Идеальный мир для Химеролога 3 (СИ)

— Не переживайте, — я улыбнулся. — С мусором я как-нибудь разберусь. У меня свои методы утилизации. Экологически чистые.
Он посмотрел на меня с сомнением, явно пытаясь понять, шучу я или просто сошёл с ума. В его глазах отчётливо читалась мысль: «Ещё один чудик. Ну да ладно, мне же проще».
— Ну, как знаете… — протянул он, вычёркивая из сметы ненужный пункт. — Хозяин — барин. Тогда итоговая сумма будет вот такой.
  
Он внёс изменения, и цена стала чуть менее устрашающей. Мы подписали договор. Мне пожали руку и пообещали, что через четыре дня всё будет готово.
Четыре дня… Четыре весёлых дня, за которые мне нужно будет как-то спрятать от посторонних глаз говорящего попугая, обезьяну-спецназовца, крота-шахтёра, черепаху-юриста и целую армию хомяков-утилизаторов. Задачка не из лёгких.
Но ничего, прорвёмся. Главное — чтобы они не заглядывали в подвал. А то вопросов будет много.
* * *
Вернувшись в клинику, я первым делом нашёл Валерию. Она как раз заканчивала составлять график приёма на ближайшую неделю.
— Лера, у нас хорошие новости, — объявил я с порога. — Завтра начинается ремонт.
— Наконец-то! А то я уже боялась, что какой-нибудь особо впечатлительный клиент в обморок упадёт от вида наших стен. На сколько мы закрываемся?
— А мы не закрываемся. Ремонт будет идти только в дальних помещениях. А приёмная, мой кабинет и одна операционная продолжат работать в штатном режиме. Клиентов будем принимать, как обычно.
Валерия нахмурилась. Она подошла к своему столу и ткнула пальцем в толстую тетрадь, исписанную её аккуратным почерком.
— Вик, ты вот это видел?
Это был журнал записи. И он был забит под завязку. На неделю вперёд.
— Реклама, которую запустила Агнесса, сработала как атомная бомба, — пояснила она. — Телефон разрывается с самого утра. Люди готовы ехать с другого конца города. У нас сейчас такой наплыв, что мы и вдвоём еле справляемся. А ты говоришь — ремонт. Это же шум, пыль, рабочие будут туда-сюда шастать…
Она сделала паузу.
— Вик, кажется, нам пора задуматься о дополнительном персонале. Мне нужен как минимум один помощник на ресепшен. Просто чтобы отвечать на звонки и вести запись. А тебе — ассистент в операционную. Готовить животных, убирать после… Ты же не можешь всё делать сам. Ты и так на износ работаешь. И скоро просто свалишься от усталости!
Она была права. Последние несколько дней я спал по три-четыре часа в сутки, постоянно подпитывая себя тонизирующими микстурами собственного изобретения. Но даже мой прокачанный организм начинал подавать тревожные сигналы.
Но новый сотрудник… Это означало пустить в нашу маленькую, странную семью постороннего. Человека, который не знает о моих секретах. Которому придётся врать. Который будет задавать неудобные вопросы.
Это был риск.
— Я не могу нанять кого-то с улицы, — возразил я. — Ты же понимаешь, у нас тут… своя специфика.
— Я понимаю, — кивнула она. — Но так больше продолжаться не может. Мы либо расширяем штат, либо просто захлебнёмся в этом потоке.
Я ещё раз посмотрел на забитый до отказа журнал записи.
— Ладно. Я подумаю.
День пролетел в бешеном ритме.
Валерия, как настоящий полководец, командовала парадом. Она умудрялась одновременно принимать новых клиентов, успокаивать тех, кто уже стоял в очереди, отвечать на нескончаемые телефонные звонки и при этом ещё находить время, чтобы приносить мне чашку кофе.
Я же, запершись в операционной, работал на пределе своих возможностей.
После обеда, как и было оговорено, приехали рабочие из «Монолит-Строя». Они разгрузили своё оборудование, оцепили дальнюю часть клиники плотной полиэтиленовой плёнкой и принялись за дело. Грохот перфораторов и стук молотков смешались с лаем, мяуканьем и возмущёнными криками Кеши.
— Говорю, у него понос! — орал очередной клиент, пытаясь донести до меня суть проблемы своего бульдога.
