Планета дождя

– Проснулись? – холодно поприветствовала его она.
– Да… – сказал Семен, не ожидавший увидеть Анну на пороге номера и потому расстроившийся – без посторонних глаз осмотреть станцию связи, видимо, не получится.
– Горбоносов попросил меня сопроводить вас сегодня в вашем… Расследовании.
– Хорошо, но сейчас уже вечер, и…
– Сейчас утро, товарищ майор, – улыбнулась Анна.
Семен округлил глаза и посмотрел на часы.
  
– Что? Так сейчас половина десятого утра? Я проспал сутки?
– Да, именно так.
Внутри Семена поднялась волна негодования. На языке застыл вопрос “вы что, что-то подмешали мне в чай?” Он был на девяносто процентов уверен, что подмешали. Но самое главное – он проспал целые сутки. Целые сутки… Когда каждый час на счету! Проклятье!
– Так, ладно. Проводите меня к станции связи. Чем скорее я все выясню, тем быстрее уберусь отсюда, – бросил Сорокин.
– Конечно, – криво улыбнулась Анна, – Я тоже очень хочу, чтобы вы закончили свои дела как можно скорее…
Они вышли в тускло освещенный коридор, на полу которого была постелена вытертая грязная ковровая дорожка неопределенного цвета, и направились к лестнице. Стены были покрыты пожелтевшими обоями, давно отсыревшими и местами отвалившимися. Прислушавшись, Семен услышал только шум дождя. Казалось, что во всем здании есть лишь они вдвоем. Спустившись вниз, они миновали двойные двери, ведущие к процедурным кабинетам, рядом с которыми висели плакаты “Здоровье каждого – богатство всех” и “Соблюдай сроки медосмотра” и направились к выходу.
У здания их ждала уже знакомая Семену старая ржавая машина. Прежде, чем Анна успела что-то сказать, он обошел автомобиль и демонстративно сел на переднее пассажирское сиденье. Анна хмыкнула и направилась к водительскому месту.
– Ну что, сначала позавтракаем? – спросила она, заводя двигатель, который тут же закашлялся и затрещал.
– Да, было бы неплохо, – сказал Семен, вдруг осознавший, что он чертовски проголодался.
Анна включила передачу и вывела машину на дорогу. Семен стал смотреть в окно. Машина проехала мимо трех панельных пятиэтажек – жилой квартал, где жили сотрудники миссии. На фоне черного неба дома выглядели угнетающе, несмотря на то что в некоторых окнах горел тусклый свет. Семен впервые увидел на улицах людей. В свете тусклых уличных фонарей они шли по каким-то своим делам, сгорбленные под струями дождевой воды, словно каждая капля весила не меньше нескольких килограмм. Все они были какими-то измученными, уставшими. Некоторые останавливались и провожали машину взглядом. Восемь месяцев без солнечного света… В городке, построенном посреди пустоты, на каменной равнине. Под непрекращающимся ни на секунду дождем. В материалах дела Семену попадалось описание методов борьбы с депрессивными настроениями, которые планировали применять к сотрудникам, но в такой обстановке эти методы вряд ли могли сработать.
При проектировании научного городка архитекторы и инженеры хотели, чтобы сотрудники миссии чувствовали себя максимально комфортно. Именно поэтому на чужой планете был воссоздан типовой наукоград в миниатюре. Здесь помимо здания института и жилых панелек, были уже знакомые Семену дом культуры, библиотека и санаторий, а также кинотеатр и спорткомплекс. Каким образом удалось перенести сюда на ракетах-носителях все модули, необходимые для постройки этих зданий, не говоря уже о всех мелочах, вроде ковров, мебели и плакатов, Семен даже вообразить не мог. Но сейчас он видел, что все эти типовые здания выглядели в местных декорациях совершенно чужеродно, и в сочетании с черным пасмурным небом и каменой пустошью, простирающейся на сколько хватало глаз, будили внутри лишь чувство тревоги и беспокойства.
Вдруг что-то привлекло внимание Семена. Проезжая очередной перекресток, он заметил кого-то в его глубине, дальше по дороге… Кто-то прыгал по лужам, разбрызгивая дождевую воду вокруг. Кто-то небольшого роста, с худенькими ножками… Ребенок?.. Но откуда здесь ребенок?
Не успел Семен сфокусировать свое зрение на этой картинке, как она скрылась за углом здания библиотеки. Семен повернулся к Анне – а она заметила? Нет, она продолжала как ни в чем ни бывало крутить руль, объезжая ямы и кочки. Он открыл было рот, чтобы спросить, но… Передумал. Голова все еще была тяжелой и болела, так что Семен не был уверен, что ему не привиделось…
Машина остановилась возле здания столовой, и Семен с Анной зашли внутрь. Интерьер был до боли знаком, на Земле Семен ходил обедать в ровно такую же столовую, располагающуюся возле его отделения. Даже цвет линолеума был таким же. Однако, в отличие от той земной столовой, здесь было абсолютно безлюдно, очень грязно, холодно и, как и везде на этой планете, одиноко. Две из шести простеньких пластмассовых люстр работали, освещая ряды пустых столов, покрытых липкими засохшими пятнами.
– Присаживайся, – Анна махнула рукой в сторону столов, а сама отправилась к раздаче.
Семен сел и посмотрел на часы – без десяти десять. Наверняка все сотрудники уже позавтракали и отправились на рабочие места. Хотя некоторых из них Семен видел блуждающими на улице. Странно…
Анна принесла поднос, на котором стояла тарелка с какой-то то ли кашей то ли овощным пюре и граненый стакан с чаем. Есть хотелось безумно, а потому Семен, не обращая внимания на сомнительный вкус, стал уплетать еле теплую кашу за обе щеки.
Анна уселась напротив и положила руки на стол.
– Слушай… – сказала она, – Мне кажется, мы не с того начали. Не хочу, чтобы ты подумал, будто мы… Не гостеприимные. Но у нас тут работа идет, понимаешь?
– А я мешаю и пугаю людей. Мне это вчера уже говорил Горбоносов.
– Ну… Не совсем так… Но ничего ведь не случилось, понимаешь?
– Да. Я уточню детали и улечу на Землю. Пусть дальше с этим разбираются в комитете. Поверьте, я тоже не заинтересован в том, чтобы тут задерживаться. Мне нужно домой как можно скорее.
– Хорошо, – Анна сделала небольшую паузу, – Так как ты долетел? Все нормально?
Семена удивил этот вопрос, прозвучавший из уст этой хладнокровной женщины. Он сделал глоток чая.
– Да, вполне. При посадке немного трясло… Ну и у вас автоматика космопорта не очень хорошо работает, вы в курсе? Крыша не закрылась до конца после того, как я приземлился.
– Да, здесь многое сбоит. Постоянный дождь, сырость… Все ржавеет и выходит из строя.
– Мне казалось, что на Земле все было подготовлено к таким условиям, разве нет?
Анна проигнорировала вопрос, задумчиво смотря куда-то в сторону.
– Так ты говоришь, нас потеряли? Посылали две спасательные экспедиции?
– Да. И обе, очевидно, не долетели до вас.
– Верно, – Анна посмотрела Семену прямо в глаза, – Но ты долетел.
– Да.
– Любопытно…
Семен доел последнюю ложку каши.
– Да, мы не понимаем, куда они делись. После прохождения барьера, когда я оказался уже возле Юпитерии, я первым делом послал радиосигнал во всех направлениях. Если бы хотя бы один из двух кораблей экспедиции был поблизости, думаю, они бы откликнулись.
– Но они не откликнулись, – сказала Анна, – Хочешь сказать, они не прошли барьер?
– Я не знаю, возможно. Мы же в действительности мало о нем знаем.
– Ну да… – протянула Анна, затем задумчиво добавила, – Но ты почему-то барьер прошел… Очень интересно.
Они некоторое время помолчали. Семен допил чай.
– Спасибо. Куда убрать посуду?
– Оставь здесь, – сказала Анна, – Ну, и куда бы ты хотел отправиться?
– Отвезите меня на станцию связи, пожалуйста, – сказал Семен, поднимаясь на ноги.
Анна слегка закатила глаза.
– Ну, как хочешь. Но скажу сразу – мы просто потеряем время.
  
Здание станции связи располагалось на окраине городка, на условном юге, тогда как космопорт находился на севере. Одноэтажное строение с огромной спутниковой антенной на крыше стояло на каменистой возвышенности. Единственным источником света был тусклый фонарь над входом в здание. Покрытая ржавчиной и наростами антенна виднелась на фоне озаряемого молниями черного неба. Она была наполнена дождевой водой, которая беспрестанно выливалась наружу, вытесняемая бесконечным дождем.