Искры гнева (СИ)

— Куда они пошли? — снова спросил я торговок.
— Так, а что они потеряли? — вопросом на вопрос ответила молодая торговка.
— Меч обронили, — я похлопал по рукояти меча разрушения, все остальное на мне ценности не представляло.
Торговки заинтересованно перегнулись через прилавок, оценивающе окинули взглядами меч, словно бы и впрямь разбирались в оружии. Вдруг взгляд молодой переместился наверх, где висели три свиных окорока.
  
— Сойлин, а ты разве окорок сегодня продавала? — растерянно спросила она старшую.
— Я… — глупо открыв рот, толстая торговка уставилась на окорока, а затем как закричит: — Стащили! Ой, что творится! Стащили средь бела дня! Что же за день такой сегодня⁈ Стащили мясо прямо из-под носа!
Она с таким отчаянием кричала, что того гляди и расплачется. Краем глаза увидел, как Тунайт торопливо отбросил обглоданную мною кость куда-то под ближайший прилавок с посудой и испуганно вытаращил глаза. Некрасиво, однако, получилось.
В походном мешке Фройча отыскал несколько медяков и пару серебряных.
— Сколько окорок стоит? — вклиниваясь в громкие причитания, которые излишне привлекали внимание окружающих, спросил я.
Торговка, увидев серебряный в моих пальцах, удивленно моргнула.
— Двадцать пять купсов, — растерянно произнесла она.
— То есть тут на четыре? — продемонстрировал я серебряный аргус.
Торговка с еще большей растерянностью закивала. А я продолжил:
— Возьму оставшиеся три и заплачу за пропавший, а вы скажете, куда отправился мужчина и девочка.
Торговки переглянулись, молодая вдруг поменялась в лице, свела брови к переносице и окинула меня придирчивым взглядом:
— А откуда у такого оборванца взялся серебряный?
Но старшая, поняв, что соседка по прилавку сейчас сорвет ей выгодную сделку, пнула ту в бок локтем. Молодая вскрикнула и, обиженно глядя и потирая ушибленное место, отошла подальше.
Забрав серебряный, женщина ловко стянула окорока с прилавка, завернула в бумагу и с довольной улыбкой протянула мне. Я вопросительно вскинул брови, она так и не сказала то, что я хотел узнать.
Торговка тяжело вздохнула и заявила:
— Да мы и не видели, куда они ушли, — неопределённо махнула она рукой влево: — кажется, в ту сторону куда-то.
Помогла так помогла, ничего не скажешь. Но расспрашивать их дальше смысла не было. Хаген не дурак, он наверняка понимает, что я вернусь за ними, а значит, будет где-то поджидать.
Я не стал мешкать и зашагал вперед, попутно достав новый окорок и принявшись уплетать мясо и восстанавливать физическое тело. Тунайт молчаливо шагал рядом, пока наконец не решился спросить:
— Узнал, где они?
— Нет, но теперь могу предположить, что они в безопасности и ждут меня.
— Отправимся их искать или будем искать Лимара? — с энтузиазмом спросил Тунайт, его явно больше прельщал последний вариант.
А парень-то явно засиделся в своей деревне — стоило только выбраться, как его потянуло на приключения и подвиги.
— Найти Лимара здесь будет довольно непросто, — ответил я. — В отличие от Хагена он вряд ли будет искать с нами встречи и светиться, наверняка заляжет на дно.
— Тогда какой план? — заинтересованно вскинув брови, спросил Тунайт, всем свои видом выказывая, что готов действовать.
Я не ответил, задумался. Конечно, учитывая обстоятельства, все мои планы отправились псу под хвост. Но из любой ситуации можно извлечь выгоду и повернуть в свою пользу, если все хорошенько обдумать.
— Ты ведь чувствуешь меня благодаря связи? — вместо ответа, спросил я, указав пальцем на свою грудь. Новый план уже начал созревать в голове.
Тунайт кивнул.
— Значит, сможешь меня найти, где бы я ни был?
Тунайт снова с готовностью кивнул, а я остановился, окидывая парня придирчивым взглядом. У вагров не только ведь перемещение- весьма полезная способность. Есть еще одна — куда более уникальная и такая, которой обладает только этот народ.
— Как вам удается перевоплощаться в супругов женщин, которые рожают вам детей?
