"Фантастика 2025-124". Компиляция. Книги 1-22" (СИ)

Орки вокруг удивленно зашептались, особенно те, кто не входил в племя Соколов, всех заинтересовало, на что намекает человек, а вот Шаман явно смутился:
— Я не хочу говорить о всяких глупостях и о том, чего не было и нет. Мог человеческий маг победить или не мог — не важно, этого не было, и точка, — раздраженно бросил он и поспешил прочь.
— И когда вы только научитесь держать язык за зубами, — себе под нос пробормотал СакрКруш, когда Шаман достаточно далеко ушел. — Идем, БранЛис, нам нужно еще подготовиться к соревнованиям.
  
— ОксТарна, идем, нам нужно еще посмотреть перья белой цапли и парашек крамфуты, — окликнула меня ЗалиКруна, и мы ушли в противоположном от моего «жениха» направлении.
Вскоре АнлиФаркуда опять нашла нас, но больше ЗалиКруна ничего не покупала, только косилась на меня и вздыхала тяжело. Время уже подходило к полудню, и нужно было перекусить. АнлиФаркуда как раз принесла с собой пряные лепешки с сыром и бурдюк с чаем. Мы, обедая, пошли дальше по ярмарке, пока ЗалиКруна не сказала:
— Нужно поспешить, скоро начнутся соревнования в мастерстве.
Оказалось, что здесь же возле ярмарки проводят что-то вроде конкурсов лучших мастеров. Орки с азартом болели за представителей своих племен. Мы с любопытством посмотрели на соревнования гончаров: четыре орка на скорость вылепливали одинаковой формы кувшины, стремясь сделать похоже на образец. Делали они это странным образом: у них не было гончарного круга, знакомого мне по фильмам, вместо этого они быстро крутили глиняные «колбаски», а потом выкладывали их по кругу, выстраивая стенки формы. В результате, конечно, получалось не идеально ровно, а тут еще и по скорости надо быстрее.
После завершения работы комиссия из нескольких важных орков осмотрела все работы и сравнила с образцом.
— На мой взгляд, больше всего похожа эта работа, — прокомментировал один из судей, указывая на несколько скособоченный кувшин. Кажется, его автор поспешил и случайно смял форму, а выровнять хорошо у него не вышло. Но представитель его племени попытался ему подыграть. — Да, кувшин неровный, но видно качество, достаточно тонкие стенки, при этом прочные…
Он попытался еще что-то сказать, но зрители его освистали, в судей полетели камни — орки совсем не чувствовали пиетета перед ними. Даже я прониклась и прокричала: «бу-у-у».
— А я считаю, что лучше всего эта работа, — поспешили заявить оставшиеся судьи, указывая на другой кувшин. — И стенки у этого кувшина достаточно толстые и прочные, чтобы все выдержать.
С этой версией зрители согласились, и молодой орк из коней получил звание лучшего гончара. Как я поняла, это должно было стать для него бонусом как в общей иерархии его племени, так и при борьбе за невесту.
Мы еще походили по зоне соревнований. В одном месте на скорость стригли овец, в другом быстро-быстро выстругивали ложки из дерева, плели корзины из ивняка, половики из соломы и так далее. В некоторых конкурсах участвовали не только мужчины, но и женщины, но их было мало и звание они получали еще реже. Было заметно, что судьи старались обходить дам стороной, а зрители не стояли за них горой, как в случае с неправильным судейством гончара. Только если женщина делала что-то сильно лучше всех остальных участников, ее с кислыми лицами называли лучшим мастером.
Когда мы дошли до конца ряда, то вышли к большим обложенным камнями кострам, подле которых соревновались кузнецы. Толпа стояла поодаль, но все равно поддерживала членов своих племен. С удивлением я сперва заметила в толпе СакрКруша и Лиса, а потом, обойдя костер стороной, увидела и Кирима, который участвовал в конкурсе наравне с другими кузнецами-орками.
  
