"Фантастика 2025-124". Компиляция. Книги 1-22" (СИ)

Я моментально узнала сильфийское зелье для восстановления сил с кисловатым привкусом, и с радостью выпила все до последней капли. Когда ЗалиКруна помогла мне улечься обратно и вытерла чистой тряпицей несколько пролитых капель с подбородка, в желудке сытно булькало.
— А что?.. — попыталась сформулировать я вопрос, но мысли разбежались.
— Поспи-поспи, девонька, не сейчас, не нужно тебе беспокоиться, — ЗалиКруна по-матерински погладила меня по голое, расправляя волосы. — Бой только завтра. У тебя есть время выспаться.
  
«Какой еще бой⁈» — мелькнуло в голове, но глаза сами собой закрылись, и я не успела спросить об этом.
К вечеру я проснулась от желания сходить в туалет. Тело уже не ощущалось такой слабой тряпочкой, и я смогла сесть на лежанке, хоть меня и пошатывало. Удивленно оглядела свои перебинтованные ладони и выше чуть не по локоть руки, но другое было важнее, и я медленно поплелась на выход. АнлиФаркуда подбежала, стоило мне только тронуть полог, предложила выпить еще отвара, но я отказалась, помня, что им нельзя слишком злоупотреблять. Она помогла мне одеться и дойти до нужника.
В голове в этот момент было пусто и гулко, даже вопросы задавать сил не было. Когда я вернулась, мне предложили поесть, и я неожиданно даже для себя согласилась: сперва с трудом жевала кашу, а потом так разохотилась, что смолотила тройную порцию мяса и овощей с лепешками. ЗалиКруна смотрела на это как добрая бабушка на внучка с хорошим аппетитом.
— Долго я спала? — наконец, спросила, поняв, что больше в меня не поместится ни кусочка, даже лепешки с медом диких пчел — очень дорогое и редкое лакомство в степи.
— Двое суток, — вздохнула тяжело ЗалиКруна. — Завтра на рассвете состоится бой за звание Вождя.
— Вот как? — удивилась я. — И кто сражается?
Постепенно слово за слово они рассказали мне последние новости. Мое выступление не могло остаться без последствий. Старый Шаман был признан виновным, а, поняв это, он и не отпирался: принялся орать, что с орками только и надо, что тупым его соплеменникам нужна твердая рука для руководства и так далее. Его-то, понятно, быстро казнили, о способе я предпочитала не спрашивать.
Но на этом история не кончилась. Племя пошло в разнос, в каждом роду нашлись люди, которые делали что-то плохое, со многих сняли показания под магией истины, из-за чего разразились ужасные конфликты. Главы родов кричали, что откажутся от сыновей и дочерей, мужья — от жен и так далее. Но фактически сделать это было невозможно — нельзя же изгнать из племени четверть его членов, это просто нереально. Всю ночь и следующее утро творилась форменная неразбериха: скандалы и драки, всплывало разное грязное белье, виновные тоже не оставались в долгу и припоминали разнообразные старые обиды.
Воспользовавшись этой ситуацией, СакрКруш предъявил Вождю претензии. Он заявил, что именно Вождь был ответственным за происходящее в племени и не следил за Шаманом, из-за чего тот заколдовал членов племени. Таким образом СакрКруш убил одним ударом двух зайцев: дал всем отговорку, что творили они всякое только из-за злобного колдовства Шамана, и в то же время предъявил вотум недоверия Вождю. Первая часть его речи многим понравилась, ну, а СакрКруш, получается, герой, который раскрыл ужасные преступления Шамана, поэтому его претензии на власть были поддержаны.
Вождь мог бы, конечно, сражаться за свой статус, но он был мудрым и опытным политиком, поэтому признал свою вину и снял с себя полномочия. Однако, всего через несколько часов его старший сын ВажДар, чье имя означало «рожденный быть вождем», оспорил притязания СакрКруша. Рода, что прежде поддерживали Вождя, поддержали его сына.
— Больше претендентов не нашлось, — вздохнула ЗалиКруна, — значит бой состоится завтра. ВожДар очень силен и ловок.
— Посмотрим еще, кто победит, — нахмурилась я.
  
