"Фантастика 2024-66". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Обычно это так и работало.
* * *
— … а почему вы ничего себе не налили? — улыбнулся я прямо в серьёзное лицо одного из галактических посланников. — Поверьте, земные напитки стоят того, чтобы их оценить.
— О, — согласился тот, зелёный и одутловатый. — Заверяю вас, господин Никс, мы хорошо их оценили — как и многое другое на этой планете. Вы как наместник и управляющий Земли…
— Владыка, — поправил я их. — Согласно местному титулу, Император, если быть точнее.
— Как вам будет угодно, — сухо кивнул делегат, аккуратно ковыряя вилочкой лежащее перед ним блюдо. — Так вот, господин Никс. Как, ээээ, Император планеты…
Я с аппетитом прожевал кусок стейка и запил апельсиновым соком.
— Да-да, господин делегат? Продолжайте.
Двое его коллег, сидящие справа и слева, покосились на меня с таким видом, будто мой оптимизм сейчас был величайшим оскорблением. Они тоже ничего не пили и еле притрагивались к еде. Стоящая же за их спинами внушительная охрана и вовсе ничего не ела, лишь изображала из себя закованные в броню статуи.
Ладно, может быть, алкоголь оказался тут не в тему. Но что-то мне подсказывало, что и речь бы тоже не очень помогла!
— Вы, как Император Земли, — определился делегат, — пытаетесь управлять планетой в одиночку, набрав себе администрацию из местных автохтонов…
— Почему же? — удивился я. — У меня есть Шерри.
Шерри густо покраснела и уткнулась в свою чашечку с кофе.
— Речь не об этом, господин Никс, — поморщился делегат. — До нашего сведения было доведено, что вы отказывались от того, чтобы начать сотрудничество с Департаментом Благополучия Империи…
— Верно, — согласился я. — Отказывался.
— … вот уже пять раз.
Я пожал плечами.
— По-вашему, что-то должно было измениться? Если я отказал один раз, я откажу и все остальные. Простая логика, господа.
Делегат скривился.
— Ваше мнение могло измениться, господин Никс. Управлять целой планетой в одиночку — плохая стратегия, вы могли увидеть, что ничего не получается, власть валится из рук… именно для этого и был создан наш Департамент — чтобы помогать таким, как вы, молодым прогрессорам и первооткрывателям…
— Ну, — я поставил бокал с соком на стол, — если так, то моё мнение тем более не поменяется. Видите ли — у меня из рук ничего не валится. Напротив, всё крепнет и улучшается, как я того и хотел.
— Вы слишком самоуверенны, господин Никс.
— А почему нет? — я улыбнулся. — Не поймите неверно, вы делаете нужное дело. Но наше с вами видение будущего Земли… мы можем немного разойтись во мнениях. И мне придётся тратить время на то, чтобы отстоять свою точку зрения. Вы будете меня просто тормозить, простите.
Посол, сидящий слева, прокашлялся.
— Позвольте, господин Никс. Есть кое-что, чего вы не учли.
— Ну, — я отрезал кусочек стейка, — вы здесь как раз для того, чтобы просветить меня, так?
— Мы — Департамент Благополучия Империи.
— Это я уже понял.
— Мы не просто какая-то соцслужба. Наше влияние охватывает всю Галактику, каждую планету в ней…
— Рад за вас! — я искренне улыбнулся. — Хотя всё-таки не каждую, позвольте заметить. К Земле, например, вы отношения не имеете, и её благополучие — абсолютно не ваше дело.
— В том-то и дело, молодой господин! — вновь заговорил центральный посол. — Мы имеем отношение ко всей Галактике. И к Земле в том числе.
— Департамент, — кивнул посол, сидящий справа, чуть трогая вилкой свой стейк, — отвечает за всё благополучие. Вообще за всё! В каком-то смысле, мы отвечаем за благополучие как за концепцию…
Я не нашёлся, что на это ответить.
— В том числе, — центральный делегат аккуратно указал вилочкой в мою сторону, — мы отвечаем и за ваше личное благополучие, господин Никс.
