"Фантастика 2024-66". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
Шварц, конечно, не последняя шишка в городе. Но это хотя бы не Мори, не принц Филипп и не кто-то вроде Медведевых, Суворовых или Громовых. Нет никаких гарантий, что Аннабель не нарвётся на скандал, но хотя бы не такой фатальный, как с вышеперечисленными.
И, в конце концов, разве сам Йошида не действует похожим образом? А это выиграет время.
— Это не точно… это ведь не точно… — Аннабель уцепилась за край стола, собираясь встать.
— Милая леди, — рассмеялся старик. — Раз уж наше сотрудничество пока ещё не расторгнуто окончательно, позвольте дать вам один совет. Чтобы кого-то найти, его нужно… для начала, хотя бы поискать.
Аннабель пару раз моргнула… и резко встала.
— Я осторожно, — сообщила она Орлову. — Так. Небольшая проверка.
— Само собой, — согласился тот. — И не привлекай внимания. Помни про осторожность, про то, что он наверняка видел тебя с Никсом и точно не забыл обиды…
— …как думаешь, эта её «небольшая проверка» обернётся шумихой? — хмыкнул Горыныч, глядя, как Аннабель направляется в сторону Шварца и его ватаги.
— Скорее всего, — вздохнул Орлов. — Надеюсь, не слишком громкой.
— Ну, вот и отлично, — улыбка старика погасла. — Зато теперь у нас есть время поговорить. Не будем тратить его зря.
Глава 8
Человеческий мозг, как и всё в этом мире, имеет свои лимиты и табу. Есть такая информация, которую он просто отказывается обрабатывать. Можно сунуть ему эту информацию под самый нос, разжевать до мелочей, сделать максимально очевидной и достоверной — неважно; мозг просто уставится на неё, как баран на новые ворота, и зависнет, не зная, как быть дальше.
Вот именно что-то такое сейчас происходило и с Агатой. За последние четверть часа она узнала кучу информации, причём такой, что раньше не привиделась бы ей даже в самом бредовом сне. Глядя, как я остановился перед неприметной дверью, она, кажется, долго подбирала вопрос. Глаза растерянно бегали туда-сюда, не зная, на чём остановиться.
— С чего… — она медленно покачала головой. — С чего мне вообще знать, что ты не выдумал это прямо сейчас, на ходу?
Я лишь пожал плечами.
— Ни с чего.
Агата часто заморгала. Судя по всему, такого ответа она не ждала.
— Но Обелиск здесь, у госпожи Рюдзин… разве она бы не знала о таком?
— Разумеется, она знает, — согласился я, осторожно трогая дверь. Не заперто. Похоже, у старухи есть все основания не переживать за собственную безопасность. Наверняка и козырь в рукаве имелся, знать бы ещё, какой…
— Госпожа Рюдзин… — глаза Агаты распахнулись ещё больше. — Она же… одна из самых уважаемых… её репутация… она не…
Я лишь красноречиво хмыкнул. Репутация, угу.
Впрочем, Агата на крючке, и именно эти душевные метания её там удерживают. Романова сама не знает, верить моему рассказу или нет, и сейчас ей очень важно тянуть всё новые и новые подробности, находить доводы за и против. Ну, а когда девочка убедится, что всё сказанное — чистая правда, в ней заиграет другой мотив: желание узнать, что же ещё мне известно.
А узнает она… если я не ошибся, то вот прямо сейчас.
Я толкнул дверь, и та медленно, без скрипа, распахнулась.
— Но что ты хочешь сделать?
— Для начала, — честно признался я, — понять, как эта хрень работает — хотя бы приблизительно.
Увы. Я могу отлично знать эту историю из прошлого, могу иметь представление о том, что такое Обелиски — в общих чертах, но это никак не означает, что у меня есть хотя бы малейшая идея о том, что со всем этим добром делать. Рядом нет никого, кто мог бы это мне объяснить, да и иллюстрированный мануал я там тоже вряд ли найду.
А раз так… почему бы просто не посмотреть?
— А я тебе… для чего?
Я обернулся на эту испуганную реплику. Да уж. Похоже, Агата готова в любой момент броситься наутёк.
— Для страховки, — широко улыбнулся я, делая приглашающий жест — и первым заходя внутрь.
— Что ты имеешь в ви… — Агата несмело шагнула следом за мной… и осеклась на полуслове.
О, да. Было отчего.
