Ополченец (СИ)

Захар мигом приободрился. Я глазом не успел моргнуть, как рядом со мной оказался коммивояжёр, расхваливающий свой товар.
— Вот этот — этот защитный, смотри! На шею повесил, коснулся — и он тебя не хуже доспехов защищает, а силы не тратит! Главное что? Главное — что его потом заново наполнить можно! Такие штуки — редкость, за пять костей отдам, так-то восемь стоит. А вот, смотри, вообще только для своих, абы кому не предлагаю. Вишь? Под водой дышать можно! Прям как рыба. Но этот, правда, одноразовый. Использовал — выкинул. Потому — всего две кости. Ну, из уважения — одну. Очень мне понравилось, как ты кобылу спас. Охотники обычно только на людей внимание обращают, а до зверей им дела нет, коли в том зверье костей интересных не содержится… Вот этот, глянь, от яда защищает! Сегодня бы хорошо тебе пригодился, да. Тоже надел — и думать забыл, удобнячая штука.
Слушал я с интересом, на ус мотал, но воспринимал скептически. Амулеты — это, конечно, хорошо, но на них одних далеко не уедешь. Думается, не один малолетний дурачок сгинул в лесах, обвешавшись амулетами и понадеявшись, что за прокачку твари не спросят.
Ёлочные игрушки — это красиво, настроение создаёт. Только вот для начала ёлка нужна, на которую их вешать.
— А меч в Поречье знаешь, где взять? — спросил я. — Ну, ты понял: правильный меч. Охотничий.
— Конечно, — кивнул Захар. — Но за кости не отдадут, надо сперва в обменник заехать. Там, кстати, рядом с обменником есть ещё местечко хорошее, можно недорого перекусить.
— Да я в постоялом дворе уже счёт открыл. «Маша и Медвель», знаешь?
— Это у Фёдора, что ли? — Захар фыркнул. — Мошенник. Нет, я не говорю, что он охотника дурить будет. Но всё одно — мошенник, не люблю я его.
— Тебе и не надо, — успокоил я парня. — Меч-то почём?
— Меч мечу — рознь… — призадумался Захар. — Какой и сто империалов стоит… Вообще, охотники их обычно на заказ куют, по руке да по силе. Ну а так, за один золотой чего-нибудь прикупить всяко можно. На раз на волкодлака сходить хватит. А крыс-лягух — так и вовсе бей не хочу.
За одну кость давали серебряный рубль. Сегодня я, сам того не ожидая, добыл семь, одну пожертвовал этому весёлому проходимцу, осталось шесть. Ну и сам не с пустыми руками приехал. Так что, думаю, можно зайти прицениться.
— А чего ты один-то? — вдруг спросил Захар. — Разве наставник тебе всё не рассказывает?
— Да пока речь не заходила как-то, — пожал я плечами. — А один — потому что вообще охотиться не собирался, в Поречье по другим делам приехал. А тут — предложение. От которого, блин, хрен откажешься.
— Понимаю, — кивнул Захар. — Деньги-то зарабатывать надо, кто ж тут носом крутить станет.
Так, за разговорами, добрались до Поречья, где меня встретили как героя. Дождавшись, пока восторги стихнут, я честно сказал:
— Лягушек покрошил, сколько вылезло. Сколько их там ещё сидит — честно, не знаю. Хотя сегодня, думаю, уже не сунутся.
— Эт точно, — подтвердил Захар. — Сегодня не полезут, а вот завтра… Тут десятком идти бы надо, да основательно.
— Десятком! — опечалился мужик, которому я вернул «мотоцикл». — Одного-то охотника увидишь — за счастье почитай. Где ж их десяток набрать. В Смоленске, может, ещё и собираются. А тут, у нас… — Он махнул рукой и замолчал.
Ясно. Охотники — товар штучный. И жмутся поближе к столицам, серьёзным городам. А что творится в провинциях — всем, в общем-то, класть. Ничего нового, опять же. Всё как всегда.
Услышав о том, что сегодня лягух можно уже не опасаться, крестьяне засуетились. Принялись собираться, запрягать лошадей. Вскоре в открытые ворота потянулась вереница подвод.
— Кто там побыстрее до места доберётся, скажите, чтобы в город молочные продукты доставили, — вспомнил я. — А то есть тут один такой Фёдор. Нервничает.
— Скажем непременно, — поклонился мне хозяин «мотоцикла». — Да люди и сами будут рады-радешеньки, что можно товар отвезти. Дай бог тебе здоровья, охотник! Выручил ты нас. Век не забудем.