Глава 37 
 
Заданием на конкурсе кузнецов было создание из металла казана. Я сперва удивилась, что работать они собираются не в кузне или рядом с печью, а прямо на улице, но потом разглядела, что металл, из которого участники пытались сформировать округлую форму — желтого цвета. Это было что-то куда мягче железа, более плавкое: медь или какой-то местный сплав. Вместо наковален использовали обычные булыжники, только молоты выглядели привычным образом.
Не знаю, как Кирима допустили к участию в конкурсе, но он отчаянно жульничал, применяя одновременно магию огня и земли. В отличии от орков, которые легко плющили заготовки в тонкий блинчик, такой физической силой он похвастаться не мог, и брал умением, комбинируя магии. Впрочем, чрезмерная сила некоторым кузнецам не помогала выиграть: пытаясь сформировать округлую форму, некоторые били слишком сильно, и металл разрывался. Это вызывало разочарованные стоны у зрителей-болельщиков.
Впрочем, присмотревшись, я заметила, что и другие орки применяют магию. Один явно использовал заклинания огня, чтобы лучше разогреть заготовку, а другой, когда случайно сделал дыру в металле, сунул металл в костер и использовал заклинания земли, чтобы, управляя металлом, заделать быстрее дыру. Но так умело сплетать магию земли и огня, как это делал Кирим, никому из них не удавалось.
Конкретных правил у соревнования не было, как и временных рамок. Просто дожидались, когда большая часть участников будет готова, опоздавшие могли или все же продемонстрировать свою работу, или просто уйти. Казан Кирима явно выделялся на фоне остальных: он был очень правильной формы, без следов молотка и с аккуратными удобными ручками по бокам. Маг даже успел начистить его до блеска, и казалось, что его хоть сейчас можно ставить на огонь и готовить. Остальным участникам явно не хватило времени или мастерства, но отдавать главный приз человеку судьям явно не хотелось.
Казан Кирима принялись обстукивать, исследовать, чуть ли не на зуб в поисках огрехов:
— Какой-то он маленький, — говорил один судья.
— Да, маленький. В таком казане на большую семью еды не сготовишь.
— И ручки слишком тонкие.
— Да, тонкие, оборвутся того и гляди.
Кирим слушал их россказни с небрежной ухмылкой:
— Чей же казан лучше моего? — все же осведомился он.
Орки недоуменно оглянулись на других. Объективно говоря, все казаны были примерно одного размера, чуть больше, чуть меньше, но не сказать чтобы была такая большая разница. Кто-то сделал более плоский, кто-то более выпуклый, похожий на округлую кастрюлю. Действительно хорошо выполненных казана, на которых не видны были бы следы от молотка, было два, но второй кузнец не успел приделать к своему творению ручки. Остальные конкурсанты решили, что лучше быстрее закончить, чем качественно сделать, и какие-никакие ручки приварили.
Судьи, переглянувшись, принялись расхваливать тот казан, что был более-менее хорошо сделан, хоть и без ручек. Его автор — немолодой уже орк из горных козлов, сгорбленный постоянной работой, горделиво расправил плечи.
— Вот этот казан действительно хорош, сразу видно, — приговаривал один.
— Да, очень удобная форма, и размер удачный, — добавлял второй, игнорируя тот факт, что казаны-то практически одного диаметра. — И круг идеальный, что солнышко! Очень удобно на нем готовить будет…
— Да-да, это точно. Ничего не пришкварится…
Орки недоуменно зашумели. Кто-то поддерживал представителя Козлов, кто-то смущенно бормотал, что работы одинаковые, а человек успел закончить и ручки прикрепить.
— Если так удобно, так, может, надо на практике испытать⁈ — не выдержав, выкрикнула я из толпы.
Судьи удивленно оглянулись, а ЗалиКруна дернула меня за руку, заставляя отойти назад, но меня было не остановить:
  
— Пусть женщины из племени Соколов и из Козлов попытается приготовить что-нибудь в этих казанах, так и узнаем, какой лучше! — несмотря на сопротивление ЗалиКруны, выкрикнула я.
Орки зашумели удивленно.
— А ведь верно, может, мой казан лучше в готовке, — неожиданно подал голос один из кузнецов, работа которого осталась за бортом. — Пусть жинка моя сготовит на нем, все увидят, что мой казан — лучший!