Поворот судьбы (СИ)

— Но ведь Орды больше нет.
— Есть ещё я, — твёрдо ответила Неллитаф.
Старая Хилини решила не давить на ордынку. Ветер переменился. Посреди радостного галдежа охотница насторожилась. Заметил только Торквил. Она подскочила к нему, с её губ беззвучно сорвалось одно слово:
— Волкодавы.
С этими словами она покинула посиделки и, схватив пожитки, умчалась во тьму. Набо осознал и задрожал. Никто не видел ордынку в таком ужасе, как сейчас. Не успели ничего спросить. Послышался лай собак, лязг доспехов и вавилонский говор.
— Всем сидеть тихо, — велел капитан наёмников.
Из-за холма показался отряд рыцарей. Гордые и напыщенные. Восседающие на собаках и вооружённые до зубов. Опытный отряд Ордена. Укутанный плащом, на рыжей псине сидел самый знаменитый из них. Он остановил всех. Откинул на затылок длинные волосы, заплетённые в косы. Миловидный, молодой и бородатый. Скрестив руки на холке, неприятно улыбнулся и сплюнул.
— Я Мордехай, прозванный Когтем Мушруша — могучего грифона. Посланник великого паладина Валтасара, главы Ордена Волкодавов.
Торговец учтиво встал и поклонился:
— Я Набопаласар бэн Йоханан. Гражданин Вавилона, а это мой караван. Мы возвращаемся на родину.
Мордехай спрыгнул с седла и важно прошёлся вокруг костра. Он разглядывал всех. Собаки вели себя неспокойно, даже нервозно. Они без остановки лаяли. Рыцари держали в руках арбалеты. Лидер положил свой на плечо и вновь откинул волосы.
— Вы, верно, голодны, — сказал Набо.
— Мы уже планировали ночлег, когда увидели ваш костёр издали. Решили заглянуть на огонёк.
Набо пощёлкал пальцами, слуги быстро принесли блюда с финиками, сушёным мясом, виноградом, орехами и, конечно же, вином. Командир бросил говядину псам. Те с жадностью накинулись.
— Хм, не отравлено.
— Зачем мне вас травить?
Рыцарь не ответил. И он не откусил, а жадно отгрыз кусок. Ему подставили кресло. Мордехай увидел, что сиденье Набо лучше, и уселся в него. Рыцари слезли, но всё ещё были готовы к нападению на путников.
— Скажи мне, торговец, — начал сын Шауля. — Как так вышло, что Набопаласар из Моава взял в охрану врагов нашего царя?
— Вы обо мне слышали? Как это приятно, — захлопал в ладоши пухлик.
— Это упрёк, а не комплимент. Ты хорошо спонсировал корону, а тут такая оплошность, — иронизировал Мордехай. — Визирь не одобрит такое предательство.
— Это просто наёмники для защиты, не более.
— Почему тогда ты не попросил защиты у Титглата?
— Министр очень занятой человек. Куда ему до такого простака, как я?
— К чёрту отговорки! — выпалил рыцарь. — Ты связался с врагами короны и ордена! Тебе нужны наёмники, чтобы защитить ордынку!
— Что? — обомлел караванщик.
Мордехай изучал лицо толстяка.
— Да! Последняя из своего рода. Нам доложили, что эта налзари замечена в Пипте. Я убью её и заслужу место в истории.
Капитан Торквил схватился за рукоять эсока. Сопровождающие навели прицел на него.
— Ха! А вот тому и подтверждение! Я бы на твоём месте не дёргался, — помахал пальцем Коготь.
Торквил убрал руку с меча. Мордехай вздохнул:
— Эх, скучно у вас тут. Ну так где она?
Хилини прижала к сердцу Дария. На секунду взгляд Когтя упал на мальчугана. Он пристально присмотрелся. Псы завыли и стали рваться вперёд со всей силы.
— У вас есть ещё шанс спастись. Я сегодня добрый. Выдайте мне ордынку, и я вас всех пощажу.
Повисло такое молчание, что даже треск огоня боялся его нарушить. Мордехай осмотрел всех. Люди разрывались между страхом и жаждой спасения.
— Что, никто? Я же вижу, что вы прекрасно знаете, о ком я толкую, — он говорил медленно, театрально выдерживая паузы. — И вы готовы умереть за неё? Вавилонцы умирают за Орду — вот так новость!
— Здесь нет ордынки, — затрепетал Набо.
— Братья мои! Переверните всё и найдите её.
Коготь отправил рыцарей с собаками на поиски. Один из псов не торопился. Рыжий пёс остановился возле Дария. Принюхался и стал рычать. Слюна капала из его массивной клыкастой пасти. Юноша прищурился и отвернулся.
— Что такое, Шеол? Ищи ордынку! — велел командир.
 
