Некробудни. Смерть — не оправдание (СИ)
А Феррети, все еще желавшая держать все под своим контролем, избавила меня от необходимости выслушать еще одну длинную историю о счастливой жизни семейства Гарс.
Даже необходимость вновь наведаться в управление стражи не могла испортить мне настроение. Я не сомневалась, что смысла в усмирении самоубийц нет никакого, их все равно, скорее всего, сожгут этой же ночью. И скорее всего, стражу это ничуть не озадачит… Но в морг все равно решила заглянуть. Разведать обстановку и убедиться, что самоубились поджигатели все тем же сомнительным способом и стражник, сообщивший о самоубийствах, или сама Феррети ничего не напутали.
***
Дежурный не сразу понял, что мне надо, и даже пытался послать меня в городской морг, упрямо считая, что я пришла усмирять двух вчерашних самоубийц.
— С теми уже покончено, — терпеливо сказала я. — Новые появились. В вашем морге сейчас находятся. Наш… не работает.
Пока стражник, подозрительно косясь на меня, проверял данные, я совсем некстати подумала о том, что после сегодняшней ночи местный морг также придет в негодность.
Или все пройдет гладко…
Окажись я преступницей, вряд ли стала бы создавать лишние неприятности на рабочем месте.
Убедившись, что я не ошиблась и в управлении действительно имело место целых два двойных самоубийства, стражник лично провел меня в морг, познакомил с местным прозектором и удалился, добившись от меня обещания, что дорогу назад смогу найти сама.
— А вы, значит, и есть тот самый новый городской некромант, — протянул прозектор, разглядывая меня сквозь очки.
— Ага. — Я откровенно косилась в сторону камер, в которых покоились неудачливые поджигатели. — А вы, стало быть, с мертвецами работаете, но магией смерти не обладаете.
Он хохотнул.
— Так уж получилось. — Протянув руку, мужчина представился: — Кристоф.
— Иса. — Я спрятала руки за спину, сжав раненую руку здоровой. — Простите, нас учили в морге за ручки не держаться. Можно, знаете ли, с одного тела на другое что-нибудь интересное перенести…
Он опустил руку и натянуто засмеялся. Светлые волосы, выцветшие на солнце, контрастировали с бронзовой кожей — загар сойти не успел, выдавая в нем любителя принимать солнечные ванны. Он не был старым и, скорее всего, даже считался привлекательным, но у меня вызывал лишь безотчетную неприязнь.
Я списала это на зависть. Кристоф был до отвращения жизнерадостным и бодрым.
Пока я разбиралась с самоубийцами, он топтался рядом, предлагал помощь, кофе, совместный ужин. Говорил без умолку и мешал.
При нем я не могла нормально осмотреть тела и вынуждена была провести обряд усмирения.
Но даже в таких невыносимых условиях я смогла заметить уже знакомые мне отметки на шее. Способ убийства менять не стали.
— Готово, — произнесла я, перебив Кристофа на середине какой-то фразы.
Он запнулся, посмотрел на меня, потом на выдвинутые из камер тела, между которыми мы стояли, и уточнил:
— И теперь они не поднимутся?
— Поднимутся, если магия смерти их позовет. Но самоубийцы в основном опасны тем, что могут восстать и без всякой магии. Поэтому мы их усмиряем. Не упокаиваем. Вы раньше не работали с самоубийцами?
Он пожал плечами.
— Это редкость для нашего города. И прошлый некромант был не таким…
???????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????
Несколько секунд я ждала, что он продолжит, но Кристоф молчал, проникновенно глядя на меня.
— Ясно. — Я решила, что мне неинтересно, каким именно не был прошлый некромант, и взялась за ручку носилок, чтобы затолкать их обратно в камеру.
— Так во сколько мне за вами сегодня зайти? — спросил Кристоф, помогая мне со вторым мертвецом.
— Сегодня я очень занята.
— Но поужинать…
— Я только вступила в должность, у меня много дел.
— Завтра? — спросил он с подозрительной настойчивостью.
— ОЧЕНЬ много дел, — произнесла я.
