Запасной аэродром (СИ)
- Я, мама?! Я ещё утром предлагала тебе пойти к Аделаиде, говорила, что у меня работа, я не могу развлекать тебя весь день. Ты отказалась. Что до ситуации, когда ты оказалась взаперти, то в этом тоже нет моей вины. Зачем отправила Светлану за тридевять земель? Без поисков особенного торта она бы уложилась всего в сорок минут – сходила за Леной и тут же вернулась.
- Но я не думала, что она посмеет запереть меня! – взвинтила децибелы Марина Львовна. – Почему мне не оставили ключи?
- Потому что здесь не Петушки, и иногда в подъезд могут проникнуть не самые чистоплотные личности. Позвонят, ты откроешь дверь, как привыкла дома, и может случиться всё, что угодно! Стоит этим личностям выяснить, что дома только одна пожилая женщина... В общем, ты поняла. И была ещё одна причина – я не хотела, чтобы ты впустила сюда Адель. И, как видишь, оказалась права – стоило Светлане уйти, как тут же примчалась Ада. Зачем ты позвала их, мама?
- Из-за глупых обид ты готова потерять родных? – вспыхнула Марина Львовна. – Какая же ты эгоистка – вся в своего отца-подлеца!!! Какое счастье, что Адочка пошла в меня!
- Лен, иди в свою комнату, хорошо? Я зайду к тебе через полчаса, посекретничаем, - Слава обняла притихшую дочку за плечи, провела мимо опешившей матери и проследила, как девочка скрывается в недрах квартиры.
А потом повернулась к матери:
- Ты права, мне до тебя далеко. Такого отношения, как у тебя к нам с Леной, ещё поискать! Спасибо, что поздоровалась с внучкой, спросила, как у неё дела, обняла и поцеловала. Я всегда подозревала, что в глубине души ты замечательная бабушка. Жаль, что эта часть души слишком далеко запрятана – на поверхность ни одного лучика не пробивается...
- А эта что тут забыла? Стоит, уши греет? – Марина Львовна быстро пришла в себя и с неудовольствием уставилась на Светлану. – У неё есть своё жильё, пусть туда отправляется!
- С какой стати? Я пригласила Свету в гости, - возмутилась Ярослава.
- С той стати, что нам тут не нужны посторонние! У нас семейное дело, а не ток-шоу «За стеклом»! Давно пора серьёзно поговорить, разобраться и вообще. Зачем нам чужие уши?
- Какое ещё семейное дело, мам? Ты имеешь в виду новость, что Адель с Владом за моей спиной крутили амуры? Так Света в курсе. И что там обсуждать, тем более нам с тобой? Мой... бывший и сестра теперь вместе, это их решение – я не собираюсь ни на что претендовать. Полюбили друг друга – и флаг им в руки! Потом, какая же Света посторонняя? Мы с ней с детского сада вместе! Она Лене, считай, не просто крёстная, а вторая мама. И мне ближе, чем сестра.
- То-то и оно, что чужая девка для тебя стала ближе, чем сестра, - поджала губы Марина Львовна. – Присосалась, как пиявка, таскается повсюду следом... Видимо, не к одной тебе присосалась – откуда у нищей девчонки из Владимирской области появилась квартирка в Москве, а? Ясное дело, откуда... И чему такая крёстная научит Ленку – как богатым мужикам головы кружить да на деньги их разводить?!
Светлана не выдержала и вспыхнула, шагнув навстречу Марине Львовне, но Ярослава успела её остановить.
- Свет, не обращай внимания, мама не в себе. Несёт, что ни попадя, и сама этого не замечает. Отнеси, пожалуйста, торт на кухню и включи чайник. А я сейчас тут расставлю все точки над i, провожу маму, и потом почаёвничаем.
- Ты меня выгоняешь?! – Марина Львовна схватилась за грудь.
И Слава мрачно подумала, что по маме плачет сцена – какой трагизм, какая игра! А ведь раньше бы она бросилась просить прощения и уговаривать её остаться... Видимо, последние события послужили той самой каплей... или пёрышком, которое сломало верблюду спину.*
Вернее, боль от предательства уничтожила розовые очки, которые мешали ей раньше рассмотреть истинное отношение родных.
-Нет, не выгоняю, - спокойно ответила Ярослава, - но ты очень хотела повидаться с Адель. До такой степени, что пригласила... молодожёнов сюда, хотя я ясно дала понять, что не желаю их видеть в своём доме. И поскольку запрет я не снимаю, а по техническим причинам ты не могла уйти раньше, то сейчас как раз подходящее время, чтобы сходить в гости к младшей дочери.
