"Фантастика 2025-124". Компиляция. Книги 1-22" (СИ)
Глава 39
Мы ехали к становищу, когда нас нагнал сокол, он крикнул с высоты, и СакрКруш выставил в бок руку, будто предлагая ему сесть. Но вместо этого птица издала что-то вроде насмешливого чириканья, и плавно опустилась, паря рядом со мной. Я удивленно покосилась на сокола — его перья сияли золотом еще сильнее, и мне показалось, что он стал крупнее.
— Одержимая птица! — ахнул над моим ухом Кирим и схватился за рукоять сабли, но я перехватила его руку за запястье и отрицательно покачала головой.
Обернулась опять к соколу — тот не выглядел «одержимым» или агрессивным, наоборот довольным… нет, не выглядел, я скорее чувствовала, что он доволен. Он будто почувствовал мой интерес. Или действительно почувствовал? Я не разобралась еще, но ощущала, что мы будто связаны теперь.
«Много. Вкусно. Хорошо. Хозяйка.» — прозвучала чужая отрывочная мысль в моей голове.
«Что?» — ответила недоумением я.
И тут перед моими глазами пронеслась картина, как мы с Киримом уезжаем, бросив в степи круг из желтых кристаллов, которые испоганил Шаман своими рисунками. А сокол пикирует на них и быстро-быстро проглатывает все до последнего. В мыслях его царило благоденствие, будь он котиком, замурлыкал бы от удовольствия. И… благодарность. Будто мы не бросили негодные камни, а оставили ему, отдали угощение.
Я тряхнула головой, избавляясь от ощущения, будто я в какой-то степени разделяю эмоции и мысли странной птицы. «Одержимая птица» — так назвал это Кирим.
— Что такое «одержимые птицы»? — спросила, краем глаза отслеживая движение золотого сокола.
— Никто не знает, откуда они берутся. Они… странные существа, способные управлять стихией Воздуха. Они способны вызвать ураган, если сбиваются в стаю, то могут разорить деревню или небольшой город.
Я перевела взгляд на сокола, который продолжал спокойно лететь рядом. В голове вертелся вопрос: «мог бы он?». И будто бы в ответ я ощутила, как ветер скользнул по моему телу и нежно растрепал волосы. Я сглотнула судорожно. Кажется, я создала нечто весьма опасное.
Тем временем мы приблизились к становищу, и я мысленно попросила птицу подняться повыше, чтобы не привлекать пока внимание к своему оперению.
СакрКруш придержал коня, но не остановил его, а въехал в становище. Он двигался молча, но тело Шамана, перекинутое через круп его лошади, говорило громче всяких слов. Орки застывали, увидев его, но не задавали вопросов, а бросались в стороны: кто-то бежал звать остальных, другие садились на лошадей или верблюдов, и следовали за нами в странной гудящей тишине. Мы с Киримом не знали, что все это значит, но просто следовали за СакрКрушем и не нарушали молчания, вдруг это какая-то очередная непонятная традиция.
Проехав через все становище, СакрКруш оказался на главной площади перед палаткой Вождя. Орки заполонили площадь, я ожидала, что сейчас-то все и решится. Вождь выскочил из своего Шатра с широко раскрытыми глазами, шагнул, было, к СакрКрушу, но к моему удивлению, тот не стал останавливаться, а лишь чуть дернул поводья, заставляя коня объехать Вождя, и поехал дальше, по прямой, перечеркивая окружность становища, словно диаметр через центр.
Я удивленно обернулась на Кирима, но тот только растерянно пожал плечами. Нам оставалось только продолжить ехать за СакрКрушем. Мы покинули становище, следом за нами устремились многие орки, в основном — мужчины, главы родов в ярких одеждах и со множеством амулетов. Немногие женщины и молодые орки следовали за ними.
Только после я сообразила, что мы направляемся к капищу. Наверное, это значило, что дело, которое требовало рассмотрения, очень важно. Вероятно, суд над Шаманом племени и не мог быть иным. Следом за Соколами, и из становищ других племен появились орки во главе с их вождями и шаманами. Постепенно они догнали СакрКруша и пристроились от него по сторонам, отставая только на полкорпуса лошади. Мы с Киримом ехали прямо следом за хвостом его коня, и нас пока никто не гнал. Как всегда, орки как-то автоматически распределились по иерархии, только мы были вне ее, как свидетели.