— А я говорю, уши прочистите! — орал я в ответ. — Это не понос, а ушной клещ! Он головой трясёт от зуда!
— А почему он тогда дрищет⁈
— Да потому что вы его вчерашним борщом накормили!
И так весь день.
К вечеру рабочие наконец-то свалили, оставив после себя разгром и обещание вернуться завтра.
— Всё, — сказал я, выходя из операционной и вытирая руки. — На сегодня хватит. Я в Дикие Земли.
Валерия, которая как раз пересчитывала дневную выручку, подняла на меня уставшие глаза.
— Вик, ты серьёзно? Ты же на ногах еле стоишь. Может, отдохнёшь?
— Отдых для слабаков, — отмахнулся я. — Мне нужен материал. Свежий и качественный. А он сам ко мне в руки не придёт. Рядовая, собирайся. Идём на прогулку.
Моя обезьяна-солдат, которая весь день пряталась от шума в подвале, тут же оживилась. Натянула свой маскировочный плащ и застыла у двери в ожидании приказа.
Кеша тоже встрепенулся.
— Куда? Опять в этот ваш страшный лес?
— А ты можешь остаться, — пожал я плечами. — Будешь клинику охранять.
— Не-не-не! — он тут же спикировал мне на плечо. — С тобой как-то надёжнее. Вдруг опять кто-нибудь вломится.
Мы снова оказались в Диких Землях. Но на этот раз я выбрал другой маршрут, который разведал Кеша — тропу, ведущую к старым заброшенным каменоломням. По слухам, там водилась интересная живность.
Ночь была тёмной и тихой. Мы шли, почти не разговаривая, прислушиваясь к каждому шороху. Рядовая шла впереди. Кеша сидел у меня на плече, нервно вертя головой.
В какой-то момент я почувствовал, как напряглись мышцы моего тела. Я сам не заметил, как перешёл в боевой режим. Сердце забилось чаще, зрение обострилось. Я влил в себя толику энергии, временно перестраивая организм. Мышцы налились силой, реакция ускорилась до предела. Мир вокруг словно замедлился.
Я не был воином по своей природе. Но за долгие годы жизни приходилось всякое. И сражаться я умел. Особенно, когда знал анатомию противника лучше, чем свою собственную. Мой клинок в руке был не просто оружием, а продолжением моей воли… скальпелем, если уж на то пошло, способным вскрыть любую защиту.
— Хозяин, там что-то… — прошептал Кеша.
Из-за кустов показалась стая тварей, похожих на гиен, но с костяными наростами на спинах. Они скалились, рычали, и их глаза блестели в темноте голодным огнём.
— Мои, — предупредил я Рядовую и шагнул вперёд.
Они бросились на меня со всех сторон. Я двигался, как танцор в смертельном танце. Уклон, выпад — и клинок входит точно в сочленение между шеей и черепом. Разворот — и лезвие вспарывает брюхо другой твари. Мои движения были быстрыми и точными.
Третья гиена прыгнула сбоку, целясь мне в горло, но я уже знал её траекторию — мышцы на её задних лапах напряглись за долю секунды до прыжка. Я поднырнул, клинок вошёл снизу вверх, прямо в сердце. Тварь захрипела, обмякла и рухнула, заливая землю чёрной вязкой кровью, от которой пахло серой и гнилью.
Рядовая стояла в стороне, скрестив руки на груди, и с профессиональным интересом наблюдала. Кеша, вцепившись в моё плечо, комментировал:
— Так, хорош, хорош! А вот тут можно было и побыстрее! Опа, а этот сзади заходит! Хозяин, слева! Да не туда, с другого лева!
Когда последняя тварина рухнула на землю, я выпрямился, стряхивая с клинка чёрную кровь. Тело ломило от напряжения — временное усиление давало о себе знать.
— Ну что, насмотрелся? — спросил я попугая.
— Впечатляет, — признал он. — Но я бы лучше с воздуха зашёл. С какашками. Очень деморализует противника.
И тут наш «гениальный тактик» решил показать, на что способен. Он сорвался с моего плеча и с боевым кличем «Свободу попугаям!» полетел в сторону ближайших кустов, откуда, по его мнению, доносился «подозрительный шорох».
  
Я даже не успел его остановить.
— Вот же неугомонный, — пробормотал я. — Рядовая, за мной. Кажется, наш разведчик снова нашёл приключения на свой хвост.
Мы побежали за ним. Из темноты уже доносились возмущённые вопли Кеши и какие-то странные чавкающие звуки.