Глава 44 
 
— А что у меня с руками? — вспоминал я когда ЗалиКруна уже закончила свой рассказ, а я наелась и меня начало немного клонить в сон.
ЗалиКруна и АнлиФаркуда странно переглянулись.
— Не время сейчас, идем-ка в постель, — ворчливо отозвалась орчанка и, подхватив меня под руку, потащила обратно в комнату, приговаривая, что мне нужно хорошенько выспаться.
Я ее слушала и кивала, спать действительно хотелось очень сильно, особенно после еды, но все равно, оставшись в одиночестве в своем шатре, я не сдержала любопытства и быстро размотала бинт на левой руке. Я ожидала ожога или чего-то подобного, но выглядело это хуже: черное пятно на ладони было будто выжжено, в стороны от него расходились неровные лучи. Края у пятна буро-фиолетовые, постепенно светлеющие через коричневый, зеленый и желтый. Между большим и указательным пальцем пара лучей переходили даже на тыльную сторону ладони, но большая их часть стремилась вверх по запястью, самый длинный доходил почти до локтя.
Я смотрела на свою изуродованную руку в легком шоке, не представляя, что с этим делать и как лечить. Больно не было, скорее рисунок напоминал диковинную временную татуировку, но было понятно, что это все не просто так, я очень сильно накосячила. Нужно узнать, что все это значит.
Превозмогая слабость и желание заснуть, я нашла свой мешочек с камнями воздушной стихии. Покосилась на сокола, но он так и продолжал дремать на крыше. Аккуратно высыпала несколько кристаллов на пол. Вообще, мне бы сейчас к ним не прикасаться и восстановиться, но любопытство подталкивало руку. Ведь я же уже научилась считывать информацию, это уже не так сильно меня истощает.
Решившись, я коснулась выбранного камня и прикрыла глаза… и ничего не произошло. Я нахмурилась, вновь мысленно повторила запрос, коснулась камня… пустота. Рыкнув, высыпала уже все камни на пол, принялась хватать то один, то другой…
«Черт-черт-черт», — билось в голове.
Неужели, я окончательно выжгла в себе те магические каналы, по которым могла поглощать информацию? Бесповоротно и неизлечимо? Не может же быть такого!
Не выдержав, размотала бинт и с правой руки, принялась касаться камней…
— Что ты наделал⁈ — перед моими глазами мелькнуло заплаканное лицо незнакомой женщины, судя по светлым волосам и золотистым крыльям за ее спиной — сильфиды.
Она судорожно сжимала руку мужчины, чьими глазами я смотрела на эту картину, и на его руке красовался подобный черный рисунок, только еще крупнее — лучи солнца, нарисованного на ладони, прорастали во все пальцы, охватывали тыльную сторону ладони, обхватывали запястье почти полностью, не оставляя чистой кожи, и стремились выше по руке.
— Так было нужно, — хрипло ответил мужчина. — Я должен был записать все свои знания, пока мы не лишились и этой способности. Возможно, когда-нибудь сильфиды возродятся, и тогда…
— Ты безумец, просто безумец! Мир никогда не будет прежде, никому не нужны твои труды по теории взаимодействия разных стихий! — зарыдала женщина. — Ты сумасшедший, стихии никогда не смогут возродиться, их силы не будут взаимодействовать после этой войны… Ты выжег свои магические каналы ради безумной мечты!
— Все проходит, — тяжело вздохнул мужчина. — и это пройдет.
Я судорожно отдернула руки от камней и прижала их к груди. Я выжгла свои каналы, как он? Так же безвозвратно? Я неверяще посмотрела на свои ладони. Кажется, на правой руке черное солнце было чуть меньше и не касалось мизинца. Поэтому я и смогла прочесть это сообщение? Но надолго ли меня хватит? Вытянуть и записать знания шамана, чтобы потом быть не в состоянии их считать? Какая глупость!
  
— Какая же я дура! — из груди против воли вырвался всхлип, и я упала локтями на кровать, разрешая себе в волю нареветься. Как-то вдруг на меня обрушилось все произошедшее, прежде неосознанное. Почему-то выходило, что, чем больше я барахтаюсь, тем сильнее погружаюсь в пучину, будто в болото. Ни одно из моих действий не приводит к успеху.
Вдруг что-то невесомое коснулось моей спины, рядом послышалось кудахтанье, а в голове обеспокоенный голос затараторил: