Двигатель бесконечности (СИ)
Может, Пенни Роял разрушил колонию экстрим-адаптов, чтобы прогнать Пейса? Я не видел в этом особого смысла, однако сейчас мистер Пейс быстро приближался, и теперь я хоть и не полностью, но понимал его. Да, если отдать ему шип, он использует его против Пенни Рояла. Но сперва обратит шип против меня. Но он должен еще добраться до меня, а тут это силовое поле…
Едва я об этом подумал, поле отключилось, и один из проекторов, пролетев над самой моей головой, приземлился между мной и ИИ. Потом поле активировалось снова, окружив Пенни Рояла, а меня оставив снаружи. Я повернул прочь, получив некоторое представление о том, что же нужно было здесь Пенни Роялу.
– Сепия… – Попытка восстановить нашу связь повлекла за собой лишь шквал извещений об ошибках. Тогда я кинулся к ней, крича по радио: – Сепия, бегом к шаттлу. Быстро!
– Что? Почему?
– Мистер Пейс только что прибыл сюда и хочет убить меня.
Кошечка развернулась и неверным шагом двинулась к шаттлу.
– Слишком поздно, – упало на мой форс сообщение Рисс. Сразу за ее словами последовали рельсотронные ракеты.
Брокл
«Высокий замок» выскользнул из У-пространства, тут же укрывшись под «хамелеонкой». Средство, конечно, хорошее, но недостаточное, чтобы полностью спрятать судно от государственных кораблей. Они поняли: что-то прибыло, только не знали что и куда. Брокл осмотрелся.
Двадцать прадорских кораблей держались разомкнутым строем отдельно от государственной флотилии, отойдя от нее на сто шестьдесят тысяч километров. Два государственных дредноута и семь ударных кораблей образовали кольцо, обращенное к гипергиганту. Плотность переговоров была высока, и Брокл, обладавший нужными кодами, вошел в сеть. Обе стороны готовились к отходу, их короткий альянс завершился, но дипломатические отношения пока сохранялись – похоже, бывшие противники всё же пытались создать более прочные связи.
Ведущий государственный дредноут передавал данные «Истоку», Ткач и боевой дрон Амистад общались с главой Королевского Конвоя, а Государство получало информацию о прошлом и настоящем Свёрла и прочих ренегатов-прадоров. В силу необходимости процесс шел медленно и весьма осторожно, поскольку, несмотря на то что после войны минуло уже сто лет, участники, представлявшие две цивилизации, подошли слишком близко к взаимному истреблению. Кроме того, стороны проверяли благонадежность друг друга, сравнивая полученную информацию с уже известной. Как же обидно прерывать эту милую вечеринку.
Переключив внимание на систему вооружения «Высокого замка», Брокл сделал выбор, наметил цели – и запустил два государственных У-прыжковых снаряда перпендикулярно гипергиганту. Они материализуются в вакууме по ту сторону солнца и будут ждать новых координат, чтобы прыгнуть обратно. Затем Брокл отправил в полет парочку сильно модифицированных ракет: громоздких, приплюснутых, с одноразовыми движками, с У-характеристиками, которые совсем не походили на государственные, и намеренно введенными погрешностями. В отличие от первых двух, они не способны были возникнуть прямо внутри цели. Их Брокл послал к поясу астероидов, где они тоже подождут обновлений задачи. Потом Брокл отключил «хамелеонку» и, запустив термоядерный двигатель, устремился к сбившимся в кучу кораблям.
Коммуникационная сеть тут же открылась – потому что «Высокий замок» ждали. Его заданием было расследовать ситуацию с Цехом 101 после того, как флотилия разберется с проблемой. Кроме того, ему предоставлялось право вмешаться, если окажется, что проблему не решить простым применением ПЗУ и атомных лучей.
– Ты опоздал, – сказал ИИ Гарроты.
Брокл приоткрыл полосу пропускания – не слишком, но достаточно – от имени ИИ «Высокого замка», который не просто находился под его контролем, но стал одной из единиц расчлененной сущности Брокла. Осознав, что никто и никогда не видел Пенни Рояла целиком, Брокл позволил себе вырасти как физически – конгломерация его единиц составляла теперь шар диаметром в шесть метров, – так и ментально. Сейчас он был по-настоящему готов разобраться с Пенни Роялом.
