"Фантастика 2025-73". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)

— Как успехи? Пахнет вкусно.
— Нормально пахнет, — буркнул Ромка, все еще дуясь, что пропустил часть шоу. — Суп как суп. Или каша. Или… Не знаю, короче! Что-то сварил.
Я зачерпнул ложкой густое варево, где плавало по чуть-чуть всего, что нашлось в наших мешках. Осторожно попробовал.
— Неплохо. Только соли маловато. Кстати, где она?
Ромка недоверчиво попробовал продукт своих кулинарных потуг и полез в мешок за солью.
  
Завтрак прошел спокойно, на гостя с той стороны купола старались не смотреть. Ну его к лешему! Суп-каша-рагу-и-как-его-там-еще оказалось вполне съедобным и довольно вкусным. Но парня надо будет натаскать готовке в полевых условиях. Ром и Рем тоже выбрались из мешков, мы дали им по ложке на завтрак, аккуратно положив варево на широкий лист схожего с лопухом растения. Пока мыши крутились вокруг горячего пайка, возмущенно попискивая и пытаясь на него дуть, я сотворил серебряный поднос с высоким серебряным же кофейником и двумя широкими чашками. Кувшинчик сливок, блюдце печенья и сахарница с колотым тростниковым сахаром дополняли убранство. Я покосился на гаджей: Ромка, умница, в первую очередь покормил животных, и те сыто посапывали, лежа в траве.
— Что дальше делать будем, па?
— Да что и намечали. Пойдем к Призрачной твердыне.
— А с этим что? — Сын кивнул в сторону нетерпеливо бродящего вдоль незримой границы Ранги. Тот сейчас очень смахивал на боксера-тяжеловеса, топчущегося в углу ринга, ожидая схватки. В руке он держал нож, то и дело пробуя на палец остроту клинка. Я усмехнулся: гость явно нервничает. Ну-ну, «ужас, летящий на крыльях ночи»: одного урока тебе мало? Дадим еще, не проблема…
Наконец лагерь свернули. Ромка держал обоих гаджей в поводу, а я встал у границы защитного поля:
— Приготовься, сейчас защиту сниму.
— Бать, может, хоть меч достанешь, а? Он же тебя не с пирожками там встречать будет.
— И в кого ты такой кровожадный? — усмехнулся я, насыпая в ладонь горку соли. — Добрее надо быть…
— И люди к тебе потянутся, — кивнул сын. — И нелюди. А когда дотянутся…
— Поюмори мне еще!
Я снял защитный купол.
Похоже, Ранга ожидал чего-то подобного. Не удивившись, он ринулся на меня, благо разделяло нас каких-то метра полтора. Я широко улыбнулся и швырнул ему в горящие злобой глаза пригоршню соли. Агрессор взревел дурным голосом и завертелся волчком, бешено размахивая ножом во все стороны. Н-да, не подступиться. А если?.. Я резко присел и, крутанувшись, низко подсек Рангу. Тот полетел вверх тормашками, я рванулся к нему. Хлопок по ладони, нож улетел в сторону, а я сидел верхом на супостате, ухватив его на болевой:
— Поговорим?
Его ответ весьма расширил мои познания по части местных ругательств, но согласия с предложением мирных переговоров так и не прозвучало.
Я прижал посильнее — волчара взвыл — и повторил:
— Разговаривать будем?
— О чем мне с тобой говорить, отродье колдунов?! — сплюнул тот.
— Какого ж черта тогда ты за нами приплелся? — спросил я. — Только не пытайся меня убедить, что оказался здесь случайно!
— Я пришел тебя убить, — прохрипел Ранга, — перегрызть твою глотку, выпить кровь, растерзать…
— Понятно, дальше можешь не продолжать, — перебил я. — А за что — можешь сказать? Я ведь сохранил тебе жизнь, когда мог отнять ее.
— Ты истребил весь мой род! — прорычал он. — Ты убил их всех! Я — последний из рода эррхаргов Амешта! Я должен отомстить!
— Должен так должен, — я разжал руки и, отпрыгнув назад, выхватил меч, — наша песня хороша, начинай сначала. Поехали!
Ранга поднялся, отряхиваясь, повернулся ко мне лицом, повел головой из стороны в сторону.
— Нет, колдун, — неожиданно заявил враг, отступая назад. — Не так! Я собираюсь отомстить, а не умереть! Отныне, мой враг, я стану твоей тенью! Я буду всегда за твоей спиной, всегда рядом. И отберу у тебя все, чем дорожишь. Сначала — его!
Ранга дрожащей от ярости рукой указал на Ромку. И развернувшись, побежал прочь. Я смотрел ему вслед, не торопясь убирать меч в ножны.
Вот бросить бы все — и на пляж, к синему-синему морю!
Воздух прорезала стремительная молния, и бегун упал, раскинув руки. Я не понял, что произошло, и еще несколько секунд стоял, ожидая, что Мохнатый поднимется, потом опомнился и со всех ног бросился к нему. Но когда добежал, от Ранги остался лишь скелет, прикрытый обгорелыми тряпками, да стрела.
— Это что, у нас появились союзники? — спросил подошедший Ромка.
Я взял стрелу и внимательно ее осмотрел. Длинный, похожий на шило четырехгранный наконечник, явно серебряный. Каждую грань покрывали тонкой вязью непонятные мне письмена. Я напрягся, но даже отцовская память не помогла прочесть; все чего добился — надписи засветились на краткий миг, и вновь погасли. Явно заклинания накорябаны, а не что-то типа: «Получи, фашист, гранату!»
— Что там, бать? — спросил Ромка, рассматривая стрелу. Останки незадачливого мстителя, похоже, его не интересовали.
— Стрела тут. С серебряным наконечником. Не заметил, откуда прилетела?
— Не-а, — пожал плечами Рома. — Сам офигел.
Я обвел взглядом местность. Все как на ладони, спрятаться негде. Кто же ты, Робин Гуд местный? Друг или враг?
ИНТЕРЛЮДИЯ
— Вот Змей и проявил себя, уважаемый Наблюдатель… Это ничего, что я к вам обращаюсь, как прежде?
— Не возражаю.
— Что вы намерены делать дальше?
— Как обычно, уважаемый Игрок. Наблюдать. Змей идет по следу Мангуста, но не контактирует. Пока, во всяком случае.
— Вы можете предсказать его дальнейшие действия?
— В общих чертах. Это Мангуст способен на что угодно, а Змей очень рационален. Даже более, чем мы с вами. Однако он всего лишь человек, эмоции ему присущи…
— Ой ли? Так уж и человек?
— Хм…
  
