Сварливый роман (ЛП)
— Нет.
— Нет? — Сазербург чуть не падает со стула.
— Я думаю, что он хочет сказать, что никто не удержит его от этой потрясающей возможности. — Нервный смех срывается с моих губ. — Верно?
Уолш кивает мне. — Мисс Джонс, я думаю, что ваша способность интерпретировать реальные мысли вашего босса на высоте.
— Спасибо. — Я прочищаю горло.
— Ты очень талантлива. Это такая пустая трата времени — видеть, как молодой и… — его глаза скользят по моему телу, — щедрый актив тратится впустую под опекой Алистера.
— Ты переманиваешь моего помощника у меня на глазах, Уолш? — Алистер плюется.
Уолш встает и застегивает костюм. — Я услышал то, что мне нужно было услышать, и я думаю, что партнерство между Belle's Beauty и Baby Box — правильный выбор. Если мы сможем обсудить детали, Алистер, я пришлю контракт.
Я тоже вскакиваю на ноги. — Спасибо.
Алистер остается сидеть.
— Вот, — подходит ко мне Уолш и протягивает визитку, — позвони мне, если тебе когда-нибудь надоест морозная кружка Алистера. Я думаю, вы будете очень довольны моими условиями.
Меня тошнит прямо в рот.
Алистер вскакивает на ноги, его лицо гневно. Я узнаю этот взгляд и быстро встаю перед ним, преграждая ему путь, чтобы Уолш и Сазербург могли выйти.
Когда дверь со щелчком закрывается, я поворачиваюсь к нему. — Ты пытался сорвать сделку?
Ответа нет.
— Алло? — Я машу рукой.
Это как разговаривать с высеченной, абсолютно великолепной стеной.
Внезапно он поднимает руку ладонью вверх.
Я пристально смотрю на него. — Чего ты хочешь?
Он выгибает бровь, все еще выглядя раздраженным.
Я глубоко вздохнула. Кого я оскорбила, что заслужила такого начальника? Серьезно, я вернусь и покаюсь на коленях, если понадобится.
— Что? Что? — Я в отчаянии размахиваю руками.
Алистер забирает у меня визитную карточку Уолша. В два быстрых щелчка пальцами визитная карточка распадается на три части. Еще два щелчка, и все через пять минут.
Я в шоке моргаю. — Что, черт возьми, с тобой не так?
ДА. Он мой босс.
И да, мне, наверное, не стоит кричать.
Но к черту приличия. На этот раз это он переходит черту.
— Вы планировали принять его предложение?
— К тебе это не имеет никакого отношения.
Алистер рычит. Он хорошо одетый псих. Карие глаза яростно кричат о его недовольстве. Я теряюсь в нитях коричневого и золотого. Ярость, пойманная в ловушку меняющегося изумруда и грязи.
Он продолжает смотреть на меня, не говоря ни слова.
Гнев шевелится в моей груди, подчеркнутый чем-то еще. Я чувствую, что тону в огне и электричестве.
Мое дыхание становится тяжелым. — Сколько раз я должна тебе это повторять. Ты. Не. Владеешь. Мной.
— И сколько раз я должен тебе повторять. — Он подходит ближе, пока не оказывается в моем личном пространстве. — Ты не выступаешь на этих собраниях без моего разрешения.
— Пошел ты.
— Не хочешь повторить это еще раз? — Его лицо практически над моим.
Мое дыхание вырывается в воздух быстрыми ударами, отбивая ритм моему бешено колотящемуся сердцу. Тиканье на его челюсти привлекает мой взгляд туда. Его лицо острое и опасное. Его рот — предупреждение. Толстый и наполненный. Обещающий наслаждение и катастрофу.
Мне их укусить или поцеловать?
Осознание опаляет воздух между нами. Я не слышу собственных мыслей из-за того, как сильно бьется мое сердце.
Он твой босс, Кения.
Напоминание заставляет меня отступить на шаг. Отодвигаясь от него, чтобы собраться с мыслями, я хмурюсь. — Уолш — придурок, но придурки есть везде.
— Он не просто придурок. Он был постоянным врагом с первых дней существования Fine Industries. Его технологическая компания закрылась. Моя — нет. И даже до сих пор он терпеть меня не мог.
