Lvl 3: Двойник. Part 1 (СИ)

 TRACK_40 
Утро застукало меня часов в двенадцать.
Я рывком сел на постели.
У меня часто так бывает — проснусь, а в башке мысль какая-то так и крутится, так и вертится.
Так... Выпил я вчера немного, по моим-то меркам так и вообще, можно сказать, не выпил. Можно и логи посмотреть. Угу, вот, штраф — за публичную е**ю. Теперь, внимание, вопрос: что за нахер?
Нет, штраф-то почётный и уважаемый, слов нет. Только вопрос — почему? Ведь вчера я совершенно точно никого... Стоп. Нет, было дело. Трахал Танигаву, не зная, что это она. Публично?.. Ну, неписи смотрели. Значит, наверное, публично.
А почему ж тогда меня оштрафовали-то спустя сутки? Нежто всё это время система думала, публично я отодрал Танигаву или всё-таки интимно? Вопро-о-о-ос...
Но чему ж я удивляюсь? Здесь частенько всё висит, тупит и замыкает. Вот взять хоть ту самую Танигаву, которую я своими меткими вопросами до перезагрузки довёл. Или как Вивьен на одном «бла-бла-бла» спалила компы всему отделу. А я трахал бешеную непись, меняющую облик, которая потом меня же ещё и порезала. Ну разве тут не простительно затупить? Очень даже простительно.
— Доброго утра, хозяин! — встал в своём углу Лимузин. — Завтракать хочется. Может быть, пойдём к тебе домой, я там травок пожую...
— Бля, Лимузин, какой ты нудный до этих травок, — простонал я. — Можно как-то отключить, чтоб ты не спрашивал?
— Нельзя, хозяин, — вздохнул осёл. — Я так запрограммирован, причём — жёстко. Живёт внутри меня неизбывная страсть к тем травкам. Вот как съем их, как отведу душеньку...
— Хер тебе, животное, — вздохнул я и, встав с кровати, шагнул к двери. — Пошли, на конюшню тебя сведу, там сена пожрёшь. Или овса... Или каким там хером Иствуд свою клячу морит.
— Я не хочу питаться хером, хозяин.
— Да кто б тебя спрашивал. Про ослика Федю не читал?
— Н-не приходилось, хозяин.
— Ну, короче, считай, что тебе по жизни ещё очень повезло.
Я спустился вниз по лестнице и с удивлением обнаружил, что, несмотря на столь ранний час, в кабаке довольно людно. Правда, все свои. Ну, условно свои. Экси, вся такая покрасневшая, но улыбающаяся, стоит у стойки. Рядом с ней — Дон. Ещё — Сандра. Дон растерянный, Сандра — в бешенстве. Арчи ещё зачем-то, маг — тот как всегда смущённый. О, Ромыч, Иствуд, Вивьен...
— Как хорошо, что вы все собрались, — сказал я, спускаясь. — Молодцы, хвалю. Вольно! Так, «Мертвецы», сейчас быстро перехватываем, чем бог послал, и идём на студию. Сандра — я вчера сингл записал, сейчас тебе тираж сдам, распространи православно. Донни — ты мне пока на**й не нужен, Экси, Арчи — тем более. Разойдись.
Ну вот. Взял ситуацию под контроль. Типа.
— Мёрдок, я тебе этот тираж сейчас об бошку расколочу, — прошипела Сандра. — Как у тебя ещё язык поворачивается...
— В смысле? — нахмурился я. — Язык у меня по-всякому поворачивается. Донни, ну-ка, сдристни чуток. Красавица, плесни тёмненького позавтракать. И пожевать чего-нибудь.
— Мёрдок, я подумываю снять тебя с должности управляющего, — сказал Дон.
— А я, типа, из группы уйду, — подхватил Рома. — Если всё реально так.
— Да вы чё все — о**ели, что ли? — не выдержал я. — Немедленно колитесь, в чём замес?!
— Ты что, ничего не помнишь? — удивилась Экси, которая по-прежнему прятала от меня взгляд.
— Всё я помню. Потому и нервничаю. Если б накосматил — я б спокойным был.
— Арчи, покажи ему, — мотнула головой Сэнди.
Арчи смутился ещё сильнее, но коснулся посохом головы Экси и сотворил свою волшбу.
Волшбу он, кстати говоря, прокачал. Теперь она была со звуком. У меня от этого звука, правда, чуть хер навеки не повис.
В Пелене Памяти я увидел... Ну, сначала ничего. Кроме снега, освещённого луной. Пейзаж ходил ходуном, как будто тот, кто его наблюдал, приседал. Или подпрыгивал. Или...
Я увидел столб с камерой, которая грустно смотрела на меня зелёным глазом.
А потом пейзаж завертелся, и я увидел себя, голого по меньшей мере по пояс.
