Сто тысяч миль (СИ)

— Военный Совет голосует «за» большинством голосов, — наконец, сказал он.
Голова закружилась. Советы согласились. Они в самом деле согласились разнести это проклятое место в пыль. На этой оптимистичной ноте общее заседание объявили закрытым. Все начали расходиться, а я со счастливой улыбкой смотрела на Беллами. К нему уже подошли Анья и Аврора, неподалёку стояли Райдер и Индра, ожидая своей очереди. Знал ли он, что только что в самом деле изменил мир? Или это только мой мир только что полностью изменился? Перевернулся? Преобразился?
— Есть разговор. Сейчас, — вклинился в мои мысли Мёрфи, сдерживавший себя из последних сил.
Его тон не обещал ничего хорошего. Но как только мы оказались на улице, я не выдержала первой:
— Что? Что вам не нравится? Они согласны. Согласны! Мы вытащим наших из этого ада. Вам ли не наплевать, какими средствами это будет достигнуто?
— Мне не наплевать, что ты всунула нас в самую задницу! Буквально между молотом и наковальней, интриганка ты недоделанная! Влезть во многовековую вражду — да что вообще может пойти не так?! Так ещё и подарила им способ легко и быстро разнести в пух и прах всё, что они пожелают!
— А ещё я лишила их повода запирать нас здесь из-за нашей исключительной ценности!
— Чего? Кларк, да я тебя вообще не понимаю! — поддержал Джона Уэллс, впиваясь в меня злым взглядом. — Ты смотришь на меня и будто не видишь, презираешь, осуждаешь. Хорошо. Твоё право! Но сама ты… ты что сейчас сделала? Наплевала же на Протокол, не поговорив с нами. Наплевала на то, что эти ребята тоже совсем не пушистые зайчики. Со «Вторым Рассветом» хотя бы всё ясно, а здесь? Неужели моя история так ничему тебя и не научила?
— Научила. Научила не болтать лишнего, пока я не буду уверена, что риск того стоит. А сейчас тот самый случай.
— Твою мать, Гриффин! — взревел Мёрфи. — Наша миссия — сообщить «Ковчегу», что здесь есть возможность не сдохнуть, а не спасать этот грёбанный мир! Это не наша компетенция! Слышишь меня?
— Я плевать хотела на миссию, пока я знаю, что за ужас там творится! — рявкнула я и внезапно осознала, что только что сказала и к чему проявила высшую степень неуважения. Растерянно опустила взгляд, но отступать было уже поздно. — «Ковчег» жил и будет жить ещё как минимум десятилетие, а здесь все умрут намного раньше, хорошенько перед этим помучавшись. И я с этим не согласна, несмотря на Протокол.
— Запоздалый бунт против правил у отличницы Кларк. Замечательно! — ядовито выплюнул Джон. — Имей в виду. Если мы все сдохнем из-за твоего самоуправства, виновата будешь только ты.
— Ты изменилась. И мне всё больше кажется, что я тебя не знаю, — горько и разочарованно бросил Уэллс.
Они ушли, а я осталась смотреть им вслед, одинокая и потерянная. Не будь я так несправедлива к своему лучшему другу, возможно, он остался бы сейчас со мной. Возможно, поддержал бы в споре с Мёрфи, но всё, что я делала — только не доверяла и отстранялась раз за разом всё дальше. Никак не могла забыть его пламенную речь о великих идеалах «Второго Рассвета». Никак не могла не думать, чему именно он позволил произойти. Но такого отношения он не заслужил. Я поступила с ними, как с врагами: даже не дала шанса высказаться, просто поставила перед фактом. Они были слишком умны, чтобы закатывать скандал при Советах, а теперь пути назад уже нет. Сначала освободить всех — потом вместе решать, что делать дальше. Всё так, как я планировала. Но внутри остались только едкая горечь и бесконечные сомнения в своей правоте. Я никогда не желала этой ответственности, но кому было до этого дело?
Оказавшись у себя, я с удовольствием завалилась на кровать. Тело расслабилось, глаза начали слипаться, но мозг даже не думал отдыхать. Сколько я уже нормально не спала? Казалось, что целую вечность. Но единственным способом уснуть оставалось только измотать себя до переутомления и вырубиться где-то за работой. Ведь иначе… Стоило лечь в тишине и зажмуриться — и перед глазами возникало подземелье «Второго Рассвета». И плотоядный взгляд Тристана. И по коже будто мерзко скользила его рука, взбирающаяся по моему бедру всё выше. Я глубоко вдохнула и едва не вздрогнула, когда в дверь мягко постучали.