- Подожди, - стушевалась Марина Львовна. – Мы тут наговорили друг другу... всякого. Я понимаю, что ты обижена на Володю, но при чём тут мы с Адой? Ты же сама много лет сохла по Дерюгину, то есть знаешь, что чувству невозможно противостоять! Адель была невинна, её Володя соблазнил и смутил. Моя девочка виновата лишь в том, что влюбилась и потеряла голову. А ты решила вычеркнуть её из своей жизни. Это неправильно! Адочка в положении, скоро родится твой племянник или племянница! Наш долг поддерживать её, помогать и оберегать от волнений!
- Что-то когда я была в положении, ты придерживалась совсем других убеждений! – с горечью заметила Слава. – Выставила меня из родного дома и глазом не моргнула! Если бы не бабушка, даже не знаю, как бы я справилась.
- Ну ты сравнила! – всплеснула руками Марина Львовна. – Ты нагуляла Ленку неизвестно от кого, а у малыша нашей Адочки есть папа. Скоро они поженятся, ребёнок появится в законном браке – всё, как у людей!
Лицо Ярославы исказила болезненная гримаса, и мать спохватилась, что разговор снова ушёл в нежелательном направлении.
- Яна, не злись на правду! Обещаю, что больше не задену эту тему, раз ты так на неё реагируешь, но нам на самом деле надо кое-что обсудить наедине!
Слава несколько мгновений колебалась – мама же не отстанет! Проще выслушать, а делать, как она попросит или потребует, не обязательно. И, наконец, решилась.
- Хорошо, пойдём на лоджию, я выслушаю, что ты там ещё придумала. А потом ты...
- Уйду ночевать к Адель, - закивала Марина Львовна. – И...
- И не зови меня Яной! Сколько раз тебе говорить – я Слава, Ярослава. Яра, наконец!
- Ты же знаешь, что я выбрала для тебя другое имя – Янита, а твой подлец-отец самовольно записал тебя по-своему. И не проси – для меня ты Яна, - отрезала мать. – Идём, разговор на самом деле серьёзный и касается он наших квартир.
*Пословица, значение которой – всему есть предел. И терпению, и выносливости.
Глава 10
- Давай поговорим, - согласилась Слава и, не снимая плаща, повернула в сторону лоджии.
- Почему туда? – недовольно заметила Марина Львовна. – Уже не лето, в комнатах уютнее и теплее.
- Не хочу, чтобы Лена что-то услышала, - отговорилась Ярослава. – Через дверь мы увидим, если дочка войдёт на кухню. Что до прохлады – врачи говорят, она на пользу. Ну и лишний стимул не засиживаться.
- Какая ты стала нервная и колючая, - поморщилась мать. – Научилась спорить и огрызаться.
- Преподаватели были убедительные.
- Я тебя такому не учила!
- Давай ближе к делу. Я устала, хотелось бы поскорее лечь спать.
- Мы столько времени не виделись, а ты бегом-бегом! – возмутилась Марина Львовна. – Для матери у тебя и минутки лишней нет!
- Если ты собираешься обвинять и упрекать...
- Нет-нет! – всполошилась мать. – Я сейчас! Куда тут присесть? А... Адель ждёт малыша! – выпалила Марина Львовна. – Но она только-только поступила, первый курс. Брать академ или бросать учёбу никак нельзя, понимаешь?
- Понимаю, но я-то при чём? Надеюсь, ты не хочешь, чтобы я стала нянькой её ребёнку?
- Нет конечно! Зачем ты, когда у Адочки есть мама?
Слава выгнула бровь – ну-ну, продолжай!
- Я не оставлю дочь, помогу с малышом. Но сама понимаешь, для этого мне придётся переехать в Москву. За сто двадцать километров не наездишься, да и ночью надо будет к ребёнку вставать, чтобы Ада и Вла... Чтобы молодые родители могли выспаться. Адочке утром в институт, отцу моего внука – на работу, деньги на семью зарабатывать.
Марина Львовна замолчала и посмотрела на старшую дочь – может быть, она уже сама догадается, в чём проблема? И сама предложит выход?
Но та хранила молчание и не спешила выступать ни палочкой-выручалочкой, ни доброй феей. Огорченно вздохнув – какая же Яна чёрствая! – мать продолжила: