Детский сад - 11 (СИ)

Они все засели в гостиной для старших и взрослых. И сняли покрывало с Эдена, тормоша маленького некромага, с безнадёгой пытаясь разбудить его. Время от времени, когда крик усиливался, они всё так же по-детски решали проблему, снова накидывая на лицо Эдена покрывало, а Руеди так вообще предложил вынести его на улицу. Ренулф, будучи старшим, покачал головой: на ночной улице звуки раздаются слишком гулко… Прибежал домашний Веткин, устрашился увиденным и предложил принести успокаивающий отвар.
— Никаких отваров, — резко сказала Синара. — Особенно для Эдена.
— Почему?
Он все оглянулись на вход в гостиную. Там, опираясь рукой о шкаф, стояла незнакомая девочка с таким лицом, что Синара, глядя на него, застонала от боли, которую должна была чувствовать эта девочка. Неизвестная выглядела привидением — босая, в длинной рубахе, которая еле-еле скрывала её колени.
— Ты кто? — негромко спросил Ренулф.
— Новенькая, — ответил Коннор, бесшумно вставший за её спиной. — Её зовут Шиа.
Девочка от его неожиданного появления невольно шагнула вперёд и чуть не упала. Коннор бесстрастно подхватил её за талию и осторожно подвёл к краю дивана, на котором сидели едва ли не заговорщики, совершенно растерянные, будто их поймали на месте преступления.
— Сидишь? Не падаешь? — спросил мальчишка-некромант Шиа и кивнул, успокаивая: — Я прицепил к тебе сторожевую нить. Поэтому появился следом за тобой, как только ты покинула учебку. А тут… Ренулф? Фиц? Объясните, что происходит?
Объясняя и спрашивая, он взял пару кресельных подушек и обложил ими Шиа, чтобы ей, ошалевшей и начинающей негодовать, удобней было сидеть. После чего взял стул и поставил его перед Ренулфом, который смущённо смотрел на него, не выпуская из рук плачущего во сне Эдена.
— Мирт, Хельми, спуститесь, — в воздух сказал Коннор. — Я пока их спрашиваю — вы слушаете. Ренулф, рассказывай. Или будет говорить Фиц?
Бывшие помощники некромагов переглянулись, и Синара поёжилась.
— Не бойтесь, — невозмутимо сказал Коннор. — Никто вас ругать не будет. Наоборот — чем больше знаем, тем больше поможем. Шиа, тебе не холодно?
Девочка что-то разгневанно прошипела — и замолкла при виде старших братства, которые торопливо вошли в гостиную для старших. Мирт буквально на два шага замедлился, после чего немедленно откинул покрывало с лица Эдена и быстро положил ладонь на его голову. Маленький некромаг хрипловато вздохнул и почти сразу уснул.
— Ну? — нетерпеливо спросил Коннор. — Кто нам расскажет? Или будете молчать и таиться, а Эден так и останется без помощи? Синара, укрой этим покрывалом Шиа.
Пока девочки (одна поспешно, опасливо поглядывая на братьев, вторая — сердито ссутулившись) выполняли его приказ, Фиц поднял голову.
— Вы знаете, в чём, в основном, заключалась наша работа в пригороде. Мы лазили в развалинах и искали предметы, которые потом наши хозяева отдавали заказчикам…
Он замолчал, опустил голову. Насторожилась даже Шиа. Синара же покусывала губу, боясь взглянуть хоть на кого-то.
— Я не могу говорить об этом, — с досадой сказал Фиц. — Нам наши хозяева говорили, что, если кто-то узнает об этом, нас засадят в тюрьму, потому что это… запрещено. Не могу, Коннор!
При имени мальчишки-некроманта Шиа подняла голову взглянуть на него. Вспомнила, кого попросила хозяйка места узнать её имя?.. Завёрнутая усилиями собственными и Синары, она, кажется, только сейчас поняла, что ей холодно. Края покрывала, во всяком случае, она старалась плотно обёртывать вокруг себя.
— Здесь услышим только мы, — покачал головой Коннор. — Так понимаю, что Ренулф и Руеди знают, в чём дело? Ребята, говорите. Иначе не сумеем помочь.
— А что вы сможете? — слегка раздражённо ответил Ренулф, старший. — Ладно. Попробую объяснить. Когда Эден не хотел лезть в руины дома, когда ему было страшно, что дом обвалится на него, ему давали немного выпить запрещённого напитка. Он тогда испытывал эйфорию и спокойно лез туда, куда ему сказали. Вот и всё.
— Не всё, — упрямо сказала Синара. — Ты забыл сказать, что нам всем давали тот напиток — мы его называли «счастье». Только вот… Топаз быстро избавилась от его последствий. Она вампир — у них регенерация сильная. Я чуть слабей, но тоже сумела… Фиц пил напиток «счастья» тогда, когда совсем уж было плохо. Точней, его заставляли пить. Но он уходил в подвалы сразу и там заставлял себя рвать, выташнивал выпитое. А Эден… Он был лучшим — маленький, отлично и далеко видящий. О нём все знали. И все приходящие в пригород поискать нужные вещи для себя в первую очередь спрашивали Эдена, хотели, чтобы искал он… Он выпил много. И привык к «счастью». — Она быстро взглянула на Хельми. — Когда мы здесь очутились, ваши дельтапланы… мы умоляли вас катать нас не потому, что нам нравилось это само по себе. Нет, полёты напоминали нам о напитке «счастье». О том состоянии, которые мы тогда испытывали. И, когда Эден слишком много летал, ему начинало казаться, что он выпивал «счастье». И тогда ночью он видел сон. А этот сон — он настоящий. Его завалило однажды… Сначала мы много летали — ваши не отказывались взять нас. Эден кричал две ночи. Но потом Ирма предложила играть в пейнтбол, и мы почти перестали летать. Но сегодня Хельми… — Она глубоко вздохнула. — И Эдену приснилось та вылазка в руинах. Вот и всё. И что вы сделаете? Чем вы поможете?
 