Слышать, читать, даже смотреть видео — совсем не то же самое, что наблюдать вживую. Вблизи Обелиск был… колоссальным, пожалуй, что это слово первым всплывало в сознании при виде каменного гиганта толщиной в чёрт знает сколько обхватов, испещрённого странными буквами-рунами давно канувшего в небытие народа. Впрочем, по-моему, это не камень вовсе, а какой-то особый вид кристаллического минерала, едва ли не полуразумный.
Смотрелся он здесь… неуместно. Высоченная жердина торчала посреди скромного интерьера комнаты, словно прыщ на гладком лице. Запрокинув головы, мы с Агатой уставились вверх. Обелиск был высотой, наверное, около десятка метров, и уходил куда-то в разобранный потолок — ко второму и даже третьему этажу.
Хм. Сложно сказать, мы ведь столько плутали в этих одинаковых школьных коридорах, но… Почему мне кажется, что это самый центр здания? Иными словами, точка, из которой накроет всё и всех.
— П-прямо как на видео… — шёпот Агаты был медленным и почтительным, как молитва. — Так ты… ты знал о том, что он будет здесь?
Я склонил голову набок, рассматривая монументальное сооружение, величественное и в то же время в чём-то уродливое.
— Ты ведь слышала всё сама.
Ладно. Прежде, чем мы начнём, нужно оглядеть комнату. Авось, найду что-нибудь интересное… а может, даже найду какие-нибудь спрятанные механизмы. Всё же не зря ведь старуха не заперла комнату и не поставила никакой охраны у дверей. Я медленно двинулся по периметру, обходя Обелиск.
— Значит, ты был прав, — к Агате медленно возвращалось самообладание, и голос становился всё спокойнее, но было видно невооружённым глазом, что это только иллюзия. Девушке удалось собраться с силами и нацепить эту маску, но внутри всё бушевало. — Обелиск мог возникнуть и сам по себе, да, но разобранный потолок… Рюдзин специально заготовила эту комнату при строительстве школы? Как давно она знала об этом?
Я лишь задумчиво кивнул. Хм… комната как комната, ничего необычного. Кроме Обелиска, я имею в виду. Ну, я и не ждал, что помещение окажется хранилищем артефактов или библиотекой древних фолиантов.
— Так ты говорил о страховке, — напомнила Агата. — Что ты имел в виду?
Я поглядел на абсолютно пустые помещения второго и третьего этажа наверху, а затем перевёл взгляд на Агату. Девушка пыталась держаться уверенно.
— То и имел, — отозвался я. — Мне нужен кто-то… способный банально последить за дверью.
Приблизившись к Обелиску вплотную, я постучал по нему костяшками пальцев; Агата чуть вздрогнула, но я лишь улыбнулся. Нет, сейчас махина не работала — к счастью для нас.
К несчастью — времени осталось немного, и действовать надо было быстро и безошибочно.
— Разве ты…
— Я собираюсь немного покопаться в этой штуке, — отозвался я, проводя пальцами по выдолбленным узорам на поверхности. Интересно, сколько времени ушло на обработку материала, который почти ничего не способно уничтожить? — И со стороны это будет выглядеть как… транс.
Оттиск. А чего странного, если всё, что привнесли Обелиски в этот мир — боль, смерть и страдания? Разумеется, здесь был и Оттиск. Но Агате ни к чему знать все эти тонкости и терминологию.
— И во время этого транса, — продолжил я, опускаясь на пол, — моё тело останется тут, лежать на полу, ни на что не реагируя, совершенно беззащитное. Вот тут мне и понадобится небольшая страховка.
— Но… — Агата покачала головой. — Если что-то произойдёт, что я смогу сделать? Разбудить тебя, или…
— Ни в коем случае, — я поёрзал спиной, устраиваясь у Обелиска поудобнее. — Просто дай мне время. Совсем немного времени.
Шухер, конечно же, и правда не помешает. А ещё… ещё он даст Агате чувство причастности, заставит ощутить себя важной деталью плана. А значит, вновь мотивирует остаться со мной после Оттиска — до момента, когда она будет нужна мне по-настоящему.
Что до Оттиска, то он был откровенно никаким. Сила еле ощущалась, и, конечно же, в обычной ситуации я бы прошёл мимо, даже не взглянув на такое убожество. Видимо, событие, которое запечатлел Оттиск, было хоть и трагическим, но не больно-то впечатляющим.