"Фантастика 2025-124". Компиляция. Книги 1-22" (СИ)

— Да как же так можно, чтобы девка да без мужа была? Цель всякой женщины — детишек народить.
Я удивленно захлопнула рот. Мне-то казалось, что единственная в племени женщина, имеющая статус выше табуретки, будет агитировать за феминизм, но тут им и не пахло. Тогда я решила зайти с другой стороны:
— А как же мужа-то обихаживать, если лекарство будет время отнимать? Нужно ведь то к одному больному, то к другому, то травы собирать и сушить, зелья варить… Как при этом за домом проследить: прибрать, еды сготовить, за детьми присмотреть…
  
— Так на то помощницы есть, — хмыкнула ЗалиКруна. — За то, что ты кого излечишь или травку нужную дашь, в доме твоем всякая женщина за честь сочтет прибраться, еды готовой принести или сготовить чего, за детьми присмотреть, скотину обиходить. Кто побогаче, те снох отправляют али служанок, наложниц из рода.
— А если я еще не наработала на помощниц, никого еще не излечила, а заготовкой трав заниматься надо?
— Так и бабы не дуры — загодя служат на всякий случай. Ты не волнуйся, каждая лекарке угодить мечтает, чтобы в случае беды какой или мора ты в ее шатер первым пошла. Мужики деньгами да дорогими вещами отдариваются, а бабы — службой. И ты и вся семья твоя всегда будет обута, одета и ухожена, племя знает, кто важен для его выживания, — тут она со значением посмотрела на Лиса, будто намекая на то, какая удачная партия ему досталась. Да и СакрКруш, кажется, был впечатлен.
— А чего ты ОксТарну-то выбрала, — спросил мой добрый опекун, — она ж дурная?
Я бросила на него взгляд, полный возмущения.
— Много ты в бабах понимаешь, — отмахнулась от него ЗалиКруна, но СакрКруш лишь уважительно склонил перед ней голову, не посмел читать нотацию о правилах поведения для настоящих орчанок. — Она хоть и чужестранка, но ум-то есть, это сразу видно. И среди девок за себя постояла, хоть физически и слаба, и отпугнула, но жестокости в ней нет, никому не навредила по-настоящему. А вот ГладРидка-то твоя совсем из другого теста. Красива девка, но подлость в ней, будто червяк, что здоровую корову изнутри сжирает, — ЗалиКруна смачно плюнула на землю.
— Нет в ней этого! — возмутился СакрКруш.
— Твоя жизнь — тебе и ошибаться, — фыркнула ЗалиКруна.
— Перед теми, кто сильнее, ГладРида добренькой старается казаться, а тех, что слабее спешит пнуть побольнее, чтобы власть свою утвердить, будто собака невоспитанная, что на всех кидается, — буркнула я.
Лекарка с улыбкой покивала, а СакрКруш надулся.
— Ладно, засиделась я что-то. Пойду домой, — ЗалиКруна решила, что это будет лучший момент, чтобы уйти с праздника. — Все одно по чужим следам не пройдешь, всяк в свои силки попадет.
— У нас говорят: свою голову другому не приставишь, — добавила я.
— Верно сказано, — кивнула лекарка и ушла.
Я подозревала, что в узком семейном кругу СакрКруш устроит разборки, но он лишь смерил всех нас мрачным взглядом и поднялся с ковра:
— Уберитесь здесь. И БранЛис, ты так и не сходил в гости.
Лис развел руками. Разве мог он уйти, когда тут такое творилось?
— Ладно, теперь ничего уже не сделаешь, слишком поздно уже пировать, разве что в следующие дни приглядеться можно. А сегодня разбирайте все и спать, завтра новый день придет, новых гостей и переговоров.
Никто из нас толком не понял, что он имел в виду, но делиться подробностями орк не стал и ушел спать в свою палатку.
***
Ночью мы с Лисом, тяжело нагруженные остатками пира, отправились к Кириму. От Халмира это, конечно, было не скрыть, но он помалкивал, а от СакрКруша исчезновение части еды можно будет легко утаить. Пир был большой, гости ели много, кто там будет пересчитывать. А Кирим хоть отъестся.
За время стоянки на более-менее регулярном питании он немного оброс мясом, но было все равно видно, что крупный костяк предполагает куда больше еды, чем мы могли обеспечить. И уж точно требовалось есть не один раз в сутки ночью, а нормально питаться три-четыре раза в день по всем нормам КБЖУ, не забывая про витамины, а также солнечные ванны и прогулки на свежем воздухе. Но пока можно было хотя бы порадоваться тому, как он с удовольствием ест мясо.
Я так внимательно смотрела на Кирима, что не заметила, как мое зрение переключилось на магическое. В голове проносились сцены сегодняшнего утра, когда Шаман что-то пытался сделать с орками, используя странную магию, которая всех их окружала. Уже не в первый раз я наблюдала эти связи в виде зеленоватых лент, что опутывали всех членов одного племени: в бою они делали племя единым, будто один организм. Но в мирное время…
И тут я увидела зеленую полупрозрачную ленту, что обвивала горло Кирима, а ее конец вился по воздуху и уходил куда-то, проникая прямо через ткань палатки. Я удивленно ахнула и потеряла нужную концентрацию, поэтому виде́ние пропало.
— Что-то случилось? — немедленно встрепенулся Кирим.
— Да… — его лицо стало обеспокоенным, и я поспешила исправиться: — нет, ничего плохого. Просто я сумела увидеть… что-то… мне кажется, это магическая связь, что связывает племя, всех его членов. Это будто зеленая лента энергии стихии Земли… — я описала ее настолько подробно, насколько сумела.
— Где? Как именно ты ее увидела? — моментально потеряв интерес к еде, принялся расспрашивать Кирим.
Я рассказала. Потом попыталась показать. Затем даже сложила пальцы колечком, обхватив ими магическую ленту, и продемонстрировала, как она идет от шеи Кирима к стенке шатра… и ничего. Он видел другие энергетические нити, мог их создавать, в том числе и зеленого цвета, но не мог увидеть ту, что привязывала его к племени.
— Может, ты просто не видишь ту энергетическую ленту, что привязывает тебя? Посмотри на Лиса, у него такая же, — предложила я.
Хотя отличие все же было: лента Лиса направлялась в другую сторону, не туда, куда та, что связывала Кирима.
— Я просто не понимаю… — воскликнул маг, — как это возможно? Как ты, начинающий маг, можешь видеть эти энергии, в то время как я, которого обучали самые лучшие преподаватели Дорвереда, не могу?
— Может, дело в том, что она сильфида? — предположил Лис, которому, на мой взгляд, было скучновато наблюдать за нами, учитывая, что он-то точно ничего не видел, не являясь магом.
— Ну, да, конечно, — буркнул Кирим скептическим тоном, и это вывело меня из себя. Сколько можно-то⁈
— Определенно, это единственный вариант. — Строго заявила я и встала на ноги. — Что ж, раз на то пошло, думаю, мы здесь закончили. Не вышло и не вышло. Я думала попытаться поисследовать эту ленту еще, но если ты относишься к моим знаниям скептически, в этом нет никакого смысла…
— Оксана, он не это имел в виду! — попытался встрять за друга Лис.
— А по-моему именно то, что и сказал, — еще злее бросила я. — Если кто-то из-за своей гордыни неспособен принять чужие способности, что ж… нельзя заставить другого человека принять помощь, если он того не хочет!
— Оксана… — Бранлис удивлённо выдохнул мое имя, и я увидела, как он будто погас.
— Ты сам знаешь, что я права, — не смогла я сдержать что-то жесткое, рвущееся изнутри. — Если человек не хочет, чтобы его спасали, то заставить его нельзя.
Я увидела, как он побледнел, и какая-то часть меня расчетливо отметила, что это слабость, с помощью которой можно им манипулировать.
— Прошу прощения, Оксана, — вклинился Кирим. — Я… ты права, гордыня застит мне глаза. Я не знаю, кто ты и каковы твои способности, но, очевидно, что они уже превышают мои. Если так распорядились Стихии, то не мне им перечить. Я приношу свои извинения и клянусь впредь с уважением относиться ко всему, чего не понимаю, — сказал он и низко поклонился.
  
Я замерла, удивленная и будто обезоруженная, потому что видела — он совершенно искренен. Он смог признать свою ошибку так естественно и просто… и что-то ядовитое и расчетливое внутри меня, будто растеряло свои зубы и скрылось где-то в глубине сознания.
— Ладно, — тихо произнесла я и вернулась на свое место на скромном тюфяке Кирима. — У меня, вообще-то, была еще одна идея.