Путеводная звезда. Том 2 (СИ)
Расту. Как гриб после дождя. Впрочем, неожиданное повышение даже не радовало.
Безбородко между тем положил на стол таблетку проектора и передо мной возникла рельефная карта Восточной Европы. С многочисленными обозначениями принадлежности государственных, клановых и корпоративных территорий, а также дисклокации войск у границ Конфедерации. Войск с обеих сторон границ.
- Готовите очередной распил Польши? - только и поинтересовался я.
Безбородко отвечать не стал. Только головой покачал, показывая все что он думает о моей деликатности в определениях. После этой молчаливой демонстрации граф начал объяснять технические детали всего того, что от меня требуется - как нового, причем в связи с событиями в Елисаветграде теперь далеко не последнего владетеля в регионе.
По утвержденному наверху плану войска европейцев и конфедератов в ближайшее время должны были аннексировать, разделяя, Речь Посполитую. И я не знаю (вернее, не хочу даже знать) за какую цену британцы самоустранились, развязывая руки Европейскому союзу и Конфедерации в очередном разделе Польши.
Власть на занимаемой конфедератами территории Речи Посполитой забирал национальный клан Шуйских - объединившаяся верхушка кланов Разумовских и Юсуповых, претендующих как понимаю на титул Наместника Царства Польского. Имущество и земли их кланов в бывшей Вольнице также поделили, причем ожидаемо: территории Разумовских отходили Анне Николаевне, главе нового имперского княжеского рода Разумовских, и опять же новому имперскому княжескому роду Юсуповых, на главенство в котором весьма серьезно в перспективе претендовала Анастасия.
Граф говорил и говорил, рассказывая, но слушать все это мне было довольно непросто. Да и вообще беседа складывалась для меня с трудом. Потому что утвержденные планы по реформам Вольницы и аннексии Речи Посполитой, которую британцы отдали русским и европейцам, меня не интересовали. Потому что если то, о чем мы сегодня ночью с Алексеем и Ольгой договорились получится, все здесь и сейчас сказанное не будет иметь никакого смысла - тексты планов придется заново переписывать, в каких-то местах вообще с белого листа.
Если же задуманное не получится… есть вариант, что нам всем после этого будет все равно.
В бытность прошлой жизни мне однажды приходилось работать по внедрению проекта, в работе над которым были задействованы сотни людей в нескольких регионах. Причем на момент начала работы я уже обладал эксклюзивной инсайдерской информацией о том, что все это - сизифов труд, так как бизнес собственниками будет продан. На тот момент о продаже бизнеса уже шли переговоры, а новый реализуемый проект в свете этого имел только один вариант - быть зарубленным на корню. Вот только обладая этой информацией, я не мог ни с кем ей поделиться, и вынужден был работать без спущенных рукавов. Сейчас возникла такая же ситуация - масштабом правда только много серьезнее. И от осознания этого было непросто - не люблю работать на результат, а после бросать его в воду.
Тем не менее, нельзя было показать, что в реализуемый сейчас проект я не верю. Поэтому я внимательно слушал и обсуждал с графом Безбородко границы моей роли и полномочий и как варлорда и как владетеля. А кроме того, обсуждение касалось еще активов Власовых, чьи земли также должны были перейти под мою руку, с ликвидацией их национального клана. К счастью, сам бывший князь - едва не убитый озаренной, уже шел на поправку, и я даже знаю на кого можно будет скинуть управление всем этим делом.
Особого внимания требовали и активы княжеского рода Юсуповых-Штейнберг. Безбородко в этой связи очень интересовала моя возможность гарантировать выполнение государственных контрактов. От которых и отказаться мне было никак нельзя. Поэтому, когда граф и Татьяна Николаевна ушли - время уже близилось к обеду, я чувствовал себя словно выжатый лимон.
Безбородко ушел, но сразу после обеда у меня в кабинете появились новые гости. Это были прибывшие из Архангельска Зоряна, Барбара и Адольф. Последний вошел в номер последним и закатил приличных размеров баул на колесах.
- Здорово, художник! - приветствовал я своего нового арт-директора, и кивком поздоровавшись и Барбарой, обнялся и поцеловался с Зоряной.
