Пустошь (СИ)

Неизвестно, чем бы это закончилось, но дверь комнаты открылась. Пэйн, лежащий на полу, насторожил уши, а Нагато едва не хлопнул себя по лбу: забыл замкнуть.
Все трое напряглись.
Но в дверях показалась знакомая фигура в чёрном. Учиха, закрывая дверь ногой, ибо руки были заняты, обернулся и удивлённо посмотрел на три пары глаз. Он застыл, хмуря брови:
– В чём дело?
  
Нагато украдкой бросил взгляд на Наруто, ещё несколько минут назад готового разорвать Саске на тысячу кусочков.
– Ты где был? – выпалил Узумаки. Всё ещё злой, но уже спокойный хотя бы тем, что друг вернулся.
– Я должен отчитаться каждый раз, когда меня отлить потянет? – усмехнулся Учиха, скидывая обувь и проходя к столу.
Два пакета опустились на столешницу, и Нагато спросил:
– Что там?
– Еда.
Злость Наруто сменилась на недоумение:
– Еда? Ты ходил за едой?
– А что в этом такого? – развёл руками Саске, стягивая куртку и откладывая её на комод. Судя по его уверенным движениям, он чувствовал себя как дома.
Хотя Нагато и не протестовал самостоятельности гостя – это куда лучше, чем пытаться выказать фальшивое гостеприимство, бегать за человеком, словно тот в раз разучился быть самостоятельным.
– Да нет, – настороженно отозвался Узумаки. – Ничего.
– Вы завтракать будете? – широко улыбнулся Учиха, добивая своих собеседников в конец.
Конечно, Нагато знал Саске всего полтора дня, но вчерашнего короткого разговора ему хватило, чтобы понять какого сорта этот человек.
Вскоре на столе стояли три тарелки лапши, ради которых Учиха ездил в центр, уйдя рано утром. За этот жест доброй воли он ничего не взял с парней и вообще о деньгах не заикался.
Наруто любил рамен. Это была его любимая еда, и получить его на завтрак после нескольких дней пресной больничной кормёжки было чем-то воистину чудесным и полным вкуса.
Но сейчас Узумаки не мог запихнуть в себя хотя бы чуть-чуть, смотря на то, как Саске уже доедает свою порцию.
Перегнувшись через стол, Наруто приложил руку к бледному лбу парня, заставляя того замереть от неожиданного жеста.
– Ты не заболел? – хрипло спросил Узумаки.
Учиха лишь свёл брови над переносицей, отрицательно мотнул головой, отбрасывая чужую руку. Однако колких замечаний не было.
Наруто недоверчиво следил взглядом за другом, который сейчас пытался открыть банку какой-то газировки, но тонкие пальцы, видимо, потеряли всю силу. Шикая и кривя губы из-за собственной слабости, Саске казался каким-то чужим. Другим. Подменой.
Он слышал много легенд о том, как людей похищают НЛО, но сам в это, признаться, никогда не верил. Единственные зелёные человечки, способные похитить разум кого угодно, чаще всего живут на дне бутылки…
– Что тебя не устраивает, Узумаки? – выпалил Учиха, сжимая банку.
– Дай сюда.
С усталым вздохом, Нагато выхватил у Саске злосчастный напиток и легко открыл его, протягивая обратно.
– Спасибо, – буркнул Учиха, забирая банку и тут же отпивая от неё.
– Ты… сказал «спасибо»? – выдохнул Наруто.
Саске аж закашлялся от ударивших в нос пузырьков. Утирая выступившие слёзы, он с трудом перевёл взгляд на Узумаки.
– Блин, – хрипло кашлянул Учиха. – Ты достал уже, болван. Что тебе не нравится?!
– Ты странный, – выпалил Наруто, откладывая палочки и забывая про лапшу. – Вчера ты готов убить меня был, а сегодня едешь в город за завтраком? Благодаришь Нагато? Это нормально по-твоему?
Хозяин комнаты уставился на двух препирающихся парней, уплетая свою порцию. Эта странная сцена между двумя совершенно разными людьми забавляла и одновременно удивляла его. Нагато с неподдельным интересом ловил каждое их слово, гадая, чем всё это может закончиться.
– Всё хорошо, Узумаки, – улыбнулся Саске, поднимаясь из-за стола и накидывая на плечи куртку.
– Ты куда?! – тут же встрепенулся Наруто, едва не вскакивая следом, но взгляд говорил всё за себя.
– Сигарет забыл купить, – просто отмахнулся Учиха.
Просто, слишком спокойно. В его духе было бы ответить что-то вроде: «Не твоё дело или чего пристал, Узумаки».
– Давай я с тобой схожу, – с готовностью предложил Наруто. – Всё равно нужно денег на счёт кинуть.
– Нет. Сиди дома, – глядя в его лицо, спокойно сказал Саске и добавил: – Я тебе сам их кину.
– Какая щедрость, – хохотнул Нагато, запивая лапшу содовой, но тут же получил локтем в бок от Узумаки и закашлялся.
Что говорить, а к халяве Нагато не привык. Ещё в детском доме его приучили – за всё придётся платить.
– Я скоро буду.
С этими словами Учиха вышел из комнаты прежде, чем Наруто успел сказать что-то ещё.
– Черт! – рыкнул Узумаки, роняя голову на стол.
– Да не дёргайся ты!
Нагато отставил от себя пустую чашку рамена и довольно откинулся на стену, опасно лавируя на покачивающемся стуле:
– Он же просто за сигаретами.
Наруто молча поднялся. С каким-то твёрдым, но поблёкшим выражением на лице он подошёл к подоконнику, который не скрывала занавеска, наверняка Нагато не озадачивался приданием уюта своему жилищу. Среди потрёпанных книг и тетрадей Узумаки взглядом отыскал пачку сигарет Саске, ухватил её и также в гробовой тишине протянул парню.
– Полная, – подытожил Наруто, оставляя Нагато вертеть пачку в руках, а сам вернулся на диван, забираясь на него с ногами и закутываясь в плед. Тело опять било ознобом.
***
Джиробо ненавидел понедельники. Он ненавидел, когда приходилось вставать рано утром, потому что дома оставалась мать. Она вечно пилила мозг сына, заставляя делать какие-то бессмысленные, по его мнению, вещи: идти в институт, мыть посуду, учить уроки.
К чему ему всё это?
Потушив сигарету о стену и отряхнув руки, парень обвёл тяжёлым взглядом небольшой закуток за институтом, ожидая увидеть хоть кого-то из знакомых, кто решил так же, как и он, прогулять пары. Но, как назло, на Джиробо смотрели лишь выкрашенные жёлтым стены, на которых неизвестные синей краской из баллончиков написали какую-то нечитаемую белиберду.
Толстяк даже прищурился, силясь разобрать размашистые буквы, но вскоре его взгляд привлекло что-то чёрное, мелькнувшее где-то сбоку.
Джиробо обернулся, и неаккуратные толстые губы исказились в рваной улыбке:
  
– Учиха.
Саске шёл, низко опустив голову, и поэтому не сразу заприметил айсберг на своём пути.
– Как там твой дружок? – гоготнул Джиробо, корпусом разворачиваясь к парню и перегораживая собой дорогу. Сюда редко кто заходил, а кто зайдёт – тот поможет.