"Фантастика 2025-124". Компиляция. Книги 1-22" (СИ)

Еще один рывок за крыло заставил меня упасть на спину.
– Так, посмотрим, – пробормотал шаман задумчиво, коленом придавливая мою грудную клетку, так что и не продохнуть.
Я завизжала и попыталась отбиваться руками и ногами, но он, кажется, и не заметил, только стал давить коленом сильнее. А, когда в его руках сверкнул знакомый нож, я замерла в панике. Сработал какой-то инстинкт, и я застыла, как олень в свете фар, и могла только наблюдать, как медленно лезвие приближается к моему распластанному на земле крылу.
  
Крылья у меня были большие и красивые, похожие на стрекозьи, но желтоватого цвета. Когда я расправляла их в разные стороны, они оказывались длиннее, чем руки до кончиков пальцев. Хрупкие на вид, они были легкими, крепкими и чуть изгибались, если приложить усилие, словно пластиковые. Я не чувствовала их, как часть тела: как руку или ногу, скорее как ноготь – знала, в каком они положении, старалась аккуратно не обломать, но на деле и падала и кувыркалась, а с ними ничего не случалось. А еще на солнечном свету в их прожилках переливались радужные блики.
Все это пронеслось в моей голове, пока я смотрела, как медленно, но верно кинжал приближается к моему крылу. Вот он ткнулся в блестящую поверхность, я замерла, не в силах дышать. С противным скрипом нож прочертил полосу поперек крыла, и я задергалась, пытаясь высвободиться – мне будто зуб попытались расковырять без наркоза.
– Крепкое, надо поднажать, – задумчиво пробормотал Шаман, не обращая никакого внимания на мои трепыхания.
А потом резко замахнулся, почти проломив мне ребра своим коленом, и ударил со всей силы.
«Разобьет!» – поняла каким-то образом. Я изо всех сил рванулась в сторону, хоть и понимала, что это бессмысленно, он крепко фиксировал как мое тело, так и крыло.
Я не поняла, как случилось так, что в последний момент Шаману в лицо будто сыпанули пригоршню песка, он едва заметно пошатнулся, я дернулась, и вместо моего крыла он попал мимо. Я с ужасом смотрела на торчащую из песка рукоять, понимая, что сейчас я должна была быть пригвождена за крыло к земле, как бабочка в коллекции энтомолога.
– Дочь проклятых Духов Пустыни, – выругался Шаман, добавив несколько нецензурных эпитетов и смерил меня таким яростным взглядом, что стало очевидно – мне не жить, этот мне не только крылья оторвет, но и горло перережет, не сомневаясь ни секунды. – Нужно поставить защиту от духов и магии, чтобы никто не смог помешать, – пробормотал он задумчиво. – Эй, кто там? Принесите сюда мою сумку! Там есть травы, нужно раскидать их по периметру лагеря…
– Простите, но у нас совсем нет времени, Великий Шаман, – поклонился ему глава отряда. – Нам нужно скорее покинуть людские земли, а то не миновать беды, ты ведь сам так сказал.
Шаман зашипел так, словно на угли пролили воды, того и гляди задымится – так ему не терпелось заняться мною.
– Дитя Пустынных Духов и так у тебя в руках, ты сможешь удержать ее и повеселиться, когда угодно, – понизив голос, доверительно заметил орк с кольцом на клыке.
Меня от этого «повеселишься» пробрало морозом по спине. Шаман явно разрывался между желанием заняться мною скорее и осознанием своего долга. Подумав, он вырвал кинжал из земли и еще разок чиркнул по моему крылу, в этот раз будто пытаясь соскоблить с него что-то. Меня от этого пробрало до мурашек, но не так, чтобы было невыносимо больно. Я боялась кричать и дергаться лишний раз, чтобы Шаман не передумал. Он тем временем широко лизнул свою грязную лапу и провел по моему крылу, а потом посмотрел сам и продемонстрировал всем окружающим – на оливково-зеленой коже остались золотистые песчинки от моего крыла.
– Ладно, – нехотя буркнул Шаман, чуть помедлив. – Но ты, СакрКруш, за нее будешь головой отвечать, – и, встав, наконец, позволил мне вдохнуть.
– Конечно, Великий Шаман, – склонил перед ним голову глава отряда и, прежде чем я успела что-то сообразить, за горло поднял меня на ноги, оттащил в сторону и посадил прямо на землю. Сам же встал надо мною, продолжая сжимать одной рукой за шею, другой – за плечо.