ГЛАВА 16
 
Рома
Кутний Кряж оказался не просто большим — гигантским. Не ожидал, что эта на первый взгляд ровная как стол гора со срезанной вершиной может оказаться бескрайней. Впрочем, как выяснилось позже, не такая уж и ровная.
Мы пробирались по каким-то оврагам, где и горные козлы ноги переломают, а лошади так и вообще не пройдут. Зато гаджи — уникальные звери! — перли вперед, что те ящерки, при этом тащили на себе и нас, и поклажу и даже не споткнулись ни разу! Хотя, конечно, после дня в седле болело все, особенно то место, на котором сидишь. Батя, правда, успокоил, что и на лошади верхом с непривычки та же фигня, а то и похуже. Не знаю, единственный мой конь звался «велик», и не ездил я на нем уже давно…
В общем, к вечеру я просто выпадал из седла, и единственное, чего хотел — упасть и не шевелиться. Не судьба. Неугомонный папаша тут же развивал кипучую деятельность: тащи дрова, разводи костер, ставь котелок. Потом мы вместе выставляли защитный барьер. Это мне действительно нравилось — создавалось ощущение, будто частица отцовской магии передается и мне. Отгородившись от враждебного мира, готовили ужин. То есть кашеварил на этот раз отец, а я стоял рядом и познавал азы походной кулинарии. Магией он при этом совсем не пользовался, но похлебка получалась — пальчики оближешь. Я вспомнил свой давешний кулинарный шедевр и покраснел. Хорошо, что отец занят едой, не заметил.
Затем, до самого отбоя, мы болтали. «Мемуары Арча Бесстрашного», как шутил отец. После рассказа о Ключах Мастера, который пришлось вытаскивать чуть ли не клещами, он наконец-то разговорился и теперь вполне свободно рассказывал о своем бурном прошлом. Правда, довольно часто его рассказы прерывались репликами: «так, это секретная информация» или «ну, здесь неинтересно», но все равно я узнал массу вещей, о каких и в фантастическом боевике не прочитаешь! Одна история с халлидаррскими драконами чего стоила! Или все эти байки патрульных… Здорово!
  
Все, решено! Вот вытащим мать, и — пошел он, тот медицинский! Я тоже хочу в Академию Координационной Службы! Хотя, конечно, даже страшно подумать, что на это скажет мама.