Элегия войны (СИ)

— Смотрите внимательно, чтобы у меня не было шанса подсунуть вам монетку, — заговорщицки подмигнул я.
А затем принялся совершать пассы, предназначенные для отвлечения внимания зрителя. Хотя в этом и не было особого смысла, ведь солнечник уже лежал зажатым меж девичьих ладошек.
На счет «три» я с силой раскрыл руки аристократки, и та охнула, увидав в них кругляш из желтого металла.
  
— Как вы это сделали, Риз⁈ — восхитилась она.
— Ловкость пальцев, и никакого мошенничества, — во все зубы улыбнулся я.
— Вы просто кладезь талантов, экселенс. Есть хоть что-то, что у вас не получается?
— Разумеется. Терпеть не могу танцы! Сами демоны нижних миров их изобрели.
Вот теперь-то Вайола не выдержала и звонко расхохоталась. Да так заразительно, что я и сам засмеялся.
— А ведь действительно, я никогда не видела вас вальсирующим, Ризант, — произнесла девушка, немного успокоившись.
— Разумеется, я же специально избегаю балов и всевозможных танцевальных вечеров, — ничуть не смутился я.
Должен, заметить, эта реплика весьма удивила миларию гран Иземдор. Еще бы! Чтобы кто-то из болезненно честолюбивых мужчин в здешнем обществе вот так запросто признался, что чего-то не умеет? Неслыханно! В высшем свете принято хвастать и бахвалиться всем подряд, выставлять напоказ все свои достоинства. А недостатки, наоборот, прятать глубоко-глубоко.
И уж не ведаю, почудилось мне, или нет, но голос Вайолы значительно потеплел. Хоть и раньше я не мог сказать, что она говорила со мной холодно. Но тут наша беседа совсем уж потекла легко и естественно.
Хорошее начало, Сашок. Хватку не потерял. Надеюсь, сегодняшний вечер не заставит меня ни о чём жалеть.
  