Тунайт замялся, эта тема его почему-то смутила. Он как-то нерешительно начал выискивать что-то взглядом, затем резко ухватил меня за руку и потащил в ближайшую подворотню. Убедившись, что мы здесь одни, он загадочным шепотом произнес:
— Смотри.
Он начал меняться. Черты лица немного заострились, и без того тощие щеки еще больше запали, пошли вширь плечи, а волосы из светло-пшеничных начали рыжеть. В мгновение ока передо мной стоял болезненно тощий молодой мужчина лет двадцати с ярко-голубыми глазами и очень знакомым лицом. Чересчур знакомым. Тунайт принял мой облик.
Вот только кое-что он не смог изменить — рост. Тунайт так и остался на голову ниже, да и длинна волос у него осталась прежней, моя же шевелюра слишком отросла.
— Неужели я так паршиво выгляжу? — скривился я.
Тунайт поджал губы:
— У тебя еще щетина, но это я не могу повторить.
Невольно я потрогал лицо: раньше щетина у меня не росла, но сейчас и впрямь появилась. К счастью для меня, алмазные волосы росли только на голове, остальная растительность на теле была обычной человеческой, пусть и очень светлой.
Я снова всмотрелся в лицо Тунайта, по сути изучая свое отражение:
— Сколько же лет сожрал ваш источник? Лет пять ведь — не меньше.
Тунайт замялся, виновато поджал губы.
— Неважно, — не дал я ему ответить, подумав про себя, что, наверное, сейчас мне это даже на руку.
Теперь меня даже Тай-Тай с Хагеном не узнают, не говоря уже о ком-либо другом.
— Ты так и не ответил, как ты это делаешь, — напомнил я. — Это иллюзия или реальность? Только я тебя таким могу видеть или и остальные?
— Остальные тоже, но как видишь, есть различия.
— Вижу, — кивнул я. — Что тебе нужно, чтобы прикинуться другим?
— Достаточно раз увидеть человека, и я могу им стать.
Я, вскинув брови, зловеще улыбнулся:
— И вы это используете только для размножения? — иронично поинтересовался я.
Тунайт перепугано вытаращил глаза — сделал вид, что не понимает, о чем это я.
— С такой способностью можно и мир захватить, — задумчиво протянул я, а Тунайт мгновенно нахмурился.
— Нам не нужен весь мир, достаточно того, что уже имеем. Мы используем магию, дарованную нам Фасетом, только ради выживания. Бозза-вагры мирный народ, нас не интересует власть и политические интриги.
— Мирный народ, значит, — усмехнулся я, мысленно прикидывая, как еще можно использовать эту вагрийскую способность, но Тунайт поспешил меня разочаровать:
— Старейшина запретил мне использовать перевоплощение, только пространство.
Я многозначительно улыбнулся и закивал.
— Думаю, если один раз используешь, твой отец не умрет. К тому же напомни ему, что ты знатно облажался и лишил меня по меньшей мере пяти лет юности. Так что должок за тобой, дружище.
Тунайт вернул свой прежний облик и отвел взгляд. Этот разговор ему явно не нравился.
— Отец сказал: только один раз. Говори, о чем ты собираешься меня просить?
Я откусил кусок мяса от уже второго окорока, не без удовольствия отметил, что руки у меня уже не такие тощие, как вначале, затем похлопал парня по плечу и сказал:
— Пойдем-ка для начала найдем мою семью.
Тунайт растерянно посмотрел и все же зашагал следом.
Рассказывать свои планы при всем вагрийском народе мне резко расхотелось. Сейчас снова начнут права качать, условия выдвигать. Лучше подожду, когда связь с источником иссякнет. Лимар никуда из Сол-Меридии не денется, наверняка забился в какой-нибудь подвал и дожидается ночи, чтобы сбежать из города. Хотя я не могу исключать, что он попытается сделать то, чего я опасался, но и на этот счет у меня уже был план.
  
Мы вышли из подворотни, и только я было собрался отправиться на поиски Тай и Хагена, как где-то в конце улицы торжественно затрубили в рог.
Рыночная толпа начала торопливо разбегаться в стороны, освобождая дорогу, люди прижимались к стенам, толпились по краям, вытягивая с любопытством головы в ту сторону, откуда зычно закричали: