Женить строптивого. Твоё неизбежное счастье (СИ)

– Что ж, – усмехнулся Марк. – Вы прекрасно осведомлены о наших традициях. Но я сам предложил свои услуги. Вы не поблагодарили и не высказали желание их принять. Считайте это подарком.
  
Глава 12. О том, как рушится мир
 
Я подозрительно взглянула на фейри и, отвернувшись, демонстративно направилась в сторону, противоположную той, куда мне предлагал пройти он. Я уже поняла, что балконы опоясывали всю бальную залу, и теперь, когда Марк упомянул о свежем воздухе, мне почему-то до невозможности захотелось его вдохнуть. Замок фер Аррибахов стоял высоко в горах (не зря Аррибахов называли «высокими»). Но не идти же туда, куда показал мне этот коварный фейри. Нет, он, конечно, ничего плохого мне не сделал, но фейри они все коварные, спроси кого угодно! Это в любой книжке написано!
  
Поэтому я гордо поплыла в сторону балконов… и была перехвачена сёстрами Хайдс. Со старшей, Лоттой, мы были знакомы с детства. Не то чтобы я как-то желала это знакомство поддерживать, но её отец, баронет Ганес Хайдс, имел какие-то дела с моим отцом, а вместе с Лоттой мы в подростковом возрасте провели два года в пансионе мадам Леонель заканчивая её знаменитые курсы «Достоинство юной драконицы».
Не знаю, как туда попала Лотта, а меня сгубило любопытство. Отец, не очень понимающий, как воспитывать девочку, решил меня туда отдать на обучение, а мне было очень интересно узнать, какое такое достоинство есть у юной драконицы. И если оно есть у меня, его срочно нужно найти.
Ну, можно сказать, затея мадам Леонель удалась. Нас обучили всему, что должна знать юная аристократка, родители которой недостаточно богаты, чтобы содержать армию личных учителей, но достаточно обеспеченны, чтобы сдать ребёнка на полный пансион в своего рода казарму для девиц. Нас там вымуштровали, закалили, мы обучились интригам (о, на что только не пойдут юные девы, чтобы заполучить коробку конфет, присланную более удачливой подруге или подставить оную, когда она тайком возвращается после отбоя со свидания с хорошеньким сыном садовника.
Да-да, я как раз о Лотте. Она всячески делала вид, что является моей подругой, а за спиной строила козни. Вот дался ей этот сын садовника! Меня с ним связывали исключительно деловые отношения. Я учила его основам фехтования (я уже упоминала, что мой отец не очень представлял, как правильно воспитывать девочку?), а он учил меня, как ловить рыбу в мельничном пруду с помощью гибкой палки с привязанной к ней верёвке с крючком и тяжёлым камешком. Но Лотте казалось, что мы занимаемся чем-то непозволительным. Думаю, она просто завидовала. Ей-то нечего было предложить взамен. Всё, что она умела, это вышивать салфетки ромашками. Согласитесь, этим не прельстить ни одного нормального мальчишку. Этим, на мой взгляд, ни одну нормальную девчонку не прельстить! Но тут я, возможно, предвзята.
А ещё у Лотты было аж четыре младших сестры, которые жадно дышали ей в затылок, мечтая, чтобы она поскорее убралась замуж и очистила дорогу им. Глядя на этих кареглазых крокодильчиков (злые языки из человеческой расы, утверждающие, что драконы – те же крокодилы, только с крыльями, я считаю, нужно прореживать), я тихо радовалась, что являюсь единственной дочерью и наследницей. Во всяком случае, Либерия никогда не изъявляла желания подарить отцу ребёнка. Да и отец, изрядно пришибленный в своё время необходимостью растить ребёнка в одиночестве, не настаивал.
Вот теперь, похоже, и отыгрывается. Я скрипнула зубами. Внуков ему подавай!
– Неля, – со свойственной ей фамильярностью обратилась к мне Лотта. Я только вздохнула. Что взять с этой семейки. – Ты видела молодого фер Аррибаха?
Из-за широких плеч Лотты выглядывали её сёстры.
– Нет, не видела, – мстительно ответила я. Ни за что не признаюсь, что видела его в компании Эми, а не моей. – Я была занята.
– Да, я заметила, – поджав губы сообщила Лотта. – Как обычно, даришь несбыточные надежды всем окрестным драконам. И не надоело?