– Я эту зверушку точно не упущу, – пробормотал он, задумчиво накручивая на толстые пальцы, заканчивающиеся длинными черными когтями, мои волосы.
/\/\/\
– Где там шкуры? Несите быстрее, – рыкнул Шаман раздраженно, поигрывая кинжалом, который порхал в его неуклюжих с виду руках, словно бабочка.
СакрКруш глухо рыкнул, и орки из его отряда забегали и поспешно принесли стопку чего-то непонятного. Я увидела в ней и обрывки ткани, и несколько облезлых шкурок, и даже местный аналог папируса из зеленоватой травы. По кивку Шамана первого человека подтащили к нему и поставили на колени. Остальные пленные занервничали, растерянно оглядываясь, но не смели сопротивляться.
– Жить хочешь? – с акцентом по-человечески спросил Шаман.
– Хочу, – поежившись под его взглядом, ответил человек.
– Тогда все будет легко и просто, – ухмыльнулся колдун, сверкнув желтыми клыками. – По закону орков твоя жизнь принадлежит победителям. Ты должен заслужить свободу или умереть как воин. Что ты выбираешь? – как только Шаман это произнес, один из его помощников захлестнул кожаный ремень на шее пленника, придушивая.
– Я хочу жить, – прохрипел тот.
Шаман молча смотрел на пленника, будто испытывая, в то время как его подчиненный все продолжал перетягивать горло своей жертве, не получив отмашки прекратить.
– Руку, – наконец, велел Шаман. Пленник протянул ладонь, и немедленно получил разрез поперек линии жизни. Затем колдун окунул свою лапищу в любимый котелок с жидкой грязью и измазал ею человеку руку, отчего тот взвыл от боли. Не обращая внимания на это, Шаман затянул очередную песню без слов. Еще один помощник поспешно подставил один из кусков ткани, и Шаман перевернул руку жертвы и отпечатал его ладонь на материи. Я с удивлением следила, как зеленое свечение окружило руку пленника, а также его горло, пока Шаман продолжал петь. – Ты наш должник, – наконец, заявил Шаман, отпуская руку человека. Его помощник небрежно ножом отрезал лишний конец от кожаного ремня, оставляя на шее пленника подобие ошейника.
Я ничего не поняла, а вот люди почему-то заволновались.
– Рабство? Его сделали рабом? Как это возможно? Это же против правил? Что это за ритуал? – слышались взволнованные голоса людей. – К рабству нельзя принудить, рабом можно сделать только добровольно.
– Оркская магия, – буркнул кто-то. – Не зря говорят, что маги украли эту идею у орков, но у тех свои законы. Очевидно, проигрыша в бою достаточно.
Люди помрачнели. Тем временем следующего человека подтащили к Шаману для проведения ритуала, а до меня донеслись слова Халмира, сказанные чуть громче, чем нужно было бы. Вроде бы он говорил для окружающих людей, но бросил на меня едва заметный взгляд:
– Рабство? А чего бояться рабства? Я и так в нем пятнадцать лет – ничего, жить можно. Все одно орки нас обратно людям продадут, сами возиться не будут – им деньги нужны, а также все, что за них купить нужно, а не рабы. У них дворцов нет, чтобы прислуживать. Да и чего вам бояться? Вас, может, родственники выкупят, – не всех людей эта мысль приободрила, но все же в целом они успокоились.
Я же покосилась на тех людей, на плечах которых красовались рисунки соколов. Если этих делают рабами, то какова их судьба? Мужчины выглядели слегка пьяными, взгляды их были расфокусированы, зрачки расширены. Они так и стояли, не присоединяясь ни к одной из групп: ни к людям-пленникам, ни к оркам. Что же с ними происходит?
Постепенно все люди прошли через ритуал. Я так поняла, что кусок ткани, на котором шаман отпечатывал след руки жертвы, использовалась как замена контракта. Только вот обычно по словам Халмира в тексте писались ограничения для хозяина, что можно делать с рабом или что можно заставлять делать того, а что нет. Здесь же такого не было.
  
Последним к шаману подтащили все еще пребывающего без сознания беглеца.
– Зачем здесь эта падаль? – рыкнул он раздраженно. – Его нужно просто добить.