Детский сад - 11 (СИ)

Наконец, нужная дверь предстала перед ними. Братья немедленно уступили место перед ней Селене. Но Коннор и Мирт встали рука об руку со старшей сестрой, уже не только охраняя её, но и вселяя в неё уверенность, что она всё делает правильно.
«В таком составе — да не отстою Эдена?» — решительно усмехнулась она. Коротко взглянула на Ванду, которая тоже с опасливым интересом смотрела на дверь, и постучала.
Дверь оказалась настолько хлипкой, что сквозь просевший косяк было слышно, как к порогу кто-то зашаркал. Причём зашаркал очень медленно и не то что неохотно, но как-то так, что Селена в этом звуке легко прочла: может, пока дойду, непрошеный гость сам уйдёт? Как ни странно, это прочтение невидимого человека хозяйку места взбодрило.
Старческий голос, который не давал узнать, мужчина за дверью или женщина, боязливо проскрипел:
— Кто там?
Девочка Дэлма сказала, что перед войной семья без Эдена поехала к бабушке. Не эта ли бабушка живёт здесь? А вместе с ней и семья девочки Белостенной?
Поколебавшись, Селена решила действовать напрямую.
— Я хозяйка приюта, в котором живёт мальчик Эден! — звучно, чтобы расслышали сразу, сказала она.
Мгновения тишины — и неожиданно раздался вскрик:
— Эден?!
Следом за вскриком снова послышались шаги, но на этот раз к двери бежали — и не один человек, а несколько. Дверь распахнулась так, что Селена испугалась — а вдруг завалится набок? Но за порогом мужчина удерживал на ногах пока плохо различимую старуху, у которой, кажется, от внезапной вести подломились ноги, а рядом, вцепившись в его плечо, стояла худенькая женщина.
— Вы сказали — Эден! Вы сказали — Эден!! — плача, кричала женщина. — Где он?! Где мой Эден?!
А старуха всё сползала с рук оцепеневшего мужчины, и он всё поправлял её, машинально стараясь поставить на ноги. Наверное, это было бы бесконечно, и Коннор первым решился: он перешагнул порог и с другой стороны от мужчины взялся за руку пожилой женщины, чтобы помочь ей. Его действие пробудило Мирта: мальчишка-эльф быстро шагнул к женщине, которая всё кричала и плакала, и мягко положил ладонь на её голову. Пара шагов Коннора в комнату — и мужчина был вынужден шагнуть следом. Таким образом семья была оттеснена от двери, и Эрно плотно закрыл её. Вместе с Хельми, словно сторожа Ванду, он остался при входе, наблюдая за последующими событиями.
Селена одним взглядом определилась: это не квартира. Это комната. Довольно просторная. Если для одного человека. И абсолютно тесная для целой семьи. В углу, на кровати, затаилась маленькая девочка. За самодельными ширмами пряталась двуспальная кровать. Ближе к входной двери — ютилась кушетка, наверное, бабушки. Возле единственного окна, впритык к стене, стоял стол, рядом плита с кастрюлями. Пузатый одёжный шкаф, стулья и табуретки, швейная машина на столике. Ещё две ширмы скрывали уголки комнаты. Селена не стала вдаваться в подробности.
Коннор помог мужчине усадить старуху на стул. Успокоенная Миртом женщина присела рядом с ней, а мужчина стоял и растерянно смотрел на Селену. А хозяйка места вдумчиво продолжала разглядывать не просто скудное, но нищее убранство комнаты, одновременно пытаясь рассчитать: сколько в деревне останется свободных домов, если…
Мирт принёс ей стул. Мужчина, будто опомнившись, отошёл к женщине и старухе. Кажется, семья девочки Белостенной пребывала в таком ошеломлении, что не знала, с чего начать расспросы. Поэтому Селена взяла бразды правления разговором в свои руки.
— Два месяца назад в мой приют попал мальчик-некромаг по имени Эден. Позавчера в мою деревню приехали первокурсники Белостенные, и девочка Дэлма узнала в Эдене своего брата. — Резкий всхлип женщины продрал по её сердцу, но Селена собралась с силами и мыслями и продолжила: — Я хотела бы уточнить: у вас в самом деле был мальчик по имени Эден? У него тёмные волосы с чуть намеченной рыжиной.
Но, говоря это, она уже скользила по волосам женщины — таким же тёмным, как у Эдена, и с намёком на ту же рыжину. Женщина быстро-быстро закивала, но продолжала кусать губу, наверное боясь расплакаться. И тогда Селена устроила семье целый допрос.
