Некромант на страже человечества. Том 5 (СИ)
— Если герцога там нет, то мы замучаемся его по всему замку искать. — озвучил очевидное Уман. — Проще тогда выбраться наружу и объединиться с авантюристами Триомажа. Ты говорил, они должны прийти на помощь? — обратился он ко мне.
— Герцог там. — ответил я, приказав прислужникам мгновенно и безжалостно реагировать на любую агрессию. — Приготовьтесь.
Не успели мои слова сорваться с губ, как дверь, протяжно скрипнув, отварилась, гостеприимно приглашая нас зайти внутрь.
— Что за жуткая сила? — пораженно выдохнула Еленга.
— Поздно отступать. — мрачно процедил Уман, формируя у себя над головой большой Огненный шар.
— Вперед, друзья, мы справимся! — торжественно провозгласил Леуш. — С нами Сатвелеон!
С нами Леон, я бы сказал. И толку от меня будет явно больше, чем от какого-то там псевдо-бога. Вот прям руку даю на отсечение!
Настороженно озираясь, мы медленно зашли внутрь и оказались в длинном просторном помещении с исчезавшем в вышине сводчатым потолком. Здесь царило такое же запустение, как и во всем замке. Сломанная мебель; обшарпанный пол, покрытый лоскутами истлевшего ковра; затянутая толстым слоем паутины массивная люстра, давно уже истосковавшаяся по чарующему танцу пламени зажженных свечей.
Сквозь пыльные стекла робко, будто боясь нарушить покой и сумрак спящего зала, проникали бледные лучи дневного солнца. Но они не развеивали царившую вокруг тьму, а лишь подчеркивали ее подавляющее величие, склоняясь перед превосходящими силами противника.
Как следовало бы поступить и нам.
На лестничном постаменте, откинувшись на спинку каменного трона, сидел старик в выцветшей серой мантии. Тень от капюшона скрывала его лицо, а ладони не выглядывали из рукавов, но длинная белая борода намекала на более чем почтенный возраст. Стекавшиеся же к нему со всех сторон потоки силы всерьез заставляли задуматься о позорном бегстве.
Многих.
Но не меня.
— Герцог Влатислав ин тиэт Ундиназ! — официальным тоном провозгласил вышедший вперед Громослав. — Именем императора вы обвиняетесь в узурпации власти, неуплате налогов, пленении и убийстве подданных империи и представителей касты кочевников, проведении незаконного ритуала, а также препятствию работы гвардии Света Зарницы. Кроме того, я официально заявляю о нанесении мне, как дворянину, смертельного оскорбления и требую предоставления ресурсов для полного покрытия ущерба. В противном случае…
— Император мертв. — произнес лорд, и его голос шелестом песка времени по древней надгробной плите пронесся вдоль колонн, достигнув ушей каждого. — Отсутствие лидера рождает беззаконие, а беззаконие рождает нового лидера. Круг замыкается. Таков естественный ход вещей. Мы ничего не можем с этим сделать. К сожалению…
— Почему мне кажется, что он говорит вовсе не об императоре и стране? — задумчиво проговорила Еленга вполголоса.
— У него явно с головой не все в порядке. — вынес свой вердикт Уман. — Еще один оседлый свихнулся на старости лет. А нам разгребать.
— Он не просто свихнулся. — уточнил я, качая головой. Оценив ситуацию с текущего расстояния, я много что понял благодаря своему умению. И еще кое о чем начал догадываться. — Он давно умер. Жизнь в нем держится только за счет магии.
— Так он, чтобы не умереть, все устроил? — удивился Леуштилат. — Сатвелеон прав. Его нужно остановить!
В этот момент герцог медленно начал поднимать руки к лицу. Рукава мантии соскользнули, обнажив кисти. Бледные. Тощие. Покрытые пигментными пятнами старости. Продолжая движение, он взялся за края капюшона, откинул тот назад, и в робком приглушенном свете нам предстала картина, резко сделавшая бессмысленными любые притязания Громослава.
Теперь уже никто не сомневался, что на троне сидит мертвец.
Редкие пряди седых волос выпадали с обтянутого кожей черепа и дождем падали на пол. Нос ввалился, превратившись в зияющую черную дыру, разделенную пополам тонкой перегородкой. Бледные растрескавшиеся губы, лишенный зубов рот, остро очерченные скулы, оставшиеся без век неподвижные глаза, затянутые мутной пеленой бельм — у меня иные зомби выглядели лучше.