— Он был бы глупцом, если бы позволил своей личной вражде с тобой помешать этой сделке. — Я бросаю на него пристальный взгляд. — Кроме того, это не Fine Industries. Это Belle's Beauty. Партнерство с "Бэби Бокс" — хороший ход. Ты сам так сказал, и я согласна. — Не то чтобы мое мнение, похоже, имело для него значение. — Я знаю, что могу убедить их не публиковать информацию о вашей дочери. Давайте не будем ходить вокруг да около и пытаться вести себя так, будто они нам не нужны. Ты знаешь, что мы это делаем.
Он резко поворачивается и потирает виски. Интересно, вернулась ли его головная боль. Этим утром он неуклюже приплелся на работу, выглядя как разогретый в микроволновке труп. Мне не нужно представлять, как усердно работает этот мужчина. Это прямо написано на его великолепном лице.
Я дала ему таблетки от головной боли, потому что, если он выкинет все из головы, я потеряю работу.
Также… кажется, что о нем больше никто не заботится.
Но это не потому, что я забочусь о нем.
Это просто человеческая порядочность. Чего-то, чего, кажется, не хватает Алистеру.
— Я подумаю об этом, — наконец говорит он.
Я оживляюсь и встаю перед ним на цыпочки. — Означает ли это, что мы заключаем сделку с Baby Box?
— Это означает, что у тебя будет двойная работа. Я ожидаю, что вы сделаете все возможное для продажи бэби-боксов и продолжите акцию в магазине.
Мои глаза сужаются. — Ты наказываешь меня за заключение сделки с Baby Box?
Он наклоняется так близко, что я задерживаю дыхание. Кривя губы, он говорит: — Поздравляю, мисс Джонс.
Мое сердце бешено колотится в груди.
Этого нельзя отрицать. Холланд Алистер действительно мой злейший враг.
— Значит, он соглашается на сделку с Baby Box? — Спрашивает меня Санни, когда я тащусь в ее квартиру и плюхаюсь на диван.
— Ага.
— И он ожидает, что ты будешь руководить продвижением товаров в магазине и заниматься упаковкой детских коробок?
— Все верно.
— Все? — Ее глаза расширяются.
Я кладу голову ей на колени и вздыхаю. — Все.
— Это смешно! — Ее колено дергается, отчего моя голова отлетает в сторону.
Я вскакиваю. — Ты не можешь?
— А ты не можешь? — Ее глаза сердито вспыхивают. — Ты просто позволишь ему вот так издеваться над тобой?
— А какой еще у меня есть выбор?
— Ты подставляешь ему задницу во всех новостях! Он миллиардер. Таблоиды это проглотят.
— Он уже угрожает мне судебным иском, и ты хочешь дать ему повод подать на меня в суд за клевету?
Ее глаза сужаются. — Я имею в виду… когда ты так говоришь, это звучит глупо.
— Я ценю твою мысль.
— Мы можем публиковать анонимно.
— Не стоит того. У него на зарплате целая армия юристов. — Я указываю на ее диван. — И я сплю со своим лучшим другом, потому что у меня даже нет машины, чтобы переночевать.
— Эй, даже если бы у тебя была машина, я бы не позволила тебе спать в ней.
Я прикрываю глаза рукой. — Я облажалась.
— В любом случае, что у него за дела? Почему он наказывает тебя за спасение сделки с бэби-боксами?
— Полагаю, он защищает честь своей дочери, — бормочу я.
Она дергает меня за руку, заставляя сесть. — У твоего сумасшедшего босса есть ребенок? Как порождение зла или настоящее человеческое существо?
— Она человеческое существо. Маленькая девочка. Он защищает ее так, словно она его последний вздох. Ты бы видела, как он противостоял Уолшу. Бэби Бокс предлагала нам сделку, а он собирался отказаться, чтобы защитить ее.
— Вау. — Санни откидывается назад, ее глаза устремлены в потолок. — Я понятия не имела. В Сети не было никаких упоминаний о ребенке Алистера.
— Я знаю. — И, учитывая его поведение сегодня, становится понятным, почему она не в центре внимания. Я не знаю ни одного репортера, который был бы настолько глуп, чтобы опубликовать статью о ней.
— Неудивительно, что он захлопнул крышку в тот день, когда ты упомянул ее на презентации бэби-бокса.
— Эй, я не упоминала ее.
Санни пренебрежительно машет рукой.
— Но ты права. Я буквально почувствовала, как мурашки пробежали по моему позвоночнику. — Я подношу подушку к лицу и стону в нее. — Его отношение — дрянь, но я не могу отрицать, что мне не следовало упоминать о его семье.