Влюбиться до Нового Года, или призрачная ведьма в драконью семью

– Тогда кто? Недопризрак?
Эта малышка явно умеет делать идеальные антикомплименты. Даже жаль, что мне не с кем ее познакомить, чтобы она полностью реализовала свой талант.
– Технически, полупризрак-полуведьма, – ответила я.
Фактически – проклятая ведьма, застрявшая между призрачной и реальной жизнью. Впрочем, застряла ненадолго – совсем скоро все решится, причем не уверена, что так, как мне бы хотелось. Проклятие справедливости, карма, кара и иже с ним. Классика жанра.
  
– То есть, вы варите змей и крыс для заклинаний, запекаете в печи младенцев, а Сонг питается мясом ваших жертв? – поинтересовалась Мири.
– У меня нет печи, – улыбнулась я, рассчитывая, что ребенок остальное додумает сам.
Но, увы.
– О, если вы призрак. Это значит, что вам не нужно есть?
– Могу есть, могу не есть, – честно ответила я. – О, наверное, ты голодная. Чай с закусками будешь?
– Буду! – обрадовалась девочка.
Я сделала шаг и замялась: оставить в гостиной малышку одну? Тут безопасно: никаких магических ловушек, артефактов и хоть чего-то, что может навредить. Но если она выйдет…
«Сонг», – мысленно позвала я.
Белая сова впорхнула внутрь буквально за несколько секунд.
– Совушка! – радостно воскликнула Мири. – Красавица, умница, белая пернатая лапочка!
– Ху-ху, – Сонг обрадовалась нашей гостье ничуть не меньше.
И я спокойна. Идиллия. Что ж, а теперь самое время блеснуть своими кулинарными талантами. Путь к сердцу многих людей лежит через желудок. Сердечко мне не нужно было, а вот доверие – очень даже. В конце концов, Мири определенно аристократка, а если ее пытались похитить…
То как бы вся вина не пала на меня, ни в чем не повинную ведьму, которая мирно отшельничает. Убить не убьют, но домик могут спалить. Жалко. Когда я окончательно стану призраком, то предпочту скитаться здесь в уюте, а не по лесу.
Мири на еду набросилась так, словно голодала не несколько часов, а не меньше года. Ну, она худенькая, так что пусть отъедается.
– Вкушно!
– Прожуй, а потом говори, – попросила я.
– Што это?
Я проигнорировала вопрос. Мою же просьбу не заметили? Мири принялась старательно пережевывать, после чего спросила:
– Что это такое вкусное?
– Сваренные змеи и крысы для зелья, – мстительно соврала я.
Мири замерла:
– Врете!
– Думаешь? – ухмыльнулась я.
Мири с ужасом резко отодвинула тарелку.
– Правда?
– Нет, я соврала. Обычная курица, – честно ответила я. – Сонг может подтвердить, это она ответственна за еду в этом доме.
– Ху-ху!
Когда Мири доела, я поняла – пора. Но спрашивать в лоб, кто она, откуда и как отправить ее обратно, не стоило. Иначе закроется или, что хуже, соврет. И я отправлю ребенка не в безопасное место, а абы куда. Поэтому…
– Мне кое-что интересно.
– Что? – тут же спросила Мири.
– Ты сказала, что хочешь черные волосы, как у меня, потому что это сделает тебя похожей на принцессу из сказки. Но в сказках все принцессы или светловолосые или рыжие, – сказала я уверенно.
В конце концов, огромную библиотеку в подвале я изучила вдоль и поперек. Сказок, преданий и легенд там было больше, чем достаточно.
– Так это все добрые принцессы светловолосые! – воскликнула малышка. – А какая дура захочет стать доброй принцессой?
Я моргнула.
– А почему нет?
– Потому что добрые принцессы постоянно страдают. Они хорошие, ласковые, а люди этого не ценят. И за себя постоять не могут. Другое дело злые! Они такие классные, к ним даже лишний раз с плохими мыслями не подойдешь. Зато они могут подойти и как вдарить! – Мири выбросила сжатый кулачок вперед, имитируя удар.
– Ты хочешь кого-то ударить? – спросила я, наклонив голову.
Эта милая малышка могла ударить только в сердечко своей милотой. Ну, до тех пор, пока молчала.
– Да! Похитителей. И, наверное, некоторых родственников.
– Так это из-за родственников ты оказалась в проклятом лесу?
– А лес проклят? – тут же удивилась Мири.
– Нет, – ответила я.
– А дом?
– Нет.
– А что тогда проклято? – изумилась девочка.
Как бы… я.
Я улыбнулась:
– А давай друг друга по очереди будем спрашивать?
– О. Давайте, госпожа Алиша, спрашивайте, – сказала Мири, не слишком довольная таким поворотом.
– Как ты оказалась в лесу и почему те люди гнались за тобой?
Девочка нахмурилась, обиженно поджала губы и потянулась к Сонг. Умная птица сразу же позволила себя обнять.
 