Но в отличие от зомби Влатислав по-прежнему сохранял сознание. Им никто не управлял. В то время как от него во все стороны тянулось сразу несколько фиолетовых жгутов магического контроля.
Громослав витиевато выругался. И оказался далеко не единственным, кто при виде подобного зрелища не сумел сдержать поток нецензурной брани.
— Так ты уже не человек… — сокрушенно выдохнул предводитель гвардейцев. — Для чего все это?
— Иногда, чтобы что-то сохранить, приходится чем-то пожертвовать. — раздалось из открытого рта Влатислава. Хотя ни его губы, ни челюсти так и не сдвинулись с места. — И если цена выше, чем ты можешь заплатить, приходиться брать взаймы…
— Ты хотел сказать «красть»? — Громослав стиснул в руках рукоять полученного от меня молота.
— … у других. — продолжал, будто не услышав, герцог. — У себя, у времени… — он замолчал, и тишина давила на нас ничуть не хуже его жуткого голоса. — Я не хочу вас убивать. Вы слишком ценны для поддержания ритуала. Пожалуйста, не сопротивляйтесь. Мой слуга проводит вас в другую комнату с кругом.
Из-за трона вышел сгорбленный седой мужчина в костюме дворецкого. На удивление живой. Возможно, единственный живой обитатель замка, находящийся здесь по своей воле. Медленно перебирая ногами, он добрался до дверей зала и жестом предложил нам следовать за ним. Судя по выражению лиц, некоторые личности, впечатленные силой лорда, вполне были готовы последовать совету.
К счастью, таких оказалось не много.
— А больше тебе ничего не сделать? — хмуро заявил я, глядя прямо в глаза нежити. — Может нам еще и самим себе кровь слить, чтобы тебе проще было?
— Кровь не нужна. — без каких-либо эмоций выдохнуло то, что осталось от Влатислава. — Ритуал изменен. Нужна только Межмировая Энергия. Вы можете ее восполнять. Этим вы лучше зверей.
— Что ты сделал с моими Октанонтами⁈ — неожиданно вспылила Еленга. — Где Лилу и Лолил? Я их с детства растила, скелет ты ходячий!
— Чем-то приходиться жертвовать… — повторил герцог.
Не выдержав, караванщица метнула в лорда заклинание, выглядящее как небольшой ветряной вихрь. Не самые сильные чары — все-таки специализировалась она больше на контроле над монстрами — но Суверенных Пескомеров калечило знатно. А Высших так и вовсе в клочья разрывало.
Лорд даже не дернулся.
Достигнув трона, вихрь врезался прямо в грудь Влатислава, изрезав его одежду и обнажив обтянутые белой кожей ребра. На них осталось лишь несколько незначительных полос. Обычный человек уже истекал бы кровью, но нежити на подобное повреждение наплевать.
— Да что же ты такое… — пораженно покачал головой Громослав.
— Это лич. — сообщил я, окончательно переварив всю доступную мне информацию.
Не знаю, совпадение ли, что как раз недавно Некрономикон решил мне о них рассказать, или артефакт уже каким-то образом проведал о происходящем в замке, но теперь я ни секунды не сомневался — герцог ин тиэт Ундиназ добровольно стал нежитью для обретения могущества и бессмертия.
Правда я чувствовал, что что-то с ним не так. Влатислав казался мне каким-то неполноценным. Незавершенным. Неправильным. Словно единственную деталь в мозаике установили кверху ногами. Или на полке магазина среди настоящих цветов затесался один искусственный. Или ребенок в раскраске забыл подарить цвет последнему белому пятну. Словом, когда не сразу находишь несоответствие ожидаемому, но уже знаешь, что оно все-таки есть.
— Лич? — переспросило сразу несколько голосов. — Что еще за лич?
— Ты сейчас серьезно, давэр? — уточнил Ядвид. Краем глаза я заметил, как тот заметно побледнел. — Пожалуйста, скажи, что ты шутишь.
— В чем дело? — не понял Уман.
— Я слышал про личей. — широко раскрытыми глазами пожирая старика на троне, проговорил Ядвид. — Они бессмертны!