер. Поэтому она испуганно охнула, когда он положил руки ей на плечи и погладил затылок — странно утешительная ласка. Она почувствовала спиной жар его тела и затрепетала сильнее.
— Я нахожу это огромной жертвой, — пробормотал Джаспер, поднимая локон и накручивая себе на палец. Его теплое дыхание обдало ее ухо. — По-моему, это нечестная сделка: покупать услуги, которые не будут мне доступны.
Кларисса по-прежнему не шевелилась, почти парализованная необычайной смесью дурных предчувствий и предвкушения чего-то особенного.
— Почему же? Я выполню все, что от меня требуется. Помогу унаследовать состояние вашего дяди. Почему бы не считать меня просто актрисой? Той, кому вы платите за сыгранную роль?
— Но как можно кому-то из нас убедительно сыграть эту роль, если мы не разделим наслаждений, жизненно для нас важных?
Еще минуту назад его не занимал этот вопрос. Но сейчас Джаспер обнаружил, что с нетерпением ждет ответа. Подумать только, шлюха, которую он готов вытащить из грязи, вместо благодарности ставит оскорбительные условия!
— Поверьте, милорд, у вас не будет оснований жаловаться, — убеждала Кларисса слегка дрожащим голосом.
 
Граф повернул ее к себе лицом, и она вынудила себя смело встретить его мрачный взгляд.
— Я собираюсь заплатить Нэн Гриффитс за ваши эксклюзивные услуги. И кажется, именно я определяю, что входит в список этих услуг.
Кларисса смело взглянула ему в глаза:
— Вы предлагаете мне средство избавиться от этой жизни, сэр. Но если вы по-прежнему намереваетесь заставлять меня вести жизнь шлюхи... я считаю это нелогичным. Не так ли, милорд?
Продолжая хмуриться, он потер переносицу большим и указательным пальцами. Она, конечно, права. Но ему и в голову не приходило, что мистрис Кларисса вообразит, будто имеет право диктовать условия.
— Возможно, это так, если взглянуть на дело с определенной точки зрения. Но можно сказать также, что до той минуты, когда вам будет позволено вести иную жизнь, вы должны продолжать делать то, к чему вы привыкли. И зарабатывать на хлеб привычным занятием. Для решения проблемы мне нужна шлюха, и я не могу понять, почему вы так упорно отказываетесь принимать все условия нашего соглашения. Впрочем, вы, должно быть, находите меня отталкивающим?
Он вопросительно вскинул темную бровь.
Конечно, сказать «да» было бы наилучшим выходом, но по какой-то причине Клариссе в голову не приходило им воспользоваться.
— Нет... дело не в этом, — поспешно заверила она. — Я не нахожу вас отталкивающим. Но мне хотелось бы отдохнуть от такой жизни. Не знаю, почему это так сложно понять.
Граф в отчаянии воздел к небу руки:
— Давайте пока оставим эту тему. Я закончу переговоры с мистрис Гриффитс, и потом мы нанесем вам визит вместе. — Он подошел к сонетке и дернул за шнур. — Чем раньше начнем, тем скорее закончим.
Кларисса подумала, что, судя по тону, он выразил самое заветное желание. Но как можно его осуждать? Человек платит за то, чего она не намерена дать. Хотя «пока что» звучит не слишком обнадеживающе. Похоже, он вовсе не собирается соглашаться на такие условия. Что ж, придется справляться с неприятностями по мере их поступления. А их у нее будет, по-видимому, более чем достаточно.
Нэн вошла еще до того, как смолк звон колокольчика, и Кларисса предположила, что она подслушивала у двери.
— Итак, милорд, мы готовы заключить сделку? — спросила она графа, не сводя, однако, сверлящего взгляда с Клариссы.
— Полагаю, что так, — кивнул граф и, в свою очередь, взглянул на Клариссу, неподвижно и молчаливо стоявшую у окна. В глазах Джаспера мелькнуло недоумение. — Думаю, все на обычных условиях, не так ли, Нэн?
— Если только у вас не имеется каких-то необычных требований, милорд.
Нэн положила на секретер листок бумаги и разгладила ладонью.
— Тебе нет нужды оставаться, Кларисса. Я позвоню, когда потребуется твоя подпись.
— Вы сама забота и доброта, мэм. Но, думаю, мне стоит остаться. — Кларисса с уверенным видом уселась на стул, хотя в душе дрожала от страха. — В конце концов, я тоже заинтересована в сделке.
Нэн хотела было запротестовать, но Джаспер покачал головой:
— Совершенно верно, мистрис Кларисса. Я не возражаю против вашего присутствия. Давайте продолжим, Нэн.
Кларисса молча слушала, как ее покупают и продают. Поразительное ощущение — знать свою цену. Слышать, как ее обсуждают, словно товар на лотке.
Нэн в надежде на большие комиссионные яростно торговалась, и Кларисса начинала понимать, почему Мэдди и Эмили утверждали, что матушка Гриффитс всегда позаботится о своих девушках.
Нэн считала, что мистрис Кларисса стоит дома на Халф-Мун-стрит, с кухаркой, экономкой и горничной. Кроме того, она должна получить квартальное содержание на гардероб, портшез в полное свое распоряжение и экипаж. Взамен она обязуется предоставить эксклюзивные услуги графу Блэкуотеру.
Выслушав список требований, Джаспер ни словом не возразил.
— И мои обычные комиссионные, милорд, — деловито заключила Нэн, посыпая песком бумагу, на которой были записаны условия контракта.