 
— Вы же понимаете, что я не могу отдать вам мальчика просто так, без подтверждения, что он действительно ваш сын. Тем более он не вспомнил сестру Дэлму. Вы живёте здесь, а он жил в пригороде. Я знаю его краткую историю со слов Дэлмы. Но этого мало. Итак, давайте познакомимся. Меня зовут Селена. Я хозяйка места и хозяйка Тёплой Норы — так называется дом для сирот. Представьтесь, пожалуйста, и вы.
Отца Эдена звали Дэйти. Живя в пригороде, до войны он работал инженером на заводе, который сейчас представлял собой руины. Поэтому в Сером Лабиринте Дэйти только и смог, что найти работу автомехаником. Его жена работала в довоенной школе учителем начальных классов. Здесь, в городе, места тоже найти не сумела. И пробавлялась тем, что шила на заказ — таким же бедолагам Серого Лабиринта, что значит — получала гроши за работу. Но работа была, чему Зилла радовалась. Бабушка выходить за пределы комнаты уже давно не могла. Старость и потеря внука подкосили её силы…
Селена оглянулась: Ванда отвернулась, судя по всему вытирая слёзы; мальчишки смотрели твёрдо, и она знала, о чём они думают. Не о том, что Эдена не отдадут в эту жуткую комнатушку, где и без него тесно. Нет, они уже думали о том, что у неё только промелькнуло в мыслях… Уловив её взгляд, Коннор скептически сказал:
— Нет, машины сюда не проедут. Слишком узко для них. Не развернёшься.
Ванда замерла на месте. Родители Эдена уставились на гостей, не понимая.
Селена встала.
— Самое тяжёлое и ценное здесь — швейная машина. Дэйти. Что бы вы сказали о переезде в мою деревню? Всей семьёй, включая вашу бабушку? Мы живём в пригородной деревне, и в ней есть несколько пустых двухэтажных домов, в которых вы сумеете комфортно разместиться. Ремонт не потребуется. Там нужно всего лишь немного отмыть стены и полы. Работу я тоже могу вам предложить — и на хороших условиях.
Она говорила невероятные для себя слова — хотя где уж невероятные… И, наверное, только сейчас в полной мере, выговаривая эти слова, понимала, что значит в этом мире звание «хозяйки места». И добавила:
— Думаю, и вашей Дэлме будет удобней приезжать к вам не сюда, а в деревню, чтобы навещать не только вас, но и брата.
Кое о чём она умолчала, но почувствовала мысленный смешок Коннора: «Ты имеешь в виду Ильма, который теперь будет на каникулы привозить её к нам из храма?»
— Но это слишком серьёзное решение… — оторопело выговорил Дэйти.
— Вам надо отпрашиваться с работы? — безжалостно уточнила хозяйка места. — Вы работаете по найму? И потому вы должны предупредить хозяина?
— Нет, но…
— Дэйти, к обеду я должна быть в деревне. У нас неподалёку две машины. Дважды у меня не получится приехать в это… место. Так ловите же момент, чтобы изменить свою судьбу и судьбу своего семейства. Решайтесь.
Его жена, Зилла, сидела, прижавшись к огорошенной старухе, и просто-напросто тряслась. Маленькая девочка, прокравшись к матери, пряталась за её спиной.
— Минус мебель, берём швейную машину, — заговорил Коннор. — Что вы ещё хотите взять с собой?
Зилла, словно проснувшись, огляделась — и бросилась со стула стремительно сгребать с кровати постельное бельё, сразу же связывая её в узел. Дэйти с сомнением шагнул к швейной машине, оглянулся на входную дверь. Там Хельми, собиравшийся заняться переноской тяжёлых вещей, сбросил капюшон. Мужчина охнул при виде юного дракона, а секунду спустя уже уверенно подошёл к самому тяжёлому предмету среди мебели в комнате…
Предупреждённые мужчины и мальчишки, оставленные ранее у машин, встали цепочкой к переулку, куда ушла Селена с сопровождением. В первую очередь Коннор и Хельми принесли к началу этой цепочки бабушку Эдена, так и сидевшую на стуле, — им так удобней её перемещать, объяснили мальчишки. Затем, поскольку эти двое оказались рядом с машинами, Джарри побежал по их следам, чтобы помочь Дэйти донести швейную машину. По цепочке же, на всякий случай в криминальном микрорайоне, передали не только все узлы с вещами и бытовыми предметами, но и самых слабых членов семьи — Зиллу с маленькой дочерью.