– Характер нашего задания заставил меня высадить человеческий экипаж, – ответил Брокл. – Необходима высокая маневренность, как при конфликте ИИ с ИИ.
Такое уже случалось прежде, когда Государству приходилось разбираться с отступниками-ИИ – и корабельные ИИ форсировали системы до таких пределов, что людей буквально размазало бы по стенам.
– Какого задания? – переспросил Гаррота.
– Закрыть У-пространственную связь и ждать физической доставки данных. Пресечь все контакты с нашими прадорскими друзьями, – велел Брокл. – В соответствии с планом беру командование на себя.
– Так плохо? – поинтересовался Гаррота.
Связь Брокла с двумя дредноутами и семью ударными кораблями позволила ИИ убедиться, что его приказы выполнялись. Коммуникаторы переключились на прием и передачу только микроволновых пучков лучей. Каналы, соединявшие государственные звездолеты с двадцатью судами Королевского Конвоя, резко закрылись, но Брокл тут же протянул свою линию к главному кораблю прадоров – позже эта связь понадобится. Корабли из Королевства тут же начали перестраиваться, подозревая своих недолгих союзников в нехороших намерениях. Дежурный прадор попытался что-то спросить, но Брокл быстренько заткнул его.
Гаррота тоже отдал приказ, и человеческие экипажи на борту двух дредноутов отправились в анабиозные капсулы. Им предстояло погрузиться в гиперсон, чтобы бистабильное жидкое стекло проникло в их тела и сделало плоть тверже алмаза. В этом состоянии люди были уязвимы не больше, чем кристаллы ИИ, управлявшие их кораблями. «Высокий замок» тоже обладал таким оборудованием, что тревожило, поскольку Гаррота и другие ИИ могли удивиться, почему он им не воспользовался. Но брать свои слова назад уже поздно.
– Осуществлено вторжение в У-связь, – заявил Брокл. – Возможно, что и в корабли тоже, включая суда Конвоя.
– Понятно.
– Материальные единицы информации будут вскоре отправлены.
Сообщив это, Брокл принялся отламывать от себя комья частиц, почти такие же большие, каким он сам был на «Тайберне». По коридорам и трубам реконструированного корабля они быстро устремились к одиннадцати подготовленным для путешествия сенсорным зондам. Два были запасными, на всякий случай.
– Я по-прежнему озадачен, – сообщил Гаррота. – Последний приказ Земли-Центральной гласил: отступать.
Несмотря на сильно расширенное сознание – или благодаря ему? – Брокл ощутил раздражение другого ИИ и, будучи в курсе его истории, заявил:
– Ты и все остальные должны знать, каково наказание за самонадеянность и недооценку врага.
– Да… но самый страшный враг здесь – вероятность разрыва пространства-времени. Из-за этого нам и велели отступить. Трансформация Пенни Рояла вторична…
– Вам велели отступить потому, что Земля-Центральная хотела, чтобы именно это и услышал Пенни Роял.
– Ох.
– Вот-вот, «ох». Полностью ли ты понимаешь то, что здесь происходит?
– Полагаю, да, – уклонился от прямого ответа Гаррота.
– Ограничения ИИ физические, – тоном лектора начал Брокл. – Количество доступной энергии, сложности передачи и обработки данных в твердой среде даже при использовании квантовых процессов. И, конечно же, время. ИИ способен войти в У-пространство и преодолеть некоторые темпоральные проблемы, но длительное пребывание в подобных условиях требует огромных объемов энергии из источника в реальном пространстве. Существуют и другие ограничения.
– Как джайн-ИИ, – заметил Гаррота.
Брокл на микросекунду замешкался, извлекая соответствующую информацию из памяти ИИ «Высокого замка». Как же он упустил? Очевидно, джайн-ИИ пошли по собственному пути трансформаций и внедрились-таки в У-пространство. Энергетические источники, поддерживавшие их, давным-давно иссякли, а они все сидели там, медленно пережевывая безразличные мысли. Они регрессировали, они забыты…
– Как джайн-ИИ, – согласился Брокл. – Но у Пенни Рояла иной путь. Если он выживет, нырнув в Лейденскую воронку, если перешагнет горизонт событий, если уцелеет, спрессованный черной дырой, то сумеет развернуть технологию У-пространственной обратной связи, которой обладает, чтобы упорядочить материю сингулярности. В подобном состоянии он окажется вне времени и получит в свое распоряжение практически неограниченный поток энергии.