Крестьяне, сидящие в телегах и идущие рядом с ними, проезжая мимо меня, низко кланялись. Захар стоял рядом со мной и всем своим видом демонстрировал, что тоже при делах. Шустрый парень.
 
— Идём, что ли? — сказал я ему.
— Куда?
— Апгрейдиться.
— Куда-куда?
— Меч покупать. Веди, Сусанин.
Захар вылупил глаза:
— Откуда ты мою фамилию знаешь⁈
Н-да. Забавно получилось. Хотя, если ничего не путаю, тот Сусанин, который из мемов, был родом откуда-то из здешних мест. Крестьянин. А значит, скорее всего, как водится в деревнях, половина дворов — Сусанины. То есть, совпадение не такое уж охрененно невероятное.
— У меня свои источники информации. Веди, чего встал?
Идти пришлось недалеко. Далеко ходить тут было в принципе некуда. Пятнадцать минут неспешного шага, и вот мы уже стоим возле обменника. Ещё пять минут — и шесть костей, собранные с лягух, превратились в шесть серебряных рублей.
Я присоединил их к тем, что уже лежали в кошеле — с удовольствием почувствовав, как мешочек прибавил в весе. Полученными родиями займусь позже. Прокачка — это тебе не лягух на взлёте сшибать. Прокачка — дело серьёзное, с кондачка не решается. Думать надо.
Захар тоже обменял свою единственную кость на серебряный рубль.
Предложение зайти в отличную харчевню неподалёку я проигнорил. Решил, что сначала дело, потом перекусы. Да и Фёдор, дай ему бог здоровья, завтраком накормил так, что голода пока не чувствовал.
Скоро Захар распахнул передо мной дверь оружейной лавки.
Хозяин лавки чем-то напомнил Фёдора. Такой же солидный и основательный. И так же, как Фёдор, мгновенно смекнувший, что пожаловал к нему не праздно шатающийся балбес, а вполне себе потенциальный клиент.
— Чего желаешь, охотник? — Хозяин вышел из-за прилавка и поклонился.
— Меч.
— Это можно. Выбирай, — хозяин повёл рукой, показывая на стену.
Та была завешана оружием так густо, что у меня зарябило в глазах. Мечи, кинжалы, сабли, пистолеты — чего только нет.
— Богато, — оценил я.
— У меня лучшая лавка в городе. Если пожелаешь, могу и заказ принять.
— И почём будет, если на заказ?
— От шести империалов.
Я присвистнул.
Хозяин развёл руками:
— Дешевле на заказ не найдёшь. В Смоленске мастеров больше, чем у нас, но и те дешевле не возьмутся.
— Ясно.
Я не расстроился. Что-то подсказывало, что заказной меч мне пока не по рангу. Прокачаюсь выше, тогда и буду об этом думать. А сейчас…
Я подошёл к стене. Постоял, глядя на неё, и уверенно сказал:
— Вон тот.
Меч висел в правом верхнем углу. Неприметный такой. Ни тебе драгоценных камней на рукояти, ни прочего обвеса. Обычный прямой меч.
— Точно этот хочешь? — удивился хозяин. — Вот, гляди! — Он снял со стены другой меч. — Той же длины, того же весу. Новёхонький — муха не садилась! И уступить дешевле могу.
— А этот не новый, что ли?
— Этот здесь уже двадцать лет висит. Ещё батя мой, царство ему небесное, повесил.
— И за двадцать лет никому не понадобился?
Хозяин насупился. Буркнул:
— Доставать, что ли? Не передумал? — Отвечать на вопрос ему определённо не хотелось.
— Доставай.
Хозяин придвинул к стене табурет — судя по виду, именно для этого и предназначенный. Встал на него ногами, дотянулся до меча и снял со стены. Подал мне.
Я взялся левой рукой за ножны, правой за рукоять. Потянул меч на себя. Выскользнул он легко, как будто ничего не весил. Рукоять легла в ладонь, как родная. А на душе у меня вдруг стало тепло — как бывает, когда встречаешь старого друга.
— Беру, — объявил я.
Посмотрел на хозяина. А тот во все глаза глядел на меня. Прошептал что-то и перекрестился.
Глава 15 
— Ты чего? — удивился я.
— Как твоё имя, охотник?
— Владимир.
— Ишь ты…
Это было всё, что он сказал. Замолчал и продолжил таращиться на меня. Я потихоньку начал беситься.