Губитель

Странный мир, конечно, не могу понять, что с ним не так, но вот есть ощущение, что этот мир, скажем так, не от мира сего – прямо близкая аналогия, не знаю, как объяснить иначе. Чую, что он ещё преподнесёт мне сюрприз.
Знаете, меня больше всего удивляет то, что я всегда оказываюсь в мирах космических цивилизаций. Ни разу не был я в мире меча и магии, ни разу не был на Земле, хотя шанс был, чёрная дыра закинула меня в другой мир, к ушастым. Я на Земле в любом веке готов побывать, а то, знаете ли, космические миры поднадоели. Вообще, миров ведь множество, но или мне везёт так, или это чей-то умысел.
А Зоя оставалась на станции. Вообще, никто из пассажиров судна её не видел, общался с ними всегда я, а она в рубке сидела, и когда пассажиры покидали борт судна, она также находилась в рубке. А тут смотрю – гуляет в коридоре неподалёку от нашей казармы. Интересно, что ей надо?
Впрочем, что ей надо, я знал, сам же спровоцировал её на это. Если проще, я забрал всё содержимое сейфа в её каюте, а она об этом узнала, когда уже отлетала от станции. А что, сейф я увидел Виденьем, когда ещё только познакомился с ней и руки ей крутил, и тогда же определил стоимость содержимого. Судно ей вернуть хотелось – ага, как же. Содержимого сейфа хватит на сорок таких судов, а может, и больше. Похоже, был ограблен банк: на слитках были маркировки. Не думаю, что захватившие Зелию военные знали о таких трофеях; думаю, она вывозила чью-то личную добычу, за процент. Может, кого знакомого.
Именно поэтому я так легко избавился от судна. Зоя без этих слитков не улетит, ей голову оторвут, это понимали и она, и я, поэтому и крутилась поблизости, пытаясь выяснить хоть что-то по пропавшим трофеям. Если что, я с ней о судне договаривался, а не о сейфе. Не думаю, что за этой контрабандой стоят серьёзные силы: общая сумма слитков миллионов десять. Для простого солдата и даже молодого офицера сумма приличная, но более серьёзные люди мараться из-за этого, крысятничать, по-тихому вывозя добычу, не будут.
Для чего я всё это провернул? Причина в том, что Зоя мне нужна. Она отвезёт меня в республику. Когда я собирался вернуть ей судно и прихватить слитки, я действительно планировал добраться до этой транзитной станции, а потом с остальными вернуться в конфедерацию. Пусть там война идёт, но можно устроиться подальше от неё и спокойно жить в приюте.
Но у меня было время подумать, и планы поменялись. Война идёт, это да, и лихие люди всегда могут заработать на чужой крови. Я собирался перебраться на одну из планет республики, подготовиться и угнать лучшее судно, которое выберу сам, и буду доставлять на борт добычу. А как только заполню все трюмы, свалю из республики. Правда, добычу нужно будет спрятать, но это нестрашно, найду где-нибудь голубой карлик и оставлю там до своего совершеннолетия.
Вообще, первоначальный план – сразу вернуться в конфедерацию как геройский мальчишка, угнавший у врагов судно с добычей. Однако, пожив на этой транзитной станции, я смог узнать законы конфедерации. Так вот, не дадут мне призовое право задействовать. По законам конфедерации я несовершеннолетний, и мой опекун – это государство. В общем, если повезёт и адвокат пробивной будет, я получу процентов двадцать пять с продажи судна и добычи из его трюмов. И это в лучшем раскладе, а в худшем – не получу ничего. А оно мне надо, чтобы какие-то левые дяденьки на моих трофеях руки погрели? Я не для того стараюсь, чтобы кто-то другой на этом заработал. Поэтому афишировать трофеи не буду.
План такой: Зоя доставляет меня в республику, планета не важна, где мы с ней и расстаёмся. Я за это возвращаю ей слитки. Для меня это мелочь, я больше заработаю, пока война идёт. Дальше добываю судно, именно судно, и чисто грузовое, чтобы побольше трофеев влезло, и ещё одно небольшое с прыжковым двигателем, вроде курьера. Потом лечу на территорию конфедерации и прячу судно в атмосфере голубого карлика. Он скроет судно, и оно сможет провисеть там с десяток лет, главное стержнями для реакторов запастись.
