"Фантастика 2024-66". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
— Как такое вообще случилось? — водитель даже не повернулся чтобы посмотреть на дорогу, от его запястья до панели шел шнурок нейроинтерфейса. Старик и так видел все происходящее вокруг машины на триста шестьдесят градусов благодаря камерам трака.
— Вы про аварию? — спросила Энн.
— Да-да, но этот кошмар сложно назвать просто аварией. Я их за свою жизнь повидал немало.
Дальше пришлось отвечать мне, так как напрямую лгать Энн не могла.
— В автобусе что-то взорвалось…
— О да, я это понял! На этой серии ненадежные энергоячейки. Я видел, как они дымятся и даже горят, но, чтобы вот так ахнуть — никогда.
— Все случается впервые. Мы тоже были удивлены, когда эта штука под нами рванула! — говоря это, я перебрался на переднее кресло рядом с водителем. Сзади места стало побольше и Ян с девушкой смогли разместиться удобнее.
— Да уж, вам не позавидуешь. А другие послушники? — похоже, что водитель видел этот злосчастный автобус не в первый раз, — монахи?
— А нет, никого там больше не было. Только мы и… водитель, — удачно вышло, что шнур нейроинтерфейса до сих пор болтался на запястье Теодора, — мы — отказники. Ну знаете, вернулись с прощальной дороги. Не выдержали финального испытания и нас отправили обратно.
Я похвалили себя за придуманную влет историю — вышло довольно правдоподобно. И тут я заметил, что Ян на заднем сидении принялся распаковывать «Сияющего».
Глава 8
Как водитель отнесся бы к тому, что у него на заднем сидении вдруг незнакомый человек начал размахивать заточенной железкой, я доподлинно не знал. Но чувствовал, что реакция скорее всего будет негативная. Или хуже того — испуганная.
Даже угрожающую Яну рожу скорчить я не мог. Водитель бы обязательно ее заметил и обернулся. А самое слабое звено в моей команде продолжал творить какую-то дичь — он вытащил клинок и… лизнул его! Потом, жутко собой довольный, подмигнул мне и замотал меч в ремни обратно.
— Стойте! — вдруг закричала Энн, все-таки привлекая внимание старика. Правда к тому времени, Ян успел убрать меч из вида.
— Ты чего кричишь⁈ — обернулся водитель.
— Там отель у дороги мелькнул, остановите возле него пожалуйста, — попросила Энн.
А ведь она права! Чем ехать до Сиднея, а потом возвращаться за «Скарабеями», мы можем успеть до них добраться и сейчас. Энн на ручном управлении один трицикл как-нибудь до Сиднея доведет.
— Да, лучше притормозите у отеля. Пополаскаем нашего приятеля в бассейне, быстрее придет в себя.
Старик глянул на меня так, что сразу становилось понятно, что наших методов лечения он не одобряет. Но разубеждать нас в них он не стал.
— Эх, нахлобучат меня за две внеплановые остановки, — вздохнул он, — ну да ладно, лишь бы ваш товарищ оклемался. Только мы вот так сразу остановиться не можем, за мной сорок бортов идет.
Тягач начал плавно сбрасывать скорость. Это было нам на руку — ведь «Скарабеи» мы спрятали как раз в этой стороне. Нам повезло дважды, к моменту полной остановки Божко оглушительно чихнул и сел на кровати. Обведя нас шальным взглядом, он произнес:
— Когда я уходил из Африканского Корпуса, то не думал, что меня будут еще хоть раз в жизни бомбить. Или в меня стрелять. Я надеялся коротать спокойные дни на платформе…
— Взрывы? Выстрелы? — насторожился водитель тягача.
— Ему это все показалось, он головой лобовое стекло пробил. Странно, что ему после такого черти со сковородками не привиделись, — я постучал пальцем по виску, — Ян переведи нашему спасителю тысячу токенов.
Я знал, что это практически все деньги, которые у нас оставались.
— Не стоит. Я же не ради денег старался. Это же Закон Дороги — помочь попавшему в беду путнику.
— Хороший закон. Но есть не хуже — закон благодарности, мы его придерживаемся, — ответил я старику.
На удивление Ян не стал ныть на тему того, что в нашей компании только он деньги зарабатывает, а разбазаривают все, кому не лень. А спокойно рассчитался с водителем, да еще и горячо потряс руку.
— Спасибо, дедуль!