– Да я-то тут при чём? – искренне изумилась я. – Иди и ты подари, жалко мне, что ли? Девочки! – обратилась я к сёстрам Лотты. – Помогите наконец сестре подарить хоть кому-нибудь пару-тройку надежд! У неё, похоже, плохо получается!
Хихиканье сестёр было мне ответом. И пока Лотта переводила перехватившее от злости дыхание, я постаралась сбежать подальше.
Балкон! Мне нужно на балкон! Подбегая к зеркальной стене зала я почему-то заметила в отражении хитрую улыбку фейри, крутящего в руке свою тросточку.
Первый балкон оказался занят… моим отцом и старым графом фер Аррибах. Пожилые джентельмены с лицами, преисполненными вселенской скорби, пили вино и совершенно меня не заметили. Я уже закрыла портьеру и собралась покинуть их, но неожиданно мой отец , явно продолжая разговор, сказал:
– Может мы ей дали неправильную дозу? Почему она не захотела выйти за него замуж? Она вроде, выглядела влюблённой…
И вот тут я остановилась… Подслушивать нехорошо, но о ком это папочка ведёт речь? Неужели…
– Надо было напоить их обоих, – вздохнул граф. – Мой сын так же упрям, как и твоя дочь. Марк сразу сказал, что лучше дать им обоим.
– Не говори глупостей! – буркнул отец. – Твой Астер – высший государственный чиновник при исполнении. И как только бы он понял, что его опоили любовным зельем…
Оглушённая обрушившейся на меня новостью, на деревянных ногах я отступила от балкона. Так вот в чём дело! Это вовсе не единение душ, и вовсе не любовь с первого взгляда! Это любовь с первого глотка приворотного зелья! О, великий Прадракон! Какой же, наверное, идиоткой, я выглядела в глазах Астера! Не удивительно, что он шарахался от меня, как от прокажённой! И ведь Либерия ничего не сказала! Может она не знала? Что мне теперь делать? Я этого никогда отцу не прощу! Предатель! Выставить меня полной кретинкой перед этим столичным снобом: а вот ещё одна дурочка, которая готова прыгнуть в мою постель, только помани!
Всё, я улетаю. К лохъеле платье, раз уж весь мой мир рухнул! Домой, соберу самое необходимое и сегодня же ночью улечу в столицу, буду жить там. Уроки давать… Но сначала нужно найти Астера и извиниться за своё поведение. Хотя мне было ужасно обидно, что зельем опоили только меня. И что бы мы делали, когда его действие бы прекратилось? Сколько там самые сильные зелья фейри действуют? Я нахмурилась, вспоминая лекции по зельеварению. Неделя максимум, а в случае сильного мага и того меньше. Я сильный маг… Нет, мне срочно нужен свежий воздух. Привести в порядок мысли, затолкать подальше ярость и совершенно детскую обиду, которые бурлили внутри.
Я подошла к очередному балкону, отдёрнула портьеру и… обнаружила там Астера. Ну что ж, придётся объясниться раньше. Может оно к лучшему.
– Астера, нам нужно поговорить, – начала я, проглотив ком в горле.
Мой несостоявшийся жених, сидевший, склонившись над чайным столиком, резко обернулся, отодвигая стул, и я обнаружила, что он рассматривал лежащую перед ним небольшую лиловую крысу с пушистым хвостом...
– Что... – начал было недовольно Астер, нахмурившись.
Но тут крыса, до этого лежавшая на столе вдруг открыла глаза, ощерила целую кучу мелких, но ужасно острых на вид зубов, и с шипением кинулась на меня, целясь прямо в лицо.
– Ай! – взвизгнула я, уворачиваясь. – Что это?!
Промахнувшаяся крыса приземлилась мне на подол и я мгновенно сбросила её рукой.
– Филя! – заорал Астер, кидаясь ко мне.
Я было хотела напомнить, что меня зовут иначе, но тут с ужасом почувствовала, что мой подол начинает шевелиться, и маленькие холодные лапки, цепляясь за чулки начинают путешествие по моей ноге. Крыса явно не собиралась бросать начатое. И тут я не выдержала.
  
– А-а-а! – заорала я, со всей экспрессией женщины, застигнутой врасплох, и кинулась на шею Астеру, дрыгая ногами, чтобы стряхнуть противное животное. – Помогите! Бешеная крыса! Она залезла мне под юбку!
– Да стой ты! – рявкнул Астер, дёргая меня в тщетных попытках оторвать от своей шеи – не тут-то было! – Да замри хоть на секунду, истеричка! Это не крыса! Угомонись! Сейчас достану.