— Без нас, без нашего Департамента, — заверил меня левый, — вы бы никогда не достигли таких успехов. И уж точно не смогли бы отыскать в бескрайнем космосе эту замечательную планету и стать её управляющим…
— Императором, — настойчиво поправил я.
— Императором, — согласился левый; все трое синхронно кивнули.
 
— Полагаю, — вновь улыбнулся я, — Земля всё-таки принадлежит мне, и разыскал я её тоже самостоятельно.
— Вы полагаете это ошибочно, господин Никс.
— Возможно, вам стоит взглянуть на документ, в котором говорится, что я являюсь владельцем этой планеты? — любезно предложил я. — Сразу после обеда, или, если хотите, прямо сейчас…
— В этом нет необходимости, — «успокоил» меня центральный. — Мы видели копии всех документов. Однако, господин Никс…
— Документ удостоверен имперской печатью и зарегистрирован в имперских реестрах, — поддержал его правый. — А значит, ваше право владения планетой не выходит за рамки законов Империи.
— Мы же, — весомо и доброжелательно заключил левый, говоря всё медленно, как для маленького ребёнка, — представляем Департамент Благополучия Империи. Повторяю: Империи…
— … а следовательно, и ваше благополучие, и планета Земля подчиняются правилам Департамента.
Все трое опять синхронно кивнули. По таймеру они это, что ли, делают?
— Разумеется, господин Никс, — снова заговорил центральный, — никто не отрицает законности документа…
— Как и ваших заслуг в управлении этой планетой…
— Само собой, господин Никс.
— Ничего подобного.
— Более того! Именно из уважения к вашим заслугам, — теперь правый слегка улыбнулся, — мы и предлагаем вам лучшие условия из возможных.
Я переглянулся с сидящими за столом — Шерри, Орловым, Михаилом Распутиным. Это был уже не первый подобный разговор, и на «уникальные условия» они за год тоже успели наслушаться.
— И какие же именно условия вы хотите мне предложить? — я поднял бокал с соком. — Господа делегаты.
— Что ж, — кивнул центральный. — Это уже совсем другой разговор, господин Никс.
— Мы предлагаем вам передать Департаменту всё управление логистикой и ресурсами планеты.
— … в обмен на это вы можете рассчитывать на то, что Департамент организует развитие Земли и её благополучия в лучшем виде.
— За скромную плату в 80% от всех благ и доходов, разумеется.
— Пффф!.. — апельсиновый сок широкой струёй брызнул в лицо центральному послу; тот страдальчески зажмурился. — Простите, мне послышалось? Вы сказали «скромные»?
— Мы именно так и сказали, — невозмутимо заметил правый, пока левый протягивал центральному салфетку. — Мы расцениваем это предложение как крайне щедрое.
— А по-моему, — я душевно покачал головой, — это предложение стоит расценивать как «да вы совсем там охренели, уроды». С каких это, блин, пор, благополучие выглядит таким образом?
Центральный посол с ровным видом промокнул лицо салфеткой и спокойно поглядел на меня.
— Господин Никс. Позвольте… вы, видимо, не понимаете реалий. Предложение действительно щедрое… по сути, это и не предложение вовсе, а жест доброй воли с нашей стороны — в знак уважения к титулу вашего отца и к вашим собственным заслугам.
— Обычно, — правый поднял палец, — наша плата составляет 90%.
— Мы сделали вам огромную скидку, господин Никс, — кивнул левый. — Более того — в качестве ещё одного жеста доброй воли мы оставим при вас и это поместье, и вообще все предметы роскоши и комфорта, которыми вы пользуетесь лично…
— Но вы, разумеется, должны понимать, — закончил центральный, — что отказ от подобных условий неприемлем. Это наше последнее слова.
— А вы должны понимать, — отозвался я, — что первые пять отказов означали «нет».
За столом повисла напряжённая тишина.
— Валили бы вы нахрен с моей планеты, — заключил я. — Со своими необычайно щедрыми условиями и всем прочим. Как я уже сказал — мне и за меньшую ставку не нужен был бы бесполезный балласт, который будет лишь тормозить меня и мешать развивать Землю туда, куда я хочу.
Три вилочки совершенно синхронно легли на стол; три делегата переглянулись — и сурово встали из-за стола.