Шеол умчался за всеми. Мордехай подошёл к парню и похлопал по плечу:
— Своенравный у него характер.
— Я заметил, — ответил парень.
— Как тебя зовут?
— Дарий.
— Кто твой отец?
— Бранн из племени карнаутов.
Рыцарь скривился, кивнул и вернулся на кресло. Он нетерпеливо перебирал косы.
Поиски продолжались. Грохот и треск разносился по пустыне. Вещи летели из телег. Несколько палаток вспыхнули ярким пламенем. Мордехай наслаждался. Люди не могли ничего сделать, кроме как беспомощно наблюдать за происходящим. В считанное время караван обнищал. Рыцари ловили удовольствие, Коготь постукивал пальцами по коленке. Затем всё стихло. Мордехай не сразу это заметил. Он заёрзал.
— Цадок, Каин! Где вы?
Тишина, да и только. Никаких звуков или голосов.
— Шеол, ко мне!
Через минуту вышел рыжий пёс. Весь в крови. Он был смертельно ранен. Хромал и скулил. Собака легла у ног Когтя. Показалась та, которую рыцари так усердно искали. Красная и неистовая. Обмазанная кровавой боевой раскраской. Её глаза горели. Беспощадно прекрасная в своём жестоком великолепии. Их глаза пересеклись. Даже видавший виды Мордехай ужаснулся, но между тем облизнулся. Он добил болтом умирающего пса.
— Итак, как твоё имя, последняя из Орды? — взял себя в руки Коготь.
— Я не стану трофеем в твоих волосах, — прогремела воительница.
— Ещё как станешь. Я помню каждого, — он перебирал свои косы, называя имена соотечественников охотницы. — Макба, Унна, Валраби, Угвэ, Малки, Рилка, Демги, Силка, Гримма, Трикки, Хамму, Пильви, Гамби, Кулра, Шатванафа, — рыцарь перебирал рукой каждую косу, когда называл очередное имя.
Караванщики стали невольными зрителями. Хилини прикрыла рукой рот. Дарий порывался к ордынке на помощь. Торквил придержал его.
— Список небольшой, — съязвила Нелли.
— Зато это были сильные воины.
Воительница не спорила с этим утверждением. Лишь крепче сжала меч.
— Умру я или нет, но моё имя ты не узнаешь! — выпалила волчица.
Неллитаф кинулась в бой. Мордехай ловко парировал все её удары. Рыцарь улыбался. Оба завертелись в боевом танце. Они были разные. Она — неистовая волчица, грозная и яростная. Он — дрессировщик. Уже в середине схватки воительница поняла, что этот соперник ей не зубам. Мордехай играючи порезал ей предплечье и бедро. Она едва оцарапала ему щеку. В одном из выпадов ей удалось отрезать одну косу. Волкодав вспылил. Ударил её ногой в живот, рукоятью в челюсть. Теперь Нелли лежала под ним.
— Прежде чем я убью тебя, волчица, ты скажешь мне своё имя! — прошипел он.
— Ни за что!
— Впрочем, я могу выбить его из этих бедняг, что так яростно пытаются тебя защитить, — пожал он плечами.
Мордехай занёс меч высоко над ней. Нелли закрыла глаза. Дыхание стало ровным, впервые она ощутила запах свободы. Больше бороться не нужно. Она закончила свой земной путь, не посрамив чести…
  
Ошибки и последствия
 
— Давай открывайся! Чёртова калитка!
— Не поддаётся, зараза!
Отряд Бараба тужился изо всех сил. Несмотря на то, что ключ повернулся, дверь никак не хотела открываться. Она сильно контрастировала с тоннелем. Вид и прочность её говорили о пиптском происхождении. Несмотря на возраст, она по-прежнему прекрасна. Резные рисунки на дереве изображали древесного идола. Металлические части — кузнечного.
— Давно не смазывали петли.
— Или просела. Сколько она, интересно, весит?
— Главное, чтобы нас не услышали.
— Давай ещё разок! Парни, навались!
Дверь поддалась несломленной мужской воле. Скрип вострубил для них гимном упорству. В чистые залы ворвалась пыль и затхлый воздух подземелья. Разведчики испачкались, как дикари. На их коже и доспехах красовалась грязь всех оттенков. Они откашливались от пыли. Лица выражали счастье, ведь они несколько минут назад верили в свою гибель. Замкнутое пространство осталось позади. Они выжили, казалось, вопреки судьбе. Голодные и уставшие. Внешний вид выдавал в них больше бездомных бродяг, чем воинов. Разведчиков это нисколько не заботило.