Детский сад - 11 (СИ)

Бернар подал стул хозяйке места, и Селена села, стараясь смотреть только в глаза девочки: верхняя часть лица почти не пострадала. Девочка смотрела словно в пустоту, полуприкрыв веки. Кажется, ей тяжело было смотреть лёжа.
— Я буду здесь недолго, — сразу предупредила Селена, и девочка скосилась на неё. Но глаза быстро устали смотреть вбок, и Селена «плюнула» на всё и пересела к ней на край кровати. — Меня зовут Селена. Я хозяйка здешнего дома для тех, кто остался без родителей и крова. Дом наш называется Тёплая Нора. Когда ты… — она осеклась на слове «выздоровеешь». — Когда ты придёшь в себя, мы поговорим с тобой. Если у тебя есть семья, мы отвезём тебя домой. Хочу предупредить, что Тёплая Нора находится в деревне, которая магически закрыта. Если ты почувствуешь себя здоровой и попытаешься сбежать, у тебя не получится. Это не угроза. Это предупреждение.
И чуть не затряслась от нервного смеха: девочка прикрыла глаза, а потом снова открыла, чтобы жёстко взглянуть на хозяйку места — и в них отчётливо видно было… пренебрежение! Типа: «Тоже мне — напугала!» Ох ты… Девочка не впечатлилась? Селена улыбнулась. Ничего. Сейчас она поймёт.
— Коннор, — позвала она в пространство, помня, что у братьев расслаблены застёжки браслетов. — Как её зовут?
«Шиа», — тоже чуть насмешливо отозвался старший сын.
— Что ж, Шиа, — вставая с кровати, сказала Селена, — не будем мешать тебе отдыхать и набираться сил.
У Бернара было такое лицо, будто он хотел выскочить в коридор, чтобы поругать Коннора и его братьев… за хвастовство. Но ведь это хвастовство нужное! Один взгляд на ошарашенные глаза девочки доказывал это. Правда… Она стащила браслет с руки Мики, видя, что он магически самый сильный. Значит ли это, что она сама очень сильный маг? И потому пренебрежительно отнеслась к предупреждению о закрытой деревне? Впрочем, сильный маг — не значит, что маг умелый.
Улыбнувшись ей ещё раз, Селена вышла из комнаты, размышляя: если она права в своих догадках и Шиа — сильный маг, то ей самое место в Тёплой Норе. Если позволят обстоятельства самой девочки. Тревожило пока только одно: постоянная мысль, которую она видела в глазах Шиа, — мысль о бегстве… Хотя… более близкое знакомство с девочкой не надо… форсировать. Пусть сама приглядится, походит по деревне, познакомится с ребятами…
Братья отталкивались от стен ей навстречу. Селена кивнула им всем и, никого не выделяя, спросила:
— Кто-нибудь определил её специализацию? Что-то мне показалось… она из пригорода? Или и правда — только показалось? И таких, как она, на том рынке тоже можно найти?
— Если из пригорода, значит — некромаг? — неуверенно предположил Колин, вопросительно глядя на старших братьев. Всё-таки они легче определяли магические линии. — Но линий я не вижу совсем. Она как будто обычный человек?
Но Селена, глядя на старших, с изумлением понимала, что они в самом настоящем замешательстве переглядываются между собой, словно спрашивая друг друга, кто может ответить на такой простой вопрос. Что ж, кажется, самонадеянности Шиа есть причины.
— Ладно, не буду допытываться, — решила она, спускаясь с братьями на первый этаж учебки. — Судя по всему, она тоже умеет прятаться. Коннор, я правильно поняла?
— Правильно, — согласился озадаченный Коннор, оглядываясь на Хельми и Мирта, которые выглядели тоже довольно-таки обескураженными.
— Хорошо. Скажите только одно: эта таинственная девочка сумеет пройти нашу ограду? Только честно.
— Нет, — сразу ответил Мирт. — Этой защиты ей не пройти.
— Ну, хоть это успокаивает, — пробормотала хозяйка места, выходя на улицу и жмурясь от ярко-оранжевого вечернего солнца. — Вы сейчас куда?
— На наш пляж, — откликнулся Колин и улыбнулся, глядя в сторону пруда: кажется, он договорился с Вик встретиться там.
— Я тоже, — отозвался и Коннор. — Меня там Лада ждёт
— А меня там ждёт малыш-шня, — вздохнул Хельми и тут же засмеялся: что — что, а с ясельниками он повозиться любил.
… Лаз между обвалившимися плитами был слишком узким. И плиты выглядели очень уж ненадёжно… Он обернулся к хозяину и просительно проговорил:
 
— Мне бы два глоточка, Райс, пожалуйста…
— Лезь так! — рявкнул хозяин и, схватив пальцами-клещами за тощее плечо, швырнул маленького некромага к лазу.
Синяки на плече — ничто перед страхом обвала. И Эден заскулил:
— Райс, у тебя ведь есть! Мне два глоточка только! Я маленький, мне много не надо!
— Мне самому мало, а ещё с тобой делиться!
— Но ты получишь потом деньги и купишь себе ещё… Райс, пожалуйста… Мне страшно, Райс…
Пинок был таким, что Эден свалился у лаза. Однако, когда очухался, хитрость помогла ему влезть в лаз не до конца, но так, чтобы хозяин его не достал своими кулачищами, и уже оттуда закричать:
— Я буду сидеть здесь, пока ты не дашь мне глотнуть той штуки! Райс, ты слышал?!
Минуту он сидел, съёжившись в тесном пространстве, а потом в лаз, чуть не ударив его по лицу, словно влетела открытая бутылка, крепко сжатая ладонищей хозяина:
— Быстро! Два глотка, гадёныш!..
Он вцепился в бутылку, нагибая ко рту, и жадно глотнул тошнотворно пахнущей жидкости. Второго глотка не получилось: чуть не сломав ему зубы, Райс выдернул бутылку наружу. Эден быстро облизал губы, чтобы ни одна капля не пропала, и осторожно развернулся к исчезающему в темноте будущему пути на второй этаж разрушенного дома. И начал считать, медленно, мысленно чётко проговаривая слова, пока не дошёл до пятидесяти. Было бы два глотка — хватило бы считать до тридцати, знал он.
Через две минуты он выполз из тесного местечка в самом начале лаза в более свободное, сумел здесь сесть прямо и посмотреть наверх. И чего боялся? Спокойно долезет доверху, поищет в развалинах квартиры ремень с пряжкой и вернётся. А там уже не страшно, что Райс будет орать и даже драться. Заказанная и найденная добыча успокоит его, и много махать кулачищами хозяин не будет, потому что будет помнить, что за этот ремень ему пообещали много монет… Эден шмыгнул носом и решительно полез дальше. И его не обеспокоило даже, что сбоку раздался шорох ссыпающегося песка… И, только когда под ногами дрогнула плита, он оглянулся. Оглянулся, хотя надо было смотреть наверх. Соседней плитой его жёстко ударило в бок, сбивая с той, что была под ногами. Он ещё пытался цепляться, но маленькие пальцы соскальзывали с сухого края…
И, когда он повалился под поехавшую плиту, а сверху наезжала следующая, он закричал.
… Сидевшие на кроватях Фиц и Синара смотрели то на маленького некромага, то на настенные часы, которые всегда тикали очень успокоительно, наводя такой же спокойный сон… До половины первого оставалось совсем чуть-чуть. Может, сегодня пронесёт?.. И завидовали Топаз: та уже давно спала.
Фиц посмотрел на Синару.
— Ложимся?
— Тихо. Слышишь? Он задышал чаще. Сейчас закричит.
— Может, вытащить сразу? Здесь стены тонкие…
— А если кричать не будет?..
Дети они и есть дети. Всегда надеются на авось…
Эден закричал. Сначала его крик был натужным, будто он двигался куда-то сквозь что-то непреодолимое. Но Фиц и Синара уже знали, что будет дальше.
Фиц схватил Эдена на руки, а Синара накинула на него сверху покрывало, приглушая крик. Почти одновременно с её движением дверь комнаты распахнулась, и к ним вбежали ребята-оборотни, служившие охраной у пригородных некромагов, Ренулф и Руеди. Пока Руеди придерживал дверь, Ренулф забрал у Фица Эдена, чей крик становился всё громче и отчаянней, и кинулся по коридору — до лестницы, а там — в гостиную для взрослых. Оборотни уже знали, что на втором этаже крик снизу не слышен.
Уже в коридоре Фиц встревоженно оглядывался по сторонам, боясь, не разбудил ли кого крик маленького некромага. Нет, мальчишка-некромаг знал, что здесь ребята собраны такие, что на крик вне своей комнаты могут и не откликаться, потому что соседи по комнате, в которой раздался крик, помогут, но… А вдруг решат, что помощь всё-таки нужна? Эдену снова снился сон — в третий раз за два месяца… Что делать? Подойти к Хельми и попросить его не брать Эдена в полёт?