В этот раз, в отличие от беседы с Безбородко, все проходило гораздо более интересно. У меня даже голова прошла, особенно после того, как Адольф раскрыл баул и начал оттуда доставать плоды труда нескольких месяцев.
Фридман и Элимелех, покойся он с миром… Или пока не покойся, с архидемонами никогда нельзя быть ни в чем уверенным, особенно если тела не видел. Да даже если и тело видел, тоже уверенным ни в чем быть нельзя. В общем, Элимелех, пока был жив, работал вместе с Фридманом над полученным от меня, одним из, заданий, и эти два господина меня не подвели. Выполнили данное мною давным-давно, еще в Архангельске, указание о поиске свободолюбивых инженеров и дизайнеров из фирм-производителей горнолыжного оборудования. И сейчас, взяв одну из готовых досок, я крутил ее со всех сторон, удовлетворенно рассматривая.
- Эту модель можно будет назвать «Улыбка», - подытожил я результат осмотра.
- Почему улыбка? - поинтересовалась Зоряна.
- Потому что… - протянул я, рассматривая рисунок на доске, где была изображена нагая девушка, лежащая на серфе и плывущая по лазурной прозрачной воде южного моря.
- …потому что глядя на эту доску зимой, думаешь о лете. А глядя на нее летом, думаешь о зиме. Эта доска - как улыбка Чеширского кота, живущая отдельно от него.
Похожая доска Atom Freemind, с таким же точно рисунком, была у меня в прошлой жизни. И именно этот рисунок я дал задание Адольфу с точностью воспроизвести на одной из моделей. Вдоволь налюбовавшись на отлично выполненный результат, принялся разбираться с креплениями и ботинками, образцы которых мне также принесли.
После демонстрации результатов Адольф и Барбара номер покинули, а мы с Зоряной несколько часов потратили на то, чтобы составить план мероприятий. В том числе по открытию сезона на курорте, который Валера мне уже передал, и управление которого Зоряна уже полностью взяла в свои руки. После того как закончили с досками, пришло время разбираться с нюансами грядущего переезда. Для этого ко мне прибыл лично только что прилетевший из Елисаветграда штабс-капитан Измайлов.
Отряд варлорда Артура Волкова, вместе с Измайловым, который по плану будет совмещать сразу две должности - командира отряда, и место главы службы безопасности княжеского рода, полностью переезжал в Елисаветград, в ППД в усадьбе Юсуповых-Штейнберг, охранять Место Силы, к которому привязан мой слепок души. Курирующая горнолыжный курорт Зоряна оставалась в усадьбе Делашапель, вместе с Геком и личной охраной.
Ближе к ужину в номере появился немного взъерошенный Моисей Яковлевич, прилетевший из Калуги. И он стал еще более взъерошенным, узнав, что становится поверенным уже имперского княжеского рода. Впрочем, после небольшого замешательства неуверенная улыбка Моисея Яковлевича вновь стала напоминать оскал акулы, а глаза загорелись в ожидании грядущих разборок за наследство удаленных из Вольницы национальных кланов. За наследство, которого мне полагалась немалая часть.
Вместе с Моисеем Яковлевичем мы обсудили и утвердили последние нюансы переезда и ближайших неотложных дел в усадьбе Юсуповых-Штейнберг в Елисаветграде. Которую, к слову, снова восстановили. В очередной уже раз. Под это уже обсуждение в кабинет вернулась Барбара.
Она, за неимением у меня других кандидатур, должна была стать помощницей управляющей поместья. Квалификации у бывшей горничной для должности управляющей определенно не хватало, зато у нее было самое главное - лояльность лично мне. Да и желание получать образование, как у Зоряны. Поэтому в ближайших планах был найм управляющего со стороны, на годичный контракт, а дальше уже по ситуации.
Когда за окнами давным-давно было темно, Измайлов, попрощавшись первым, номер покинул. Фридман, Барбара и Зоряна собрались было выйти следом за штабс-капитаном, но когда они поднялись, юриста я попросил остаться. Зоряна, направившаяся было к выходу, явно не торопилась. Намереваясь, наверняка, подождать пока все выйдут, а после сказать мне пару слов наедине. Но видя, что я еще намерен побеседовать с Фридманов, Зоряна подошла ближе и присела на одно колено рядом со мной, взяв меня за руку.