До трицклов мы добрались почти без приключений. Пару раз пришлось остановиться, чтобы дать Божко перевести дух. Но его плохое самочувствие не сказалось на способности управлять «Скарабеями». Я его еле догонял на трассе. Определенный риск в езде по дороге в открытую был, но чем ближе мы были к Сиднею, тем меньше было шансов, что евгеники решатся на открытую атаку. Взрывов возле города владетель может не одобрить и снести весь монастырь до основания в ответ.
— Не своди глаз с неба! — я усадил с собой Яна, для того, чтобы более ответственная Энн могла следить за Божко. Если тому станет плохо прямо в движении, то дело может закончится еще одной аварией.
— Да, босс! Вижу… солнце, босс! — дурашливо отрапортовал Ян.
— Слушай, дурость хороша в меру. И к месту — ты чего в тягаче устроил? Зачем начал меч обнюхивать⁈
— Я не обнюхал, я облизнул, — признался Ян.
— Еще лучше! Зачем⁈
— Проявил свою специализацию, — гордо ответил парнишка, — и выяснил, что грязь на «Сияющем» это не корка от крови.
— Ты уверен?
— На сто процентов. Это не остатки органики, а краситель и пластификатор! Вранье, провокация и любовь к дешевым трюкам, короче. Святоши на самом деле не такие святые, как хотели бы показаться.
Новость была не очень хорошей. Хоть с момента моей смерти и прошла прорва времени, но проанализировав следы ДНК я бы мог понять, кого именно я порубил на крыше замка. Существовала возможность, что на меня напали не евгеники, а кто-то, кто хотел, чтобы их приняли за монахов. Имея на руках ДНК и подняв архивы, я мог бы это выяснить. Но что-то с моим родовым клинком все-таки не так. Какая-то тайна его окружает, иначе монахи бы не пытались уничтожить нас таким варварским и открытым способом.
Не доезжая до Сиднея, нам пришлось остановиться. Для проезда по городу требовалось разрешение, которое Энн запросила. Транзитный транспорт, ожидая его, съезжал в специальный отстойник, выезд из которого перекрывался шлагбаумами.
Мы облачились в «Муруганы» и вооружились. Стрелковое оружие против авиадронов не лучшее средство. Но с имплантами виртуального прицеливания борьба с ними упрощалась. Имплант сперва устанавливал соединение с системой прицеливания оружия. А потом перед глазами у стрелка появлялась виртуальная метка. Двинул столом — метка сместилась. Эффективно попадать в цели можно было хоть от бедра, хоть на вскидку. Причем оружие передавало данные о скорострельности и отдаче и имплант на лету корректировал положение прицельной метки после первых выстрелов. Вооружаться чем-то тяжелым, вроде пулеметов и ракетниц, я счел нецелесообразным. Незачем было привлекать внимание охранников, сидевших на блокпосту на выезде из отстойника, размахивая большими пушками. Но штурмовые винтовки у нас на плечах висели, пока мы прогуливались вокруг трициклов, разминая ноги.
Наши прогулки никому не мешали, в ответвлении от трассы стояли кроме нас всего пара тягачей с прицепленными к ним пузатыми цистернами, да раскрашенный в кислотные цвета микроавтобус, на котором путешествовали какие-то подозрительные патлатые личности.
— Все, одобрили нам проезд. Поехали, — сказала Энн и направилась к трициклам.
Я содрогаясь представлял себе, как мы грузимся в аэротакси и установка выстреливает нами по баллистической траектории. И вздрогнул, почти наяву ощутив все сопутствующие полету ощущения. Однако выбора у нас не было, аэро было самым быстрым способом перекинуться на северное побережье Австралии.
— Может перед вылетом все-таки себе медицинские импланты вкорячим? — предложил Ян, как только мы тронулись.
— Я поддерживаю твою идею. Но есть одно «но» — у нас на это нет токенов.
— Это да. Но мы можем кое-что продать. Кто бы еще о вас позаботится, если не я. Скипетр, забыл? Штука древняя, чего-нибудь, но стоит.
Ян скромничал. Скипетр однозначно стоил дорого, но только глупец будет его продавать в Сиднее в двух шагах от монастыря. Сбыть музейную реликвию мы сможем, но за копейки в какой-нибудь подворотне. Однако объяснить Яну, как надо сбывать ворованные вещи, я не успел. В отстойник зарулил еще один автомобиль. Не стандартное серийное яйцо, а трехосный монструозный пикап.