 
Затем на малом судне я возвращаюсь на станцию, где сейчас нахожусь, продаю курьер и рассказываю слезливую сказку… Пока не придумал какую, но скорее всего что-то связанное с похищением и насильным удержанием. Мол, сбежал. Но главное, что станцию я не покидал, всё это время был тут. Да, очень жаль, что других спасённых уже отправили, но ничего, и меня на какое-нибудь попутное судно посадят. А дальше ждём совершеннолетия. Вот такой план.
А пока я изучал местные технологии: как средние суда умудряются совершать посадки на планеты и при этом не разваливаться от гравитации. Там ведь не репульсоры, я видел бочонки маневровых двигателей. Заинтересовавший меня вопрос я прояснил: усиленный скелет судна и мощные маневровые двигатели. С лёгким грузом, вроде рабов, средние суда садиться и взлетать могут, а с тяжёлым – уже нет, грузятся на орбите. Вот и вся загадка, а я-то думал…
В итоге я только подивился тому, как тут суда строят. Моё мнение: это экономически невыгодно, слишком много вложенных средств ради того, чтобы средние суда за лёгкими грузами могли спускаться. Пф-ф, фигня какая-то. Однако тут такие суда строят – вот что удивительно. Местные бизнесмены что, деньги считать не умеют? Непонятно.
Вот это я узнать не успел, потому что увидел Зою. Освободив терминал с бесплатной связью другому желающему, я направился к выходу, сообщив охране, что хочу прогуляться в кафе: мол, туда-обратно. Это была местная пиццерия, где очень вкусно кормили. Я сюда однажды уже заходил, да все из наших тут были: нас тут как беженцев бесплатно покормили – акция такая от хозяев заведения, жаль только, что разовая.
Я вошёл в пиццерию, сел за столик и едва успел сделать заказ (причём меня узнали и предупредили, что теперь уже придётся платить), как напротив плюхнулась на стул Зоя, сверля меня напряжённым взглядом.
– Закажи пиццу с колбасой, сыром и помидорами – вкуснятина.
– Отдай, – выдохнула она.
– Договоримся, – кивнул я и сделал заказ официантке ещё и на Зою. Всё равно не мне платить, у меня денег нет.
– Что ты хочешь? Снова покувыркаться?
– Не, не надейся. Ты мне уже наскучила. Нет, ты отвезёшь меня в республику, высадишь на одной из планет и забудешь обо мне. За это я верну тебе то, что забрал из сейфа.
– В чём подвох?
– Да нет никакого подвоха. Если будешь трепать языком о том, что меня перевезла, отрежу его – вот это предупреждение советую запомнить.
– Хорошо, договорились… Хм, а вкусно, – заметила она, пробуя пиццу.
Нам каждому принесли по пицце – горячей, только из печки. Кафе было дорогое, но всё из натуральных продуктов. Был также настой вроде чая, который отлично сочетался с пиццей, так что какое-то время мы молчали, активно работая челюстями.
Допив чай, я сказал:
– Деньги, надеюсь, есть? Я за твой счёт обедал.
– Я так и поняла.
Зоя расплатилась, и мы покинули кафе. На нанятой платформе долетели до лётной палубы. Там Зоя нашла пилота, и мы погрузились на борт челнока. Через полчаса были на борту судна Зои, а ещё через четыре – очередь была в разгонном коридоре – ушли в гипер. Информация о том, что я покинул станцию, не должна была просочиться, так как от сенсоров, фиксирующих перемещения, я закрывался пси-защитой. Так же и вернусь. Надеюсь, быстро, затягивать не стоит: это может вызвать подозрения.
Полёт проходил благополучно. Я проживал в каюте, так называемой гостевой. Была она двухместной, но проживал я один, отбиваясь от внимания Зои. Та, получив обратно свои слитки (между прочим, они борт судна не покидали, я их в тайном месте спрятал, а потом вернул), заметно успокоилась и начала мой штурм по всем правилам. Дорвалась девка до псиона: только они могут так стимулировать эрогенные зоны, что после них любой другой секс кажется пресным. Кстати, именно поэтому семьи, в которых один из супругов – псион, самые крепкие. И это не моё личное мнение, а данные статистики.
Что я делал во время полёта? Писал программы на планшете, отобранном у Зои в первую нашу встречу. Я занимался этим почти всё свободное время, пока мы летели до станции (ну, помимо работ с пси-силой для раскачки дара), потом на станции, где я прожил сутки, и теперь на борту судна Зои, во время полёта в республику. А программы нужны, и много, чтобы залить на судовые искины и получить возможность использовать их, не имея нейросети и меток пилота. А иначе они не смогут уходить в прыжок: у них там программные запреты. Я их уберу и внедрю эти программы, чтобы они слушались только меня.