А в моем списке стало больше на одного подозреваемого.
***
Из управления я сразу же направилась в библиотеку и выпросила у замученной Клариссы подробную карту города.
— Есть только дорожная, — призналась она, положив передо мной сложенный в несколько раз и все равно внушительный прямоугольник, — и она немного старая. Кварталы за промышленным кругом не добавлены.
— Не страшно. Мне нужен центр города, — отозвалась я, быстро разложив карту перед собой. На ошибках своих я училась, пусть и с опозданием. И дом господина Брукса решила сначала отыскать на карте, чтобы не блуждать по улицам, понапрасну теряя время.
Нужный адрес нашелся быстро. Буквально на соседней улице от дома Джехонов. Сложив карту, я оставила ее на краю стола, чтобы Кларисса ее забрала, и собиралась покинуть читальный зал, когда заметила подозрительную фигуру.
Высокая, излишне худая девушка изо всех сил старалась быть незаметной, передвигалась короткими перебежками и безостановочно оглядывалась, чем и привлекла мое внимание.
И я двинулась следом. Уверенно и неторопливо, с видом человека, решившего просто немного прогуляться от стола до двух скромных рядов стеллажей с актуальными книгами, за которыми она скрылась.
Девушка дрожащими руками вытащила книгу с верхней полки, еще раз быстро огляделась — я едва успела отпрянуть назад за стеллаж — и начала лихорадочно листать страницы, пока из книги ей под ноги не выпал конверт.
Она подхватила его, небрежно засунула книгу на прежнее место и бросилась на выход.
Когда девушка ушла, просто пролетела мимо, не глядя по сторонам, я приблизилась к нужной полке, достала выступающую из общего ряда книгу и прочитала название.
«Падение царства сего» можно было назвать сборником мировых революций. Или пособием по тому, как правильно совершить переворот и каких ошибок стоит избегать, чтобы все получилось.
Удачный и неудачный опыт всех стран и всех рас под одной обложкой.
Мне в этом виделся дурной знак.
Вернув книгу на полку, я попыталась догнать девушку, но ее и след простыл. Оставалось только надеяться, что я достаточно хорошо ее разглядела, чтобы узнать при встрече.
С Клариссой я не попрощалась, но возвращаться не стала. Несчастная была занята, пыталась справиться с женщиной, требовавшей от сотрудниц библиотеки умения читать мысли и немедленно подать книгу по ее вкусу.
Я никогда не была любопытной, но всю дорогу до дома Брукса не могла выкинуть из головы кремовый конверт, выпавший из книги про революцию, и напуганный вид девушки. Уже перед темно-зеленой дверью с молоточком в виде птичьей головы мысли свернули к погибшим поджигателям. Кто дежурил последние две ночи? Один и тот же человек? Разные? Сколько стражников в этом замешано? Связан ли конверт со всем этим, или это еще одна страшная тайна Кеменска?
И хоть бы на один вопрос ответ получить…
Если бы у меня было право задавать неудобные вопросы всем без разбора, какой бы простой тогда стала жизнь. Но я всего лишь городской некромант и на допрос законников не имею никаких прав. Ни законников, ни градоправителя, ни даже благородных, в общем-то. Я и простых горожан допрашивать не могу.
Но в дверь дома Брукса я все равно постучала и, когда мне открыла женщина в строгом платье, очень вежливо сообщила, что хотела бы побеседовать с хозяином.
— Его нет, — сухо ответила она.
К такому ответу готова я была: рабочий день в самом разгаре, шанс встретить уважающего себя дельца дома был настолько мал, что мог равняться чуду.
— Не подскажете, где его можно найти? — спросила я, на что получила вполне однозначный ответ.
— За городом. В рудниках. Господин Брукс отправился проверить недавно найденные крупные месторождения. Вернется через несколько дней, — сухо ответила женщина и, не прощаясь, захлопнула передо мной дверь.
Этот проклятый город просто не желал раскрывать свои тайны.
Единственное, что я вынесла из этого бесполезного мероприятия, — смутное ощущение, что экономка господина Брукса была неуловимо похожа на дворецкого Джехонов.