Глава 2
 
– Потому что дураки, – выдала Мири прямо в перья Сонг, но я все прекрасно услышала. – Пытались меня похитить.
– А почему пытались?
– Хм, потому что я им была нужна?
– А почему нужна? – продолжала настаивать я.
– Не слишком ли много вопросов? Мы же договаривались по очереди? – Малышка насупилась.
– Да, конечно, спрашивай, – вздохнула я.
Упрямое дите. Если она такая в родителей, то мне лучше с ними не встречаться.
– А вы почему тут живете одна? – спросила Мири, поглаживая невозмутимую сову.
Сонг всегда любила гостей, в особенности – детей. Раньше у нас часто бывали детишки.
– Я не одна – со мной Сонг.
– А почему вы тут живете с Сонг?
– Тут мой дом, – ответила я. – А теперь моя очередь. Где находится тот огромный дом, в котором ты живешь? И родители?
– В Сельвине, столице нашего королевства, – сказала Мири.
– Столице страны Вестонии?
– Да.
Я ругнулась. Про себя, конечно. Это даже не соседнее королевство! И как мне отправить девчонку домой, если я свободно передвигаюсь только в пределах двадцати шагов от дома?!
– Алиша? Что-то не так? Вы нахмурились. Это плохо? Вам не нравится Сельвин или Вестония?
– Ты сейчас находишься на окраинах Грансии, причем не с самой близкой стороны к твоему дому. – Я едва удержалась от того, чтобы не схватиться за голову.
Далеко! Даже в сопровождении, которая могла ограниченно использовать магию, ни о каком безопасном возвращении не шло и речи.
– Ого, – удивилась Мири и нахмурилась. – Это далеко.
– Именно. Как можно связаться с твоими родителями?
– Зачем? – спросила Мири, словно и впрямь не понимала.
– Затем, что тебя надо вернуть им. Или… опекунам? Родственникам? – осторожно продолжала уточнять я.
– А-а! Тогда папе. Я с папой живу. Но с ним совсем не нужно связываться, – последнее девочка подчеркнула особо.
Я посмотрела на малышку повнимательнее: да, она была красиво одета, воспитана (как могут быть воспитаны дети ее возраста), да и раз в столицах так хорошо разбирается то образование ей дали хорошее. И все же это не гарантировало, что ее папа хорошо с ней обращался.
– Почему? – очень осторожно спросила я, надеясь на честный ответ и боясь его услышать.
Но получила нечто неожиданное:
– Так он сам меня найдет.
– Это магический лес, тут часто…
– … перепутаны потоки! Знаю. Но папе это не помешает. Потому что мой папа – дракон, – радостно завершила малышка. – А ты почему стала такой прозрачной?
Потому что на минуту я действительно захотела исчезнуть из этого мира. Дракон? Папочка этой малышки – дракон?! Во-первых, безумцы из деревни, которые пытались похитить малышку… покойтесь с миром. Жить вам осталось недолго, а смерть навряд ли будет легкой. Во-вторых, пожалуйста, спасите меня кто-нибудь!
Даже в свои лучшие времена я бы не рискнула связываться с драконом, уж очень они… специфические товарищи. А сейчас – подавно. Какое беспокойство о проклятии? Меня распылят по просторам Грансии быстрее, чем я смогу дать внятное объяснение.
– Алиша? Почему ты прозрачная? Все хорошо? – спросила девочка, сжимая Сонг чуть сильнее, чем требовалось, из-за чего сова недовольно угукнула. – Прости-прости, Сонг.
  
– Со мной все в порядке. Время от времени я бываю немного прозрачной, – улыбнулась я.
Когда нервничаю, пугаюсь, злюсь или испытываю другие неприятные эмоции. Или когда проклятие решает, что я забыла об ограниченном времени.