Господин маг, это не лечится!

– Непременно, – кивнул ему Илья. – И у меня тоже есть просьба. К нам вчера девушку привезли, лет девятнадцать – двадцать, одета хорошо, не голодала, не работала тяжело, хотя в неплохой физической форме. Есть застарелые шрамы, как от пыток: ногти сорваны, зажившие ожоги, порезы. Невысокая, блондинка, глаза серо-голубые, о себе ничего не помнит, только имя: Ольховская Софья Павловна. Насчет возраста и домашнего адреса выдает полнейшую ерунду, так и что и с именем может ошибаться. Ты посмотри, не подавал ли кто ее в розыск.
  
– За последние дни точно нет, мы всю сводку по Снежеграду просматриваем, – сходу ответил Макар и набросился на пирожки. – Но я еще у своих поспрашиваю, вдруг что всплывет. В остальном-то как дела?
– Емельянов снова отказал в посте старшего городского алхимика. Говорит, неблагонадежный.
Макар покачал головой, затем сделал большой глоток чая и продолжил жевать. Неудивительно, что при такой диете его мучает изжога. Завтракал бы уже полноценно, а не набивал живот пирожками. Но сегодня Илья так устал, что решил не поучать старлея.
– Самодур он, – постановил Макар. – На женитьбу намекал?
Илья не стал отвечать, только отхлебнул чай. Их губернатор уже не раз давал понять, что мужчине без женщины рядом никак. Тем более на важной государевой службе и с двумя детьми на руках. Как это связано – Илья понимал плохо, но и переубедить Емельянова ему не удавалось. Хочешь должность старшего алхимика – будь добр предоставь жену.
– Он и прямо говорить не стесняется, – признался Илья. – Только в моих планах девицам места нет. Я слишком занят в лаборатории и дома, совершенно нет времени на ухаживания. Да и потом, жена начнет требовать внимания, участия, захочет еще детей. Так на работе вообще можно крест поставить!
– Тебе нужно найти кого-то, кто согласится сыграть роль невесты, а потом исчезнуть, – ткнул в него пирожком Макар. – Ну вроде с любовником сбежать.
Илья нахмурился, хотя это и было иррационально. Никакой невесты еще и в помине нет, а его уже задевает факт ее выдуманной измены. Да и с чего бы ей ему изменять? Внешность у него приятная, доход и того больше, анатомии женской обучен…
– Или там погибнуть трагически, но постановочно, – продолжил Макар. – Была бы девушка, а куда ее сплавить всегда найдется.
– Вопрос – где ее взять.
– Ну здесь я уже помочь не могу, – развел руками Ахметов, – мой круг общения – воровки, аферистки, потаскухи… Из коллег никто не согласится на такую авантюру, даже за деньги, и матушка твоя не одобрит невестку из служивых.
Матушка, Лизавета Сергеевна – еще одна большая проблема. Кажется, из всех женщин ее одна Тася и могла выносить, пока не скончалась от непонятной хвори. Оставшись без жены, Илья еще больше погрузился в науку и пока даже думать не хотел о серьезных отношениях.
– Не одобрит, – согласился Илья. Она и Тасю третировала, хотя в те годы и жила отдельно. Все попрекала, что та недостаточно хороша. Илья с матушкой разговаривал, пытался пресечь ее нападки, но этого хватало ненадолго. Ну нельзя заставить одного человека полюбить другого! Илья и сам в материнской любви не купался: Лизавета Сергеевна им вроде бы гордилась, но не упускала случая подколоть за малые заработки и недостаток влияния. Хотя, по совести, жили они куда выше среднего.
– Слушай, у тебя же целая больница под боком! – просиял Макар. – Там столько медсестер, пациенточек…
– Меня зовут к самым тяжелым, вроде этой Софьи. До красоты ли, когда одной ногой в могиле?
Хотя, по правде сказать, Софья и в таком состоянии производила впечатление, а уж когда приведет себя в порядок, точно станет настоящей красавицей.
Макар об этом не знал, но все равно невозмутимо пожал плечами. Его-то такими темами не смутить. Да и в целом он прав: вокруг Ильи столько девушек, не так и сложно выбрать одну и договориться с ней насчет небольшого представления ради Емельянова.