 
— Да, — отозвалась я и села, скрестив ноги.
— Я не помешал? — спросил Беллами, заходя. — Прости. Ты хотела отдохнуть?
— Забудь, — отмахнулась я. — Всё равно не могу уснуть. Что ты хотел?
— Пришёл сказать, что мы выезжаем к вашему кораблю с рассветом. Будь готова.
— Военный Совет не против?
— Военный Совет за. И отвечает за вас головой. Головами. Всеми сразу, — усмехнулся он, а потом вновь посерьёзнел: — Я видел Уэллса. Если бы взглядом можно было убить, я бы умер уже пару десятков раз. Но он вроде как согласен ехать. Хотя, кажется, теперь нас всех ненавидит?
— Он совсем никому не доверяет после Лексы. Я не предупредила их ни о чертежах, ни о горце. Так что мне, видимо, теперь тоже. Хорошо, что у него больше нет ни выбора, ни возможности всё испортить.
— Мне жаль.
— Мне тоже, — я отвернулась, рассматривая залёгшие на полу глубокие тени от послеполуденного солнца.
— Я хотел кое-что тебе вернуть. Ты забыла в прошлый раз, — сказал Беллами, подходя ближе, и я с удивлением подняла на него взгляд. На его ладони лазуритом переливалась брошь, та самая, что он дарил мне. — Я подумал, может, ты захочешь получить её обратно.
— Я собиралась вернуться, так что оставила её здесь вполне осознанно, — выдала в своё оправдание я. Улыбнувшись, аккуратно взяла брошку с его ладони. — Спасибо. Она в самом деле мне нравится.
— Тогда она твоя. А теперь собери вещи и попробуй отдохнуть, а то гончие не смогут тащить тебя всю дорогу.
Он развернулся, собираясь уйти, а я зачем-то окликнула:
— Беллами.
— Да?
Он обернулся, глядя на меня с любопытством, а мне захотелось влепить себе пощёчину. Я всей душой хотела остановить его, чтобы… Чтобы что? Лишь одному чёрту известно. Я просто хотела смотреть на него ещё несколько лишних мгновений. Вглядываться его глаза в попытке разгадать, о чём он думает. Снова стало мучительно неловко. И как-то душно.
— Ты… Отличное выступление на Совете, — выдавила какую-то глупость я.
— Спасибо. Но без твоей помощи ничего бы не вышло.
— Пустяки, — нелепо пробормотала я.
— Ты хотела что-то ещё?
— Нет. Вовсе нет. — От смущения хотелось закопаться куда-то глубоко и надолго. — Тогда увидимся позже.
— Увидимся, — с мягкой улыбкой кивнул Беллами.
Я провожала взглядом его широкоплечую фигуру. Прикрыв лицо руками, с тяжёлым вздохом завалилась обратно на кровать, когда за ним закрылась дверь. Такое дикое и странное желание остановить его так никуда и не исчезло. Ещё и казалось таким правильным, будто было во мне всегда. За время в Полисе и в пути оттуда я очень привыкла к нему. По сравнению с теми днями теперь мы почти не виделись. Занимались каждый своим делом: я — изобретениями и чертежами, он — подготовкой всего этого огромного плана. И мне… его не хватало?
Проклятье, я что… скучала?
Странная тоска поселялась внутри каждый раз, стоило ему исчезнуть. На пару часов или на пару дней — я никогда не знала заранее, ведь причин видеться не по делу у нас не было. И если раньше это успокаивало, то теперь… Теперь я, кажется, спятила. Потому что вместо того, чтобы быстро уснуть, неимоверно раздражалась от факта, что это перестало меня устраивать. Почему? Из-за чего? Боги… Ну, не идиотка ли?
На рассвете нас встретило самое настоящее войско. Целых четыре отряда. Мы наверняка должны были привлекать достаточно много внимания, но это никого не смущало. Это была территория Лесных, и прятаться от кого-то у себя дома они не желали. Да и повторять свои ошибки привычки не имели. Военный Совет отказался отпускать нас без достойной защиты. На выходе из первого кольца ко мне прилип счастливый Бо, утыкнулся в ладонь мокрым носом и не отступал ни на шаг. Я была совсем не против — то и дело трепала его за холку и поглаживала по спине. Кроме него постоянную компанию мне составлял только излишне мрачный Уэллс. Командиры были начеку больше обычного. По их приказам все разведчики были заняты постоянным патрулированием окрестностей. Времени на праздные посиделки у костра не было ни у кого, кроме нас.