Коннор встал и кивнул, ставя стул в сторону.
— У нас, в нашей комнате в мансарде, есть так называемая кроватная пентаграмма. Эту ночь Эден будет спать в ней. За него не бойтесь. Сегодня он больше он не будет видеть свой сон, потому что будет видеть наши сны.
— А я? — угрюмо спросила Шиа. — Мне не хочется идти в эту вашу учебку.
— А зачем? — тихонько удивилась Синара. — Зачем тебе туда возвращаться? В нашей комнате сегодня не спит Эден, значит, одна кровать свободна. Если тебя не смущает присутствие одного мальчика — Фица, думаю, Эден не будет возражать против твоего сна в его постели.
— Но, перед тем как идти спать, — вмешался Мирт, — я дам тебе восстанавливающего питья и мази для губ. Ты не замечаешь, что они растрескались и идёт кровь. Иди в комнату Синары и Фица, а я забегу к тебе со снадобьями.
Девочка зябко повела плечами, но возражать не стала, быстро прихватывая языком выступающую с губ кровь. И только разок снова сердито посмотрела на Коннора, который терпеливо ждал, чтобы отвести её наверх. Хельми же взял Эдена и понёс в мансарду, а Мирт бежал впереди них, чтобы до сна успеть найти свои снадобья. Парнишки-оборотни, тихонько переговариваясь, уходили из гостиной последними.
  
Глава 12
 
Коннор проснулся первым. Сначала не понял, почему вообще открыл глаза. Взгляд на окна мансарды — для подъёма ещё рано: солнечный свет, вливавшийся в помещение, слишком холоден и размыт… Что ж… Раз проснулся, надо кое-что проверить. И тут мальчишка-некромант замер, забыв дышать. Он собирался «пройти» по той магической сторожевой нити, которую прицепил к Шиа ещё в поездке с рынка домой. «Пройти», чтобы проверить, как она там, у ребят-некромагов. А нити не оказалось. Шиа сумела от неё освободиться? Но как…
«Не спишь?» — постучался Хельми.
Коннор приподнялся на локтях.
«Эта девчонка, Шиа, уничтожила мою сторожевую нить!»
«Ты создал слишком слабую?» — уточнил удивлённый юноша-дракон, тоже опершись боком на локте.
«Нет. Всё, как всегда. Достаточно прочную. А сейчас пытаюсь прислушаться — тонкий ответ есть, но… как будто не до конца пропала…»
«Вы о чём? — сонно пробурчал Мика и вдруг ахнул: — Это вы когда наши кровати успели расставить в пентаграмму?! И кто в серединке спит?! Такой маленький?.. О, это Эден! А что случилось?»
«Вчера вечером выяснилось, что в пригороде хозяин давал Эдену наркотический напиток, и полёты на дельтапланах и с Хельми отзываются для него тем наркотическим состоянием, — объяснил Коннор. — Ты что? Не помнишь его сон?»
В последнее время ребята разработали пентаграмму таким образом: сон того, кому надо помочь, «втягивался» в сны братства, в то время как очередной бедолага видел сны всех пятерых мальчишек.