Губитель

Вернувшись на борт бота, я оставил находки отогреваться в коридоре; оттаивая, они тут же покрылись капельками конденсата. Сейчас их не стоит брать в руки: можно ледяной ожог получить, бывает и такое. Что я принёс, Мари знала: я вслух комментировал находки, и она в рубке бота вела каталог по найденному. Несколько находок, всяких женских штучек, она сразу забронировала за собой; когда оттают, достанет и будет использовать.
Сгрузив находки, я велел Мари доставить меня к обломкам крейсеров. И с крейсерами мне по-настоящему повезло: похоже, их толком и не обыскивали, собрали, что на виду было. Я нашёл целую медкапсулу-реаниматор и ещё восемь в виде обломков – из них ещё три-четыре можно собрать. Наша медсекция потихоньку пополняется. Тут же нашлись два склада с медикаментами, многое оказалось побито, но и того, что сохранилось, немало удалось вынести.
На том же крейсере я нашёл мятый сейф, в котором обнаружил разбившиеся баночки с нейросетями и имплантатами. Почистили, проверили, и в итоге всего три сети и два имплантата наши врачи забраковали как непригодные к использованию. В общей сложности сетей было четыре десятка, и среди них нашлись сети пилота и техника.
Найденные сети пилота и техника, с полными комплектами имплантатов, мы сразу поставили девчатам. Установкой занимались близняшки, нарабатывали личный опыт. Операции прошли успешно, сейчас девчата у себя в каютах отдыхают и восстанавливаются. Через пару дней им зальют базы, благо они имеются, и начнут учить.
Постепенно мы очистили оба крейсера. Находили дроидов, целых и в виде фрагментов, они на запчасти пойдут. Извлекли два искина с шахтами, был и третий, но он оказался мёртвым, пришлось выкинуть. Даже в мешанине перекрученного металла Виденье показывало, где что есть интересное; я определял, целое оно или нет; если целое, дроид прорезал коридор к находкам и извлекал их. В общем, работы хватало. Ночевали мы на борту «Губителя», а потом продолжали поиски. А после этих двух крейсеров занялись остальными обломками, так один за другим их и очищали.
В системе мы находимся уже месяц. К этому моменту моя наложница, мать дочек-тройняшек, изучила пилотские базы по малым кораблям (по средним будет позже учить) и стала подменять старшую из близняшек, Мари. Обе нарабатывали опыт в полётах: один день со мной на поиски летала одна, второй день – другая. Одна из жён, которой поставили сетку техника, учила базы из комплекта техника по малым и средним кораблям. Ей их ещё месяца три учить. Она также планировала выучить комплект баз пилота по малым кораблям, но это позже.
Я продолжал развиваться как псион, Виденье на сорок метров работает, уровня Е-5 достиг. Что касается находок, то по тайникам и схронам мы собрали триста семьдесят шесть нейросетей и почти две тысячи имплантатов. Все они проверены, обработаны и помещены в специальные баночки для хранения. Также было найдено порядка десяти тысяч кристаллов с базами знаний. Все сети, имплантаты и базы знаний хранятся на специальном защищённом складе, доступ на который есть только у меня и у врачей.
Других находок тоже хватало, трюм крейсера постепенно заполнялся. Мы нашли с десяток средних контейнеров и, загружая их, подвешивали на внешней броне – там сцепки были. Из судов мы нашли малый шахтёр, и моя жена, которая учится на техника, именно на нём сейчас тренируется. Нашли также три челнока, которые вполне возможно восстановить. Пока все три челнока находятся на обшивке; когда жена с шахтёром закончит, примется за них, тоже в качестве тренировки.
К сожалению, трюмы разбитых судов не поделились с нами никакими производствами, фабриками или заводами: всё было вычищено до нас. Но ничего, будем искать. Я ведь выбрал для поисков эту систему ещё и по той причине, что неподалёку, в семи часах лёта, была отмечена на старых навигационных картах шахтёрская база. Давно это было, на месте она или нет, не знаю, но хочу слетать и узнать.
И вот когда последний обломок был осмотрен, мы на «Губителе» ушли в прыжок – к шахтёрам.
