Пустошь (СИ)

– Прекращай истерить, – выпалил Учиха, наблюдая, как Узумаки, шатаясь, принимает вертикальное положение. Толкни, и вновь рухнет.
– Ты не можешь даже признать, что тебе хреново без кого-то рядом!
– Мне хреново, когда ты рядом, придурок!
– Да ты что! Тогда проваливай!
  
В порыве злости Наруто говорил то, что первым лезло на язык. Подскочившая температура, лёгкое сотрясение, которое, возможно, стало тяжёлым из-за удара Саске, лишь добавляли бреду пёстрых цветов и заковыристых обид.
Узумаки пытался прогнать того, за кем оббегал почти весь город, из-за кого сбежал из больницы, наживая себе крупные неприятности.
Но сейчас Наруто было всё равно. Сознание плыло, плавясь под жаром, что обрушился на тело, глаза горели, и драло горло. Хотя последнее, скорее всего, было из-за желания накричать на этого закипающего брюнета.
– Заткнись, Узумаки, – поморщился Учиха. – Заткнись и раздевайся.
– Да пошёл ты!
Рыкнув, Саске ухватил упрямца за ворот рубашки, легко стягивая оную с застывшего от неожиданности тела.
– Учиха!
– Замолчи.
Наруто рванулся, пытаясь ударить обнаглевшего Саске, но его занесло, едва не швырнув на комод.
– Да не дёргайся ты, – прошипел Учиха. – Чего я там не видел!
Узумаки затрясло сильнее, зубы цокотали почти на всю коморку. Он попытался обхватить голый торс руками, но легче от этого не стало. Дрожь лишь усилилась.
Саске скользнул взглядом по дивану и стащил с того коричневый плед, накидывая его на плечи Наруто:
– Стягивай штаны.
И без того большие глаза Узумаки расширились, и он даже отшатнулся.
Одно Небо знало, что диктует опалённое температурой сознание парня, но взгляд его стал каким-то настороженным:
– Ещё чего…
– Блин! Что ты…
Учиха устало прислонил руку ко лбу. От слишком быстрых движений головная боль начала возвращаться.
– Ты ненормальный!
– Это ты придурок, – сквозь зубы процедил Саске, вперившись взглядом в упрямое лицо. – Одежда мокрая, ты в ней уже давно… схватишь воспаление лёгких – сам виноват. Всё. Иди на хрен.
С этими словами Учиха уселся на диван, роняя гудящий череп на руки. Жест доброй воли по раздеванию Наруто был перевыполнен на сегодня, а спорить с температурившим парнем дальше не давало собственное разбитое состояние.
Шуршание, громкий стук, когда, стягивая больничные штаны и укрываясь едва ли не с головой пледом, Узумаки не удержал равновесие и всё же налетел бедром на комод. Саске лишь приподнял бровь, выражая этим скупым жестом всё, что он думает о неуклюжести того.
Тишина. Долгожданная тишина, которой фоном шуршат голоса за стеной.
– Учиха… ты тоже весь мокрый, – уже спокойнее, но всё ещё дрожащим от озноба голосом, проговорил где-то рядом Наруто.
– Пофигу.
– Саске, раздевайся…
Учиха скосил взгляд на парня, не отнимая рук от головы:
– Ты обалдел?
– Ты тоже простынешь.
– Да плевал я…
– А я не плевал. Раздевайся.
Укутавшись в плед, Узумаки решительно дёрнул Саске за футболку, стараясь стащить ту через голову.
Извернувшись, Учиха толкнул Наруто, и тот повалился на диван. Последний, конечно, из чистой упрямости, попытался подняться, но налившееся жаром тело отказывалось слушать бредовые команды мозга.
– Лежи и не рыпайся, – рыкнул Саске, поправляя, а затем, подумав, всё же стащил осточертевшую футболку.
Нет… простыть он не боялся. Когда носишь дьявола за пазухой, не к чему бояться чёрта за углом. Просто сначала ледяная ткань начала медленно прогреваться от слабого тепла тела и стала отвратительной даже на ощупь.
Всё ещё влажное тело моментально покрыли мурашки, но Учиха упрямо сжал зубы, понимая, что рыться по чужим вещам в поисках полотенца… слишком невежественно даже с его стороны.
Дверь комнаты открылась.
– Достала, ведьма старая, – устало проговорил Нагато, протискиваясь внутрь и спешно закрывая хлипкую дверь на такой же не особо внушающий доверия замок. – Заставила такую сказку про вас сочинить, что я сам в неё едва не поверил.
Тот остановился, только сейчас заметив, что за время его отсутствия в гостях что-то всё же изменилось. Взгляд светлых глаз скользнул по разбросанной на полу одежде Наруто, по устало ссутулившемуся полуголому Саске, и он усмехнулся:
– Вы времени зря не теряли, как я посмотрю.
– У него температура, – игнорируя едкое замечание парня, Учиха кивнул на Узумаки. – Таблетки есть?
– Аспирин… ещё что-то, – наморщил лоб Нагато. – Ему бы в больницу…
– Ты повторяешься, – холодно заметил Саске. – Завтра с утра. Сейчас нужно сбить жар.
– Учиха, а что ты такой заботливый?! – невнятно буркнул с дивана Наруто, укутываясь в плед сильнее и понимая, что фактически сидит голым перед двумя взрослыми парнями. Было стеснительно…
Саске ответил Узумаки коротким взглядом, который говорил больше слов, а затем вновь повернулся к Нагато:
– Где нам спать?
– Ребят, тут такое дело, – замялся тот, поглядывая по сторонам. – Я могу постелить лишь на полу…
– Пф, – хмыкнул Учиха, вспомнив свой матрац.
– Диван не раскладывается и… там помещусь только я.
– Да я домой поеду! – горячо заявил Наруто, даже попытался встать, но температура придавливала к шершавому дивану сильнее гранитной плиты.
– Лежать, – одновременно гаркнули парни, и Узумаки усмехнулся.
– У нас тепло. Не замёрзните… одеяло я вам выделю.
Саске кивнул.
***
Нагато, как и обещал, постелил им на полу. Пришлось буквально стаскивать забывшегося беспокойным сном Наруто с дивана и укладывать на новое место, где он сразу же поморщился из-за холода простыней.
– Ну, – почесал затылок Нагато, – думаю, завтра ему будет полегче.
Учиха безразлично пожал плечами.
Это жизнь. А это простая простуда. Ничего с этим белобрысым придурком не случится.
– Кофе будешь?
Саске кивнул, усаживаясь за письменный стол, который в условиях нехватки пространства и жёсткой экономии выполнял сразу две, а то и три функции.
  
– А ты неразговорчивый, – тихо усмехнулся Нагато, боясь вспугнуть сон больного товарища.
– А должен? – вздёрнул брови Учиха, принимая кружку дымящегося напитка.