Наконец, у капища СакрКруш остановился и спешился. Вожди, шаманы и мы с Киримом последовали его примеру. Однако, в отличии от остальных, СакрКруш подхватил коня под уздцы и повел за собой в самый центральный круг из каменных столпов. Лишь там он сбросил Шамана Соколов с седла на землю и провозгласил:
— Я требую суда тотемов!
— Шаман похитил женщину из твоего рода? — ворчливо отозвался наш Вождь, косясь на меня неодобрительно, будто это я во всем виновата. — Это не повод требовать суда тотемов. По закону это внутреннее дело племени, и я могу сам вынести решение…
— Я требую суда тотемов! Я утверждаю, что слышал, что Вождь находится под влиянием Шамана и не может принимать решения самостоятельно.
— Это неслыханно! — ахнул Вождь, его свита возмущенно зароптала.
— Я слышал, что Шаман Соколов признался, что организовал поджег степи, который едва не погубил орков всех племен! — не дал себя сбить с мысли СакрКруш.
Вот тут уже загудели возмущенно все присутствующие орки.
— Это неправда! Это невозможно! Он был в становище, когда загорелась степь! — орали сторонники Шамана.
— На счет поджога — возможно, но Вождем никто не может управлять, это невозможно, это немыслимо! — возмущались другие, сторонники Вождя.
— Пусть тотемы рассудят! — вышел вперед старейший из Шаманов, медвежий, остальные шаманы окружили его полукругом. — Но помните, что тот, кто солжет на суде Тотемов, поплатится своей жизнью!
Глава 40
— Кто будет обвинять? — строго спросил Шаман Медведей.
— Я! — СакрКруш смело шагнул вперед.
По знаку старика его вывели в центр круга из камней и заставили опуститься на колени. Шаман запел-завыл что-то, крутясь на месте, обошел орка несколько раз, и, когда отступил, травы вокруг резко обхватили СакрКруша за запястья и ноги, оплетя до самой талии.
Шамана Соколов подняли и кое-как поставили на колени рядом, его тоже обвили растения, а после Шаман Коней дунул ему чем-то в лицо.
Шаман Соколов громко чихнул и очнулся. Он обвел присутствующих растерянным взглядом, а потом увидел меня и злобно оскалился:
— Что происходит? Как вы смеете! Это подстава! Поклеп!
— Никто еще ничего не сказал, — устало произнес Вождь.
— Я и так знаю, что против меня подготовлен был заговор! — зарычал Шаман, дергаясь в разные стороны и вырывая травы, сковавшие его, с корнем.
Однако, освободиться ему не удалось, Шаман Медведей лишь вздохнул устало, и из земли полезли более толстые стебли, кажется, даже с шипами. Они обхватили тело орка по самую грудь, заставив-таки его замолкнуть.
— Мы в круге Предков, на суде истины, тебе следует молчать и отвечать на наши вопросы только правду, — тихо, но внушительно произнес Шаман Медведей.
— Вы все, все против меня! Предатели! Я честно исполнял свой долг перед племенем!
— А где ты был этим утром? — усмехнулась я, не вытерпев.
На мне скрестились злобные взгляды всех присутствующих, и я поспешно спряталась за широкой спиной Кирима.
— Не тебе задавать мне вопросы, ведьма! — прорычал Шаман. — Я выполнял свой долг перед племенем.
— Он не врет, — заметил Шаман Медведей.
— Он лишь умалчивает, что считает, будто его долг перед племенем — принести в жертву женщину из моего рода, чтобы усилить лишь свою собственную власть и подчинить других! — вклинился СакрКруш. — Я слышал, как он сказал это!
— И он не врет, — с легким удивлением заметил Шаман Медведей.
— Откуда ты можешь это знать? Тебя там не было! В округе не было живых орков, это все поклеп! — не сдавался Шаман.
— Я слышал все через призванного мною сокола.
— Ага! — не смутился, а обрадовался Шаман Соколов. — Это колдовство! Ведьма заморочила СакрКруша, ее нужно убить! Я был прав, желая этого!