Пустошь (СИ)
- Отец где-то держал виски…
- Оно в гостиной, - подсказал Итачи, и, усмехнувшись, Саске двинулся туда.
Прошёл по пыльным коврам, едва не налетел на изогнутое тело софы и всё-таки остановился рядом с мини-баром, который почему-то до сих пор не опустошили те, кто остался приглядывать за домом. Бутылка виски легла в руку приятной тяжестью, обещающей, как минимум, несколько часов без мыслей.
Он вернулся на кухню, дёрнул ручку посудного шкафа и достал оттуда два стакана. Итачи смотрел за действиями брата с плохо скрываемой грустью, будто бы и в этом была его вина. Старший вообще любил брать себе на плечи все грехи человечества, словно бы стремясь стать одним из тех бессмысленных святых, чьи рожи украшали не менее бессмысленные стены храмов.
Янтарная жидкость плеснулась в два стакана, и один из них Саске со стуком опустил перед братом.
- Не хочу и тебе бы не советовал.
- Поздно советовать, - хмыкнул парень, делая большой глоток.
Виски было хорошим, моментально высушивающим всё во рту. Саске никогда не понимал прелести дорогих алкогольных напитков. Пьянеешь одинаково быстро и от дешёвого кагора, купленного в круглосуточном магазинчике под общагой, и от баснословно дорогого пойла, привезённого с Кубы. Да и голова расскалывается от них одинаково на утро, а способность глушить чувства вообще сомнительная у обоих.
- Твоя голова…
- Болела, болит и болеть будет, - веско заметил Саске наливая себе ещё. - И алкоголь не причина.
- Ты знаешь, что тебе с этой болью теперь всю жизнь, так зачем…
- Оу, Итачи, - улыбнулся младший Учиха. - Мне с этой болью, не тебе. Так что…заткнись, а? Я сюда пришёл за твоими лекциями?
Итачи замолчал, опуская голову и сжимая кулаки. Иногда хотелось дать Саске затрещину, чтобы он начал думать не только о своей боли, но и о своём будущем.
- С тобой хотел кое-кто поговорить.
- Кто? - тяжело выдохнул Саске. Горло, кажется, уже сгорело.
Словно в ответ на его вопрос входная дверь открылась, пропуская внутрь высокого мужчину в чёрном костюме. Учиха без труда узнал в нём Мадару и невольно удивлённо поднял брови.
- Это он хотел со мной поговорить? - указал Саске на того рукой, с зажатым в ней стаканом. - Я же ясно выразился…
Мадара, улыбнувшись, встал напротив него, рассматривая, словно неизвестный экземпляр собственной коллекции.
- Вижу, ты топишь проблемы в алкоголе?
- Откуда тебе знать о моих проблемах? - фыркнул Саске, опуская стакан на стойку.
- Ты хочешь, чтобы они продолжались?
- Я хочу, чтобы вы не лезли в мою жизнь, - зло прошипел парень.
- Я хочу нанять тебя на работу.
Саске уставился на Мадару, удивлённо поднимая одну бровь. Иногда этот мужчина производил впечатление полного психа.
- У тебя ведь нет шанса устроиться на любую из работ. Думаю, ты уже понял это.
- Тебе какое дело? - прищурился Саске.
Мадара вновь спокойно улыбнулся, оглядывая его.
- Понимаешь, я берегу нашу семью от…глупостей.
- Херовый из тебя хранитель, - прыснул парень. - Мой отец в тюрьме, брат не отличается стальными яйцами, а я…а я…
- А ты эгоист, который думает только о себе, хочет делать только то, что диктует ему разум. Более того, твой мозг не воспринимает половины информации. Он повреждён, и возможно развитие шизофрении.
- Так много обо мне знаешь, - прошипел Саске, приближаясь к нему. - Фанат?
- Родственник, - всё так же невозмутимо пояснил Мадара. - Я должен знать о членах семьи всё.
- Тогда ты пропустил кое-что обо мне.
- Что же?
- Мне похер.
Саске отпрянул, вновь беря в руки бутылку и наполняя стакан. Он бросил короткий взгляд на сидящего за столом Итачи, который как-то странно побледнел и сжал пальцами край столешницы.
- У тебя скоро кончатся деньги. Тебе придётся жить на вокзале.
- Ага.
- Но те таблетки, что ты пьёшь, не выдаются бесплатно.
- Тогда не буду их пить.
- И лишишься своего мозга, - голос Мадары стал вкрадчивым и тихим. - Сколько ты протянешь без них?
- Мне…
Пальцы сжались на хрустальном боку стакана. Лишиться разума - самое страшное, что может произойти с тем, у кого остался только мозг и мысли.
И месть.
- Я не предлагаю тебе лёгких денег. Я предлагаю тебе работу.
- Засунь себе её в зад.
Осушив стакан полностью, Саске двинулся к выходу, бросив на поднявшегося было брата предупреждающий взгляд. Разговаривать и с Итачи тоже не было желания. Вся его семья казалась болотом, которое даже убить быстро и ярко не может: будет засасывать, пока едва колыхающаяся жижа не сомкнётся над головой.
***
Он вышел из дома, будто бы сбросив с плеч мешок с чем-то тяжёлым. В голове колыхалось марево, но алкоголь худо-бедно заглушал все мысли, что пытались пробиться через него.
Толкнув ногой кованную калитку, Саске вытащил из кармана пачку сигарет.
Зачем он пришёл? Ведь не хотел видеть ни Итачи, ни это место…
Ноги привычно шагали по уже заданному в голове маршруту: до остановки, а там в бледно-голубой автобус и до конечной. В общагу.
Двигался по инерции, жил по инерции, желая утолить свою месть.
Наруто больше в институте не появлялся, и Учиха мог поздравить себя с этим. Только весело не было, не было того привычного злорадства, которое рождалось, когда рушил планы другого.
Было пусто.
Каждый день, приходя к первой паре, Саске садился в аудитории и ждал, пока в двери войдёт улыбающийся своей беззаботной улыбкой Узумаки. Он ждал его, ненавидя себя за это ожидание.
Но Наруто не приходил…
Неделя тянулась шипастой линией по позвоночнику, раздирая его. Дни били по вискам пульсом. Когда неделя подошла к концу, Учиха понял: бессмысленно ждать. Наруто не вернётся.
Наверное, так было лучше, потому что видеть эту физиономию больше не было сил. Саске прекрасно понимал, что в любой из моментов может сорваться разбить к чертям лицо этой лживой твари, которая не то, что прошлась, а проехалась по нему.
И теперь кости отказывались срастаться.
Сначала не верилось, что Наруто может так резко похерить всё. Ведь он так старался, вытачивая доверие, вытягивая опорные нити по одной, пока те не сложились в хрупкий паутинистый узор. Зачем ему было рвать всё это? Учиха сначала не понимал…
А сейчас пришло осознание, что нам не нужно выстраивать прочную стену из причин, чтобы потом об неё же и разбить старые ценности. Достаточно просто проснуться утром, оглядеть и понять - закончилось. Всё закончилось.