— Погоди, — сказал я-настоящий, — так если это память Экси, то...
 
Дар речи пропал, а вместе с ним и вся кровь от лица отлила.
— Я люблю тебя, Мёрдок, — произнёс тихий задыхающийся голос из воспоминания.
Моя рожа. Над ней — надпись: «Murdoc».
— Я тоже люблю тебя, Экси, — сказала моя рожа, не переставая трахать Экси. — Всегда любил. Сандра — ничто, я с ней только из-за денег. Но она меня уже достала. Теперь ты будешь моим менеджером.
— Серьёзно?!
— Ещё как! В п**ду Сандру. В п**ду Дона. Он вообще без меня никто. Я посадил его в кресло мэра, я помог его удержать. Ничтожество и пидор!
— Мёрдок, ты...
— А моя группа? Да они говно против меня! Ни талантов, ни даже понимания того, с каким великим человеком им довелось работать! Денег требуют, ноют постоянно. Ну ничего, это временно. Скоро я найму настоящих музыкантов. А ты... Хочешь стать вокалисткой в моей группе?
— Да-а-а!
— Тогда завтра, когда я с бодуна ничего не буду помнить, покажи мне это воспоминание, найди Арчи — и покажи. И не только мне — им всем. Пусть они знают. И Сандра, и Дон, и Рома с Иствудом. Я погряз в этом дерьме, но я из него вырвусь, я отвечаю! И пошли они все на**й!
Мёрдок показал фак.
Там, возле ратуши, он показал этот самый фак Экси. Но здесь он его показал каждому из нас.
Картинка погасла. Все повернулись ко мне.
— *****, - сказал я. — ****** *****, ******, это чё за ***** ****** *****, ******?!!
 TRACK_41 
— Мёрдок, вылезай!
— Не вылезу.
— Хоть бутылку отдай!
— Не отдам.
— Мёрдок, ну прости ты нас!
— Пошли на**й!
Я сидел под барной стойкой с бутылкой и мучительно переживал. А когда я мучительно переживаю, у меня в организме разверзается отдельный специальный желудок исключительно под бухло. И пока его не заполнишь — толку не будет.
Первым делом мне нужно было самому понять, что запись — фейк. Я это понял очень быстро, потому что о прошлом вечере у меня сохранились детальные воспоминания. Потом в кабак удачно зашёл Коляныч, который, будучи не в курсе ничего вообще, спокойно подтвердил, что перехватил меня ночью, когда я вышел из студии, и привёл домой.
Потом мы посмотрели в Пелене время, в которое происходили ужасающие события. Потом я потребовал, чтобы Арчи вызвал мои воспоминания из указанного времени.
У меня было очень скучное воспоминание. Я смотрел на пульт, на звуковика, на пульт, на звуковика, вокруг грохотала музыка, а я орал: «Ё**ный ты пидор, тебя что, медведь в уши отъ**ал?! Высри эквалайзер, откуда хочешь, но эти высоты тут надо прибрать на**й!»
— Но... Как же... — пролепетала Экси, осознав, в какой охеренной ситуации все мы оказались.
Тут уже все поняли, что Мёрдок не мудак конкретно сейчас, а несправедливо обвинённая жертва. И на меня так посмотрели, что я понял: обидеться надо. Вотпрямщас, пока не поздно. А чё? Чё я вечно всех обижаю, все на меня дуются, как уё*ки? А давайте наоборот замутим!
Тут у меня возникла проблема. Обижаться-то я особо не умел. Крайний раз обижался в далёком детстве, а потом смекнул, что самому обижать гораздо веселее. В общем, я отправился за ценным опытом в воспоминания о далёком детстве и сделал всё, что мог.
Забился под стол с бутылкой.
Вокруг меня все плясали, а я подбухивал и думал. Думал о том, что ситуация уже потеряла берега совершенно. Если эта мразота научилась превращаться в меня и орудовать моим хером, то существование вселенной вообще и виртуального мира в частности под серьёзной угрозой.
Тут через стойку перепрыгнул Иствуд и уселся напротив меня.
— Тебе чего? — буркнул я.
— Если ты вдруг не заметил, то я не сказал тебе ни слова упрёка.
— Так-то да.
— Бери меня в команду, Мёрдок.
— Не так быстро. Почему не усомнился?
— Да брось, Мёрдок. Я готов поверить в то, что ты совокупишься с женщиной на морозе перед камерой, легко поверю в то, что ты напьёшься до такой степени, чтобы заняться сексом с женщиной, которую с какого-то перепугу считаешь транссексуалом. Но признаваться ей в любви?! Не-е-ет, это уже какая-то чушь. Люди, напиваясь, говорят правду. А правда тут даже близко не валялась. Если бы Экси так сильно не хотела этого услышать, она бы тоже не поверила.