Элегия войны (СИ)

— Ты, на выход! — ткнул я пальцем в выбранную темноликую.
Пленница недолго поколебалась, опустила голову и побрела за мной. Наверняка посчитала, что дни её жизни сочтены. И сейчас она будет подвергнута жестокой пытке или даже казни. Но я без каких-либо объяснений провёл алавийку мимо Безликого и вывел на поверхность.
Ночной ветер овеял меня свежим дуновением. Я вдохнул воздух полной грудью, наслаждаясь его прохладой. Даже смрадные испарения большого средневекового города не могли нарушить этой идиллии. Как же хорошо… интересно, что испытает узница, впервые покинув сырую духоту подземелья?
  
— Вылезай, — коротко приказал я.
Не понимая, что я задумал, она робко выбралась из замаскированного люка за конюшней.
— Хочешь периодически выбираться из своей норы?
— Да, веил’ди, — покорно склонилась Дева войны, произнося слова с ужасающим акцентом.
— У нас принято обращение «экселенс», — сделал я замечание.
— Я понять, экселенс, — моментально исправилась алавийка.
— Отлично. А более сытную порцию пищи?
— Да, экселенс, я хотеть. Твоя белокожий слуга-albiwenn кормить нас редко и плохо, — не упустила случая пожаловаться пленница.
— Мне плевать, — честно ответил я. — Но всё же хочу предложить тебе сделку.
— Пожалуйста, не продолжая. Я не предать свой народ и свои сёстры, — понуро опустила взгляд темноликая.
— Ты явно преувеличиваешь собственную значимость в моих глазах, — хмыкнул я.
Алавийка нахмурилась, вновь не поняв, к чему я клоню. И тут я был вынужден разочарованно покачать головой. Какая всё-таки огромная разница между той же Лаайдой и этой… как её, кстати зовут?
— Назови свое имя, — повелел я.
— Кес-Несса, — выдавила она.
— В общем, Несса, от тебя мне нужно не так много. Просто покажи, чего стоит хваленое искусство Дев войны.
Взяв из ближайшей хозяйственной пристройки пару узких черенков, я бросил один пленнице. Она ловко поймала оструганную деревяшку и недоверчиво посмотрела на меня. Кажется, алавийка не верила в своё счастье, а потому не решалась атаковать.
— Ну же, смелей, — подбодрил я её. — Представь, что у тебя в руках шпага и ты…
Договорить я не успел, поскольку черенок с низким свистом устремился мне в лицо. С гулким стуком я отбил выпад, после чего попытался достать соперницу пинком ноги в живот. Однако она грациозно увернулась, параллельно нанося косой удар сбоку и снизу. Тут уже уклоняться пришлось мне.
Многомесячное заточение и скудная кормёжка не могли не сказаться на физической кондиции алавийки. Однако даже так она заставила меня попотеть, атакуя стремительно и неожиданно. Тем не менее, иначе как разочарованием назвать сей поединок у меня не поворачивался язык. Я ждал от неё значительно большего. Я же видел, как умеют фехтовать Девы войны. На стенах Фаренхолда они играючи сдерживали напор хвостатых кьеррских тварей. Но Кес-Несса до уровня своих товарок сильно не дотягивала. И тут дело вовсе не в том, что я значительно повысил свои навыки, тренируясь с Иерией нор Гремон. А в том, что темноликая держалась на ногах только благодаря своему упрямству и ненависти. Что ж, так даже лучше. Буду подтягивать своё мастерство владения клинковым оружием постепенно.
Не прошло и десятка минут, как движения изможденной алавийки стали совсем уж размашистыми и медленными. Потом её начало отчетливо пошатывать. А под конец она едва не упала, блокировав мой мощный рубящий удар. И, тем не менее, даже в таком состоянии она не пропустила ни одной атаки. А вот я раза четыре чуть не словил черенком по голове. Ручаюсь, будь Несса в чуть более приемлемой форме, кататься бы мне тут в пыли с палкой в… Впрочем, неважно.
— Достаточно, — объявил я, смотря на тяжело дышащую соперницу.
Но та, упрямо стиснув палку, снова пошла в наступление. Пришлось осадить зарвавшуюся пленницу небольшой проекцией «Шока».
