Долина смерти (ЛП)

На улице хаос, освещенный лучами наших фонарей. Рэд стоит на коленях в снегу, прижимая к себе правую руку, сквозь пальцы хлещет кровь. Лошади в панике, перепрыгивают через веревку и срываются с импровизированной стоянки, исчезая во тьме. Меня охватывает всеобъемлющий страх.
— Что случилось? — требует Дженсен, опускаясь на колени рядом с Рэдом. — Где Хэнк?
— Он… он напал на меня, — задыхаясь говорит Рэд, его лицо побелело от шока. — Укусил блять! Как зверь! Он был как зверь!
  
Дженсен отводит руку Рэда от раны, открывая взгляду разорванную ткань и зияющую под ней рану. Меня тошнит — куски мяса вырваны, кровь хлещет из раны в такт каждому удару сердца Рэда. Это не аккуратный укус дикого животного. Он рваный, ужасный, словно кто-то терзал плоть тупыми зубами, приложив неимоверную силу.
— Боже, — шепчет Коул рядом со мной, покачиваясь, словно вот-вот потеряет сознание.
— Занесите его внутрь, — приказываю я, мой профессиональный инстинкт берет верх. — Сейчас же.
Дженсен и Элай, поддерживая Рэда, почти волоком тащат его в хижину, а я сканирую темноту в поисках хоть каких-то признаков Хэнка. За пределами пятна света, отбрасываемого нашими фонарями, ничего не движется, но я чувствую чужой взгляд, наблюдающий за нами из тени деревьев. Черт, зря я оставила пистолет.
— Хэнк! — кричу я, мой голос эхом разносится по горному склону. В ответ — лишь шелест ветра в сосновых ветвях.
— Обри, зайди внутрь! — резко приказывает Дженсен из дверного проема.
Я отступаю к хижине, не желая поворачиваться спиной к темноте, пока не переступлю порог. Дженсен захлопывает дверь за мной и с лязгом задвигает тяжелый металлический засов.
Внутри Рэда укладывают на стол. Он все еще держится за изуродованную руку, под ним растекается лужа крови. Лицо пепельное, глаза расширены от ужаса и шока.
— Он просто… он набросился на меня, — дрожащим голосом повторяет он. — Мы стояли, разговаривали, и вдруг он… изменился. Его глаза… — Рэд с трудом сглатывает. — Его глаза были неправильные. Синие, как… я никогда раньше таких не видел.
Я сбрасываю куртку, закатываю рукава кофты и подхожу к Рэду.
— Надо остановить кровь. Коул, найди аптечку, — рявкаю я ему. — Элай, кипяти воду. Дженсен, нужны чистые тряпки, все, что можно использовать для перевязки.
Они, повинуясь, выполняют распоряжения, возможно, удивленные моей внезапной уверенностью, но слишком потрясенные, чтобы спорить. Я сосредотачиваюсь на Рэде, срываю с него остатки одежды и осматриваю рану с холодной отстраненностью, скрывающей ужас, что поднимается изнутри. Это та же отстраненность, что помогает мне на работе, она единственное, что спасает меня. Я приветствую ее, как старого друга.
— Все будет в порядке, — говорю ему тем же тоном, которым говорила, когда видела раненого агента на задании. Спокойно, властно, без тени сомнения. — Но тебе нужно лежать спокойно и медленно дышать. Сможешь это сделать? — если понадобится, я хоть на Мередит Грей стану похожа, лишь бы ему помочь.
Рэд судорожно кивает, зубы стучат от шока, а не от холода.
— Что… что с ним было не так? Почему он…?
— Разберемся позже, — твердо говорю я. — Сейчас нам нужно остановить кровь.
Коул возвращается с аптечкой, руки дрожат, когда он ставит ее рядом со мной. Я открываю ее, быстро оценивая содержимое — бинты, антисептик, основные лекарства, но ничего сильного, чтобы облегчить боль, которую сейчас испытывает Рэд.
— Там есть спирт? — спрашиваю я, встречаясь с паническим взглядом Коула. — Не для питья. Для дезинфекции.
— Я… я не знаю, — запинается он. — Сейчас посмотрю.
Пока он ищет, я возвращаюсь к ране Рэда. Кровотечение немного замедлилось, но все еще сильное. Без надлежащего медицинского оборудования остановить полностью будет сложно. Мне нужно очистить рану, приложить давление и надеяться, что не начнется заражение, пока мы не доберемся до больницы.
Элай приносит кастрюлю с кипящей водой и осторожно ставит ее рядом со мной. Дженсен возвращается с чердака с набором чистых рубашек и бандан — это лучшее, что у нас есть для самодельных бинтов.
— Держи его крепко, — говорю я Дженсену, который подходит к Рэду и кладет руки ему на плечи. — Будет больно, — предупреждаю Рэда. — Но мне нужно очистить рану, прежде чем ее перевязывать.
Рэд кивает, его лицо искажено от боли и страха.
— Просто сделай это. Делай, что должна.
По крайней мере, он не сомневается в моем авторитете.
Я работаю методично, очищая кровь и грязь горячей водой, смотря на истинный масштаб повреждений. Все хуже, чем я думала сначала — множественные укусы, вырванная плоть, местами видны мышцы. Тот, кто это сделал — что бы это ни было — не просто хотел причинить Рэду боль.
Кажется, будто он хотел… накормиться.
Образ глаз Хэнка, ставших голубыми, его зубов, вонзающихся в руку Рэда, пронзает меня леденящим ужасом.
Хэнк теперь один из них.
Один из голодных.
Я оглядываюсь.
— У кого-нибудь есть работающий телефон?
— У меня, — говорит Элай, доставая свой. — Зарядка закончилась, осталось всего пять процентов. Но сигнала нет.
— Попробуй отправить сигнал SOS, — говорю я.
— Не выйдет, — говорит Дженсен. — Эти горы создают помехи для спутников, необходимых для отправки сигнала на вышку. Поверь, я знаю. Можно попробовать, но не надейся на это.
— Все равно попробуй, — говорю я Элаю.
Он кивает и что-то нажимает на своем телефоне, потом качает головой.
— Не работает.
— Я не нашел никакого спирта, — говорит Коул, возвращаясь с пустыми руками. — Я везде искал.
— Посмотри в моей сумке, — говорю я, кивая на свой рюкзак в углу. — У меня есть санитайзер для рук в боковом кармане.
Коул подходит к моей сумке, вытаскивает ее из-под койки и роется в ней с возрастающим разочарованием.
— Я ничего не вижу…
Он внезапно умолкает, и когда я отрываю взгляд от раны Рэда, я вижу, что Коул что-то держит в руке. Что-то, что блестит в свете, металлическое и знакомое.
Пистолет.
Мой чертов пистолет.
— Что это? — спрашивает Коул, поворачивая его в руках. — Почему у тебя в сумке пистолет?
В комнате воцаряется тишина, все взгляды обращены на меня. Я сохраняю руки неподвижными, отказываясь показывать панику, поднимающуюся в моей груди.
Сохраняй спокойствие, сохраняй спокойствие, сохраняй спокойствие.
— А ты как думаешь? Для защиты, — ровно говорю я. — Положи его обратно и принеси мне санитайзер для рук.
Но Коул уже роется в моей сумке глубже, вытаскивая мой кошелек. Я беспомощно наблюдаю, с руками, испачканными кровью Рэда, как он открывает его.
— Что ты, черт возьми, делаешь? — кричу я ему. — Это мой кошелек! Положи его обратно и принеси мне чертов санитайзер.
— Коул, — предостерегающе рычит Дженсен, надвигаясь на него.
Но пальцы Коула проворны, он рассматривает все в моем кошельке. У меня хватило предусмотрительности оставить свой значок в бардачке, но когда он вытаскивает визитку, застрявшую под другими, и ахает, мое сердце уходит в пятки.
— ФБР? — Коул читает мою визитку, в его голосе слышится недоверие. — Специальный агент Обри Уэллс?
Последовавшая тишина оглушает. Дженсен смотрит на меня, шок и что-то еще — предательство — написаны на его лице. Выражение лица Элая более расчетливое, как будто кусочки головоломки внезапно встают на свои места. И Рэд, несмотря на свою боль, несмотря на то, что его укусил друг, смотрит на меня с новой настороженностью.
— Ты чертов федерал? — требует Коул гневно. — Чертов федерал?! Ты все это время нам врала?
Я выдерживаю его взгляд, не отводя глаз.
  
— Я в отпуске. Это не официальное расследование. Я приехала сюда искать свою сестру как частное лицо.
— Бред собачий, — сплевывает Коул. — Ты следила за нами, да? Собирала улики? Что это, какая-то спецоперация?
— Коул, хватит, — говорит Дженсен напряженным голосом. — Положи все на место и принеси нам санитайзер для рук. Нам нужно помочь Рэду, — он делает паузу, глядя на Рэда. — У нас мало времени.