8 дней, 9 ночей (СИ)

Да, вставая по утрам, я могла подходить к окну и приветливо махать ручкой своей снесенной крыше, которая в очередной раз скрывалась за горизонтом, чтобы вновь, вероятно, обогнуть в своем стремительном полете весь земной шар. Приземляться она явно не собиралась.
Всю неделю, чтобы не умирать то от дикой тоски, то от нервного возбуждения и какой-то невероятной эйфории, я в основном посвятила учебе и работе над проектом, который, как мне уже давно казалось, потерял всякую актуальность.
  
Кроме этого я, сдерживая данное Насте обещание, каждый день занималась физическими упражнениями по составленному еще в больнице восстановительному комплексу. Я чувствовала, что с каждым днем сила и энергия возвращаются ко мне, я ощущала, что вновь способна двигаться и жить! Ближе к концу недели я уже выбиралась по утрам на небольшие пробежки по ближайшим окрестностям, а по вечерам стала посещать расположенный неподалеку фитнес-клуб с бассейном.
Мой воображаемый лайнер, поначалу так неуклюже плюхнувшийся на посадочную полосу, постепенно приводился в порядок. Сейчас он проверяет работу механизации крыльев и проводит пробные запуски двигателей. У меня появилась затаенная надежда, что он все-таки еще сможет подняться в просветлевшее небо!..
Настя… Как часто я, наверное, звала ее во сне! С какой нежностью повторяла мысленно ее имя!
Дни шли, а решение о том, что же делать дальше никак не приходило. Я чувствовала, что вновь оказалась в каком-то замкнутом круге, и это начинало меня потихоньку угнетать.
Приближался Новый год, и огромный город начинал жить предпраздничной суетой, но все это проходило мимо меня, поглощенной своими мыслями. Наступила уже последняя предпраздничная неделя. Родители, собравшиеся отмечать праздник в каком-то ресторане со своими знакомыми и друзьями, настойчиво звали меня с собой, но я отказалась, сославшись на то, что уже намеревалась встретить Новый год со своими друзьями и пообещала навестить их в первые же дни длинных праздничных выходных.
Мне стыдно было лгать им, но, конечно, ни с какими друзьями я идти никуда не собиралась. Лена с ребятами из института предлагали встретить Новый год вместе, но им я, в свою очередь, сказала, что обещала остаться с родителями… Как это ни отвратительно, но отвираться пришлось очень активно и сразу на все стороны.
Я просто не хотела ничего. Ну не чувствовала я никакого праздничного настроения и все!..
30-го числа я проснулась как обычно, около девяти часов утра.
Сонная, растрепанная, в своих любимых синих стрингах, я выползла из-под одеяла, встала, сладко потягиваясь, и отправилась в ванную, чтобы умыть мордочку прохладной, освежающей водой и заняться утренней гигиеной.
Покончив со всем этим, я пошла на кухню – варить свой традиционный кофе.
Выбирая кофейную смесь среди множества пакетиков, я одновременно думала о том, стоит ли как-то украшать квартиру перед наступающим праздником, который мне предстоит встретить в гордом одиночестве. Елку ставить глупо и лень. Может быть, хотя бы цветные электрогирлянды повесить в комнате? Не так уныло и безрадостно станет, наверное…
Кофе только начал вариться на огне, как я вдруг услышала из прихожей мелодичный звонок!
Вот дела, кто это еще с утра пораньше?! Бросаясь в спальню за халатом, я лихорадочно соображала, кому могло прийти в голову сегодня меня навестить? Родители заезжали вчера, Ленка или ребята вряд ли могли наведаться так рано и без предупреждения, да и никаких курьерских доставок я сегодня не ожидала! Может у соседей что-нибудь случилось? Или рекламщики какие-нибудь со своими дурацкими чудо-пылесосами или иным барахлом? Если рекламщики, то сейчас они узнают, насколько Ксюшки бывают яростными, когда им с утра не дают выпить их любимый кофе!
Звонок вновь раздается по всей квартире, и я, преисполненная решимости, завязывая пояс халатика, поспешила к входной двери.
Отодвинув ночную задвижку и распахнув дверь, я испытала такой шок, будто бы меня ударило электрическим током!