Глава 12
 
Спонтанная прогулка с Вайолой гран Иземдор получилась на редкость удачной и душевной. Мы неспешно мерили шагами Вековую аллею, прошлись по увеселительной улице, заглянули на представление бродячих актеров. Но не успели мы толком наговориться, как в город вышли фонарщики со своими тележками. Они деловито сновали от фонаря к фонарю, подливали горючую жидкость, запаливали фитили. А это значило, что близится ночь, и пора было разворачивать стопы к оставленной далеко позади двуколке. Но сначала…
— Скажи, Вайола, а ты давно живешь в Клесдене? — загадочно поинтересовался я.
— Всю жизнь. А что?
— Просто хочу понять, знаешь ли ты этот город так же хорошо, как знаю его я?
— Что ты имеешь в виду, Риз? — заинтересованно сверкнула глазками девушка.
— А пойдем, узнаешь!
Подхватив аристократку под руку, я устремился дальше по улице. Мой нарочито суровый взгляд и воинственно выставленные эфесом вперед ножны со шпагой, вынуждали прохожих шарахаться с моего пути. Простолюдины поспешно опускали лица, поскольку не привыкли таращиться на людей с оружием. Этим можно было на ровном месте поднять себе проблем. А немногочисленные дворяне, попадавшиеся нам, явно были наслышаны о желтоглазом авантюристе из рода Адамастро. Как там меня называли? Дважды выживший? Хе-хе… это они еще не всё обо мне знают! Ну, в общем, неудивительно, что не нашлось желающих закуситься с молодым полукровкой, который весьма умело машет клинком.
Память Ризанта услужливо мне подсказывала путь, ведя меня по маршруту, которым Александр Горюнов ни разу сам не ходил. Мы обогнули ряд непрезентабельных домиков, потом дошли до больших и красивых поместий, кои не стыдно было б и в Арнфальде возвести. А после я свернул в неприметный проход, зажатый между трехэтажными постройками из белого камня.
Как только я завёл Вайолу в безлюдное место, она вроде бы напряглась, а в какой-то момент будто даже хотела вырвать свою ладонь из моей. Но потом всё-таки сдалась и позволила себя вести дальше.
Еще немного поплутав по лабиринтам старых улочек, я наконец остановился.
— Пришли! — торжественно объявил я.
— Эм… куда? — осторожно уточнила девушка, скептически рассматривая заброшенный палисадник, целиком заросший буйной зеленью.
— Примерно сотню лет назад, эта земля принадлежала одной из фавориток молодого патриарха, — поделился я историей этого занимательного местечка. — Таинственная госпожа не особо афишировала свою связь с правителем страны, а потому имя женщины доподлинно неизвестно. Наиболее вероятной владелицей считают Найну нор Ульнем. Но это лишь народные догадки. Некогда здесь цвел восхитительный сад, окруженный стенами особняка. Поговаривали, что даже в столичном дворце не было подобной красоты. Но после свадьбы монарха, женившегося на принцессе Медеса, все его любовницы оказались вынуждены… м-м-м… в общем, миларии нор Ульнем пришлось уехать из пожалованной ей резиденции. Поместье отошло в управление городской казны. Но потом алавийцы организовали переворот в Элдриме, фактически сделав всё побережье своей колонией. Экономика Патриархии получила чувствительный удар, так как сильно зависела от западной морской торговли. А с годами это место пришло в запустение, постепенно превращаясь в то, что ты перед собой видишь.
— Какая интересная история. И как ты нашел этот… сад?
— В детстве, когда отец заставлял меня учиться и преподаватели донимали своими занудными наставлениями, я частенько сбегал из дома. Слонялся по Клесдену, словно бродяга. Разумеется, мой экселенс не мог смириться с таким безобразием, и отряжал родовую охрану на мои поиски. Они меня находили и возвращали назад. А через пару седмиц я вновь удирал. Только прятался уже получше.
— В этих… эм… зарослях? — скептически подняла бровь аристократка.
— В том числе, — невозмутимо подтвердил я. — Это одно из моих пристанищ, которые отцовские стражи так и не сумели разыскать. Пойдем…
Мягко потянув спутницу, я помог ей пробраться меж прутьев проржавевшего кованого забора. После мы подошли к огромной зеленой горе, сплошь заросшей плющом и одичавшими побегами винограда. Там я наощупь отыскал проход и откинул гибкие стебли, словно полог.
— О, так это беседка⁈ — воскликнула Вайола.
— Именно так, милария, — подмигнул я.
Мы вошли под зелёный свод, наполненный запахами старого дерева и листвы. Закатное солнце пробивалось сквозь густые заросли миллионом огненных точек, пронзая царящую здесь полутьму.
— Как тут необычно и красиво… — выдохнула дворянка, любуясь игрой света.
Мы с миларией гран Иземдор примостились на чудом уцелевшей за эти годы лавочке и просто сидели молча. Смотрели, как гаснут одна за другой крохотные желтые звёздочки, извещая о закате небесного светила.
Когда начали сгущаться сумерки, я снял с ремешка калимбу и неспешно затренькал лирическую мелодию. «Воспоминания о былой любви» как-то сами напросились под здешнюю атмосферу. И хорошо, что Вайола не знала текста этой песни. А то б еще испугалась ненароком…
— Прости, Гесперия, что давно не навещал, — одними губами прошептал я. — Если ты слышишь, то эта музыка звучит и для тебя.
И тогда будто по волшебству сотни светлячков украсили медленно опускающийся на землю мрак. Моя спутница от такого зрелища потеряла дар речи, и смотрела на мириады огоньков, восторженно улыбаясь.
Да. Это поистине был прекрасный вечер. Один из лучших в обеих моих жизнях. И наслаждался я им точно так же, как и моя спутница.
Первородный дух лесов ничем более не выдала своего присутствия. При постороннем она не решилась выходить ко мне. Но это и к лучшему. Незачем знать людям о том, что я вожусь с существами, которых считают мифическими.
— У меня нет слов, Риз… — произнесла Вайола, когда я закончил играть, и развернулась ко мне.
О, нет-нет-нет. Я знаю этот взгляд. Еще в прошлой жизни мне доводилось видеть его у женщин, когда они готовились совершить какую-нибудь глупость, о которой потом неизменно станут жалеть. Обычно, конечно, подобное происходило под действием алкоголя. И хоть мы оба с аристократкой были трезвы, это мало что меняло. Магия заброшенного сада и музыка дурманили разум ничуть не слабее хмеля.
Подтверждая мои опасения, милария гран Иземдор прикрыла веки и подалась вперед, словно собиралась поцеловать. Но, как бы мне не хотелось устремиться ей навстречу, я понимал, что это только создаст проблемы между нами. По крайней мере, на данном этапе уж точно. Вайола не отпустила еще своего покойного супруга. И если я поддамся сейчас, то чувство вины навсегда отвратит аристократку от меня.