После разговора с другом Илья ненадолго вернулся домой, поспал, нормально поел и решил вернуться в больницу. Это пока ему везло не пересекаться с матушкой, но бесконечно такое длиться не может. А у него есть дела поважнее, чем обсуждать, какой никудышний сын ей достался. К примеру – поискать себе подставную невесту.
Такой идеальный план уже на месте пошел трещинами. Большинство сестер блестели кольцами на пальцах, другие почему-то спешили спрятаться, едва завидев Илью. В итоге осталась только Стеша. Она сейчас сидела за столом в лаборатории и заполняла карты больных, споро выводя нужное самописной ручкой от мануфактуры братьев Никитиных.
Илья остановился напротив своей верной сестры и поглядел на нее. А что? Стефания – молодая, симпатичная барышня с добрым нравом. Немного полновата, и матушке это точно не понравится, но кто без недостатков?
С другой стороны, вот придет время расставаться, и куда девать Стешу? Отправить на воды? А отделение на кого? Магическая и алхимическая терапия в лечебнице святой Фанасии только на Стеше и держится! Илья несколько лет искал сестру, с которой смог бы сработаться и теперь терять ее из-за карьерных амбиций? Нет уж. Ради здоровья правой руки левую не рубят!
Сестра тем временем закончила работу и кратко описала, как шли дела в отсутствии Ильи. Все их подопечные были в порядке, новых пока не поступало, но врачи из других отделений принесли несколько карт тех, кого стоило осмотреть лично. Часть изготовленных Ильей эликсиров просто передавались в аптеку, алхимика звали к больным, которым требовалось подобрать индивидуальное снадобье или кому обычные не помогали.
– А что наша Софья Павловна? – осторожно спросил Илья.
– Бодра! – неопределенно ответила Стеша. – Но о себе так ничего и не вспомнила. В остальном – никаких отклонений. Жалуется, что скучно ей у нас.
– Ей не веселиться нужно, а думать о выздоровлении, – назидательно произнес Илья. – Двумя ногами у Безносой была, и вот, пожалуйста, уже скучает!
Стеша странно поглядела на него и едва слышно вздохнула, затем вернулась к заполнению документов. Илья тоже бегло просмотрел бумаги, переоделся, приготовил блокнот для записей и отправился в обход. Особой нужды в этом не было: больных осматривали лечащие врачи, но Илье нравилось лично наблюдать за эффектом от его эликсиров.
К Софье он зашел в самом конце, как будто нарочно оттягивал этот момент. За время, пока они не виделись, она успела собрать волосы в тугую косу и переодеться в больничную рубашку и халат, сшитые с расчетом на самых тучных пациенток. Рукава ей пришлось подворачивать, но даже в таком комичном наряде Софья выглядела серьезно и строго, как классная дама.
– Илья Андреевич, – коротко поздоровалась она и вернулась к своему занятию.
Софья Павловна, закутавшаяся в безразмерный халат, сидела на безупречно застеленной кровати и сноровисто складывала бинт в повязки. Судя по высоким стопкам, занималась она этим давно и весьма успешно, даже Илья не смог бы придраться.
– Как самочувствие? – спросил он.
– Вашими эликсирами, – она ненадолго подняла взгляд, но руки ее продолжили складывать бинт. Подогнуть все края, и дважды сложить пополам. Затем потянуться за новым отрезом бинта – и все сначала. Такая выверенность движений, будто всю жизнь только этим и занималась!
– Не вспомнили ничего о себе?
– Пустота, – уверенно ответила она.
Илья еще раз оглядел ее прямую спину, длинную шею и аккуратную прическу. Пожалуй, такая девушка вполне подошла бы на роль его невесты. И идти ей некуда. Еще пару дней в стационаре подержат, а там, если родственники не объявятся – на улицу. Разве что получится устроиться в больнице с проживанием или задержаться при монастыре святой Фанасии.
  
– Смотрю, не сидится вам без дела, – решил прощупать почву Илья. Ему невеста и нужна-то ненадолго: в середине весны состоится бал у Емельянова, там можно будет похвастаться будущей женой и поинтересоваться насчет должности. А если все срастется, то неделя-две и придет пора расставаться. Он уже видел, как будет тосковать после побега Софьи с заезжим капитаном. Разобьет ему сердце эта профурсетка, на мелкие осколки разобьет…