— Еще раз ослушаешься, и твое место займет кто-нибудь другой. А ты больше не увидишь неба над головой, — сурово припечатал я, когда алавийку перестали крутить жесточайшие спазмы.
— Я… я… понять… веил,ди, — прохрипела она, уткнувшись лицом в утоптанную землю. — Молю простить меня…
— Я приду завтра. И ты уж постарайся проявить себя получше, иначе я решу, что Девы войны просто потаскухи, чьё единственное призвание ублажать вышестоящих офицеров.
Несса гневно стиснула челюсти, но ничего так и не ответила. Злись-злись, дорогуша. Чем сильнее ты меня ненавидишь, тем больше выкладываешься. Даже из сегодняшнего спарринга я вынес кое-что новое для себя. Поглядим, что еще интересного есть в ваших хвалёных боевых стилях.
* * *
Родовое поместье Иземдор выглядело по-настоящему роскошно. Куда богаче, чем даже временная резиденция Мисхейв. Но оно и неудивительно. Ведь гран Адилин с семьей жили где-то на границе с Королевством Медес, а в Клесден прибыли в качестве беженцев. Ну а семейство Иземдор тут обитало уже сотни лет.
Это был мой первый выход в свет после Кровавого Восхождения. Сам я полученную передышку в несколько месяцев использовал на изучение свойств алавийской крови, магическую практику и тренировки со шпагой. Но для всех остальных я только-только научился заново ходить. Образ чудом выжившего мне приходилось поддерживать всеми силами. А потому совсем неудивительно, что моё появление в высшем свете произвело пусть небольшой, но всё же фурор.
Меня приветствовал буквально каждый встречный.
— Экселенс нор Адамастро, прекрасно выглядите!
— Как же хорошо, что вы поправились…
— Я молилась Кларисии за ваше здравие!
— Господин Ризант, позвольте выразить мои соболезнования.
А потом всё это стремительно перетекло в навязчивые расспрашивания:
— А что произошло в тот день?
— Как вы выжили?
— Как выглядели нападавшие?
— А кто…
— А где…
— Вы видели…
— Вы слышали…
И еще миллион других вопросов. Каждый гость пытался выведать у меня хотя бы крупицу ценных сведений, грубо наплевав на приличия. Особенно усердствовали молодые дамочки, которые сначала просто строили мне глазки, а потом уже и откровенно липли.
Да уж, использование медовых ловушек было популярно не только среди спецслужб моего прошлого мира. Здешние аристократы этим приемом пользовались ничуть не реже. Когда дело касается чего-то значимого, то они ради выуживания информации хоть жену свою подложат под нужного человека. А уж те сведения, которыми я могу обладать, в глазах высокородной публики и вовсе являются архиважными. На их основании уже можно будет строить глобальные прогнозы о будущем всей страны.
Однако я был непоколебим. Все нападки я встречал с каменным лицом и единственным аргументом: «Пятый Орден запретил мне делать какие-либо заявления на тему Кровавого Восхождения». Точка. Но остановило ли это гостей грана Иземдор? Как бы не так! Ставки в этой игре были настолько высоки, что меня продолжали одолевать и после категоричного отказа распространяться на тему произошедшего во дворце патриарха.
Здесь, признаюсь, я немного растерялся. Как-то уже привык за годы, прожитые в теле Ризанта, воспринимать аристократов как степенных и утонченных натур, которые добиваются желаемого тонкими манипуляциями и интригами. А тут представители знати будто с ума посходили и разом превратились в базарных торговок! Нет, ну серьезно, у меня уже язык устал повторять одно и то же, а водоворот толпы только сильнее закручивался. И не было похоже, что от меня отстанут по доброй воле. Грубить, опять же, не хочется. Дворяне очень злопамятные. И любое некстати сказанное слово может вылезти мне боком не сегодня, так завтра. Не завтра, так через год.
Уже чувствуя, как раздражение и злость на это беснующееся скопище доходят до критического предела, я завертел головой, в поисках кого-нибудь из хозяев поместья. В конце концов, это их дом, и следить за тем, чтобы гости не испытывали дискомфорта одна из главнейших обязанностей семьи Иземдор! Но что-то, как назло, никто на глаза так и не попался. Похоже, другим способом мне из этой кутерьмы не выбраться. Придется громко и во всеуслышание послать ретивых аристократишек на ху…