 
– Пусто, – сообщил я, когда крейсер вышел в нужной системе. – Обломки судов вижу, а базы нет… Хотя нет, вру. На поверхности планеты что-то светится на сканерах. Похоже, база на планету упала.
В этой системе мы задержались на шесть дней, осматривали обломки судов. Тут был бой, причём с Арахнидами: здесь находились останки преимущественно их кораблей. Находки пошли, и немалые. А вот с базой была проблема. Атмосфера, хоть разреженная, на планете всё же была, и база выгорела, причём хорошо так горела, аж металл потёк. Я всё же спускался, но было очевидно, что находок там не будет, время тратить не стали.
Шесть дней работы в этой системе дали неплохие находки: нашли сорок семь сетей и почти сотню имплантатов, а мой техник набрал запчастей для ремонта шахтёра. Стоит отметить, что система посещалась, многие остовы были обобраны, но не все: видимо, небольшие группы работали. Треть обломков оказались не тронуты, и мы сняли с них немало ценного. Ну а после полетели дальше.
В четырёх днях полёта находится ещё одна транзитная станция, мы туда заглянем. А через два дня полёта будет планета, раньше заселённая. Данных по ней от вольных торговцев у меня не было, они туда не летали, а мы заглянем. Планета меня очень интересовала. А что, я граф, могу целую планету в лен взять, вон у меня три наследницы и наследник, нужно же им что-то оставить. Но это так, прикидки, серьёзно я об этом пока не думал.
Пока летели, я разбирал находки да занимался крейсером. Битые сети и имплантаты я восстановил Силовой Ковкой и убрал их в свой сейф; близняшкам их не показывал, чтобы не возникало вопросов, как это было сделано. Вообще, я уже задумывался о том, чтобы самому создавать эти нейросети, но, прикинув, понял, что у меня две недели на одну только сеть уйдёт. Всё же восстанавливать битые куда легче, чем делать их с нуля. Я также лелеял надежду найти фабрику по изготовлению нейросетей и имплантатов, но найти такое редкое и ценное оборудование даже с моей удачей вряд ли возможно. Куда больше вероятность того, что наши учёные наконец разродятся и наладят их выпуск.
На транзитной станции мы побывали. Тут, похоже, Арахниды устраивали стоянку, попировали, а потом пришли выжившие люди и сожгли станцию с останками жителей. Видать, плазменными пушками били, жар был такой, что всё дочиста выгорело. Жуткое место, крематорий, по сути. Я её посетил, но находок там, конечно, не было.
В этой системе мы задержались всего часа на три: почему-то корабельных обломков тут не было, видимо, их тоже сожгли выстрелами. Поэтому через три часа мы разогнались и ушли к планете. По старым навигационным картам она называлась Рио и входила в королевство Риодан. Кстати, Юнон в давние времена принадлежала некой республике Джуди. Сейчас-то на это всем наплевать, летают, кто куда может и хочет.
Планету мы не нашли: только крупное астероидное поле вперемешку со льдом – вот всё, что от неё осталось. Печально. Через пять суток полёта будет ещё одна планета. Она у вольных торговцев тоже не отмечена, а на старых навигационных картах имеется. Сложно было делать расчёты по новым координатам планет, всё же их смещение происходит постоянно. Иногда я ошибался, и заметно: выходил, например, в соседней системе. Самая большая ошибка – это выйти из прыжка внутри какой-нибудь планеты, но, к счастью, мне удавалось избегать таких трагедий.
Вот и в этот раз после пяти суток полёта мы вышли благополучно; правда, пришлось срочно уходить в сторону, чтобы избежать столкновения с целым кладбищем кораблей. Избежать серьёзного столкновения, к счастью, удалось: хотя щит и померцал, когда принял на себя мелкие обломки, но всё же не пострадал.
А планета была на месте, приятно светилась в лучах местного светила; зелёные континенты, голубые океаны – всё очень красиво выглядело. Я отвёл крейсер в сторону и, определив свободный коридор до планеты, направился к ней, желая встать на орбите. Трансляция с видами планеты шла в сети судна, и две моих наложницы с любопытством смотрели её. Остальные девчата находились в обучающих капсулах (их на борту пять), учились.