На пороге в изящной недлинной пестрой шубке с очень пушистым воротником, облегающей черной юбочке до колен и в блестящих лакированных сапожках стояла хозяйка моего любимого синенького нижнего белья!..
Движением руки, затянутой в черную бархатную перчатку, она убрала с лица игриво завитые локоны, и загадочный, волшебный и чарующий взгляд ее каре-зеленых глаз устремился в самое мое сердце, мгновенно заколотившееся с бешеной силой, то ли от страха, то ли от неожиданности, то ли от радости…
Я начала пятиться назад в полнейшем недоумении, не способная оправиться от шока, издавая какие-то звуки типа «А-а…» и «Э-э…», моргая глазами и ловя ртом воздух. В конце концов, я уперлась спиной в какое-то препятствие, наверное, в обрамление арки, разделяющей прихожую и коридор, и замерла с дико бьющимся сердцем.
- Настя… – тихо прошептала я, чувствуя, что ноги почти не держат меня, и я готова осесть на пол.
- Здравствуй, Ксения…
О, боже! О, боже, это точно не сон?! Это точно не мое воспаленное воображение?! Это же ведь тот самый голос! Ее голос!!!
- Ты позволишь мне войти? – спросила она с той своей чарующей улыбкой, которую я столько раз вспоминала, о которой так долго мечтала.
- Д-да… Конечно… – пробормотала я сбивчиво, едва дыша. – Проходи, пожалуйста…
Она ступила в прихожую, закрывая за собой дверь, и немного приблизилась ко мне. Я же в страхе вжалась в стенку. Наверное, в моих глазах был неподдельный ужас.
- Как ты нашла меня? – пролепетала я.
Улыбка не сходила с Настиных губ. Она пожала плечами:
- Очень хотела найти и нашла!
- Да?.. Но как?!
- Изловила нескольких твоих подруг и друзей, подвергла их пыткам, и они открыли мне, где ты живешь, – грозно прищурив глаза, произнесла она и поглядела на меня в упор.
Я нервно глотнула, продолжая откровенно тупить, и она, видя, что шутки я не оценила, продолжила:
- Ну а если серьезно, то можно попросить нужных людей локализовать сигнал мобильного телефона, добавить еще кое-какой информации и вот, пожалуйста – результат!
Я закрыла глаза и сделала глубокий вдох.
- Невероятно… – произнесла я на выдохе.
- …Но факт! – добавила она. – Можно мне раздеться? Жарко…
Я потихоньку начала приходить в себя, будто очнувшись от сна. По крайней мере, пыталась это сделать всеми силами.
- Да, да… Ну конечно же…
 Она сняла шубку, и я приняла ее из Настиных рук, чтобы повесить на вешалку. Пока я дрожащими пальцами искала петельку под воротником, Настя расстегнула сапожки и разулась. – Хочешь кофе?.. – смущенно спросила я, и в этот момент вдруг вспомнила: – Кофе!!! Вот черт… Я бросилась на кухню и при этом готова была поклясться, что позади меня послышалось Настино приглушенное хихиканье! Кофе, конечно, выкипел, залив часть варочной панели и перепачкав турку изнутри и снаружи. Хотя конфорка и отключилась автоматически, по кухне распространился кофейный запах с примесью чего-то пригоревшего… Проклятье! Я обернулась, замечая за спиной какое-то движение. Это Настя появилась на кухне, и, похоже, всеми силами старалась не рассмеяться над моим отчаянным и растерянным видом. – Да, я очень хотела бы кофе, – произнесла она с ироничным отчаянием. – Но, видно, не судьба… – Сейчас, сейчас… – я торопливо выплеснула уничтоженный кофе в мойку. – Прости, просто… Просто ты появилась так неожиданно… Присядь пока, ладно? – Спасибо.
Настя отодвинула стул от стола и уселась на него. Ее ножки были обтянуты тонким черным нейлоном, и она грациозно положила одну из них на другую. Вот черт! Я поспешно отвернулась, пуская воду и принимаясь отмывать турку.
  
Черт, черт! Ведь я в ее трусиках… И если она сейчас смотрит на мою задницу, то мой короткий халатик может этого и не скрыть! О, только бы она не заметила… Только бы не заметила!
Я боялась склониться вперед даже чуть-чуть, и чувствовала, что уши начинали неистово гореть.
Мы молчали, пока я вновь ставила кофе на огонь. Я догадывалась, что Настя следит за мной взглядом. Всей кожей это ощущала!