Легкое отклонение от канона. Или гоп со смыком по-корейски (СИ)

— И ЧжунГи совершенно не соврала, когда говорила о драйве, напряге и энергии.
— Она это говорила про рок-композицию
— Неважно. То, что она играла на экзамене, в корне отличается от той классики, которую мы привыкли слушать. Это именно драйв, напряг и энергия невиданных масштабов! Это экспрессия. Это столетие в музыкальной жизни планеты, будет называться Эпохой ЧжунГи. Эпохой экспрессионизма! Вот помяните моё слово. Я отослала видео, которое ты мне дал ИнСон-оппа, от твоего айтишника, Монсерат. Спросила как ей.
— Ну и как? — очумел от такой новости сабоним.
— На, читай. А, ты ж по-итальянски не читаешь. Тут написано, — она поднесла экран своего «Самсунга» к глазам ИнСона. — «Отстань»! Понял?
— Нет.
— Если она так сказала, лучше её не трогать. Значит она чем-то увлечена. Я её хорошо изучила. Насчёт элит ты надеюсь понял?
— Знаешь, от таких перспекив дух захватывает. И единоличный хозяин, я и моё агенство.
— Представь, — продолжала совращать «девственника», оперная змея. — В Сеул, чтобы послушать новую классику съезжаются все правительства мира!
ИнСон, представил. Вот к его агенству подъезжают королевские экипажи. Выходят короли, королевы, принцы и герцоги. В роскошных костюмах восемнадцатого века. За ними кортежи президентов, восточных монархов, премьер-министров. Дальше к площади у здания подходит босоногий Папа. В тиаре и с посохом. За ним патриарх греческий и московский. Не спеша разговаривают расчёсывая бороды. Потом степенные имамы с учениками и весёлые раввины. С пейсами скрипками и балалайками, или что там у них. Кришнаиты и буддисты. Синтоисты японцы с ветками сакуры в руках. А за ними сплошные элиты, толпами идут. Идут и идут. И конца-краю не видно. И он их встречает на крыльце агенства. В тунике, сандалиях на босу ногу и с лавровым венком на голове и лирой в руках! А на лавровом венке, по бокам трепещут крылышки! И босой Папа, кланяется ему в ноги и басом провозглашает:
— Приветствуем тебя, о великий Орфеус! Кажи нам чудо! — И все элиты тоже кланяются. ИнСону поплохело.
— И что? — хрипло спросил он. — Все они приедут слушать вот это? Которое сейчас с моими мемберами пошло в кафе? Которое за два неполных дня вынесло мне мозг?
— Онни, принеси сабониму воды, пожалуйста, — попросила змея в человеческом облике, свою подругу.
— И мне придётся, посылать её на гастроли за границу! — вскричал и без воды пришедший в себя сабоним, от посетившей его мысли. — А там, она будет зарабатывать восемьдесят процентов от сборов!
— Контракт подписан, — улыбнулась ХёЧжин.
— То-то я смотрю ты не возражала, что ГопСо останется в агенстве на восемь лет!
— Контракт подписан.
— Провела меня вокруг пальца. А ещё, нуна! Холь! Ты настоящая кумихо!
— Ты ещё молодой, ИнСон-оппа. Твоему агенству всего десять лет. Опыт приходит со временем.
— Сабоним, — раздался из интеркома голос секретарши. — Пришёл господин нотариус.
— Онни, показывайте где столовая, очень кушать хочется, — сказала ЧжунГи, когда компания девчонок отдалилась от студии и в длинном пустом коридоре, отгремело последнее эхо песенки о копейке.
— Не столовая, а кафе, — ответила Арым хватая меня за левую руку. Айрин соответвтенно схватила за правую и мои онни поддали газу. Не прошло и парочки минут, как мы ещё раз завернув за очередной угол, попали в ярко освещённое помещение с одуряющим запахом еды.
— Ух, ты!
— Это кафе работает круглосуточно, ГопСо.
— Почему?
— Иногда айдолы или группы заканчивают свои выступления поздно вечером или ночью, или даже под утро. На такие случаи, в агенстве, их всегда ждёт горячий ужин, обед или завтрак. Сама видишь, кафе небольшое. Так-то мы сами себе готовим в наших апартаментах.
— Апартаментах?
— Ну, да. Как правило группы живут вместе. Размещаются в нескольких комнатах по двое-трое в одной, — объясняла мне Айрин.
— А если группа, смешанная?
— У нас пока таких нет, — ответила Арым. — Эта новая мода только входит в к-поп.
В небольшом помещении, расчитанном на десяток столиков, не более, действительно было почти пусто. Только за парочкой столов сидело три мальчика и несколько девчонок. И лишь в самом углу, размещалась компания девушек, занявших два вместе сдвинутых стола. Их было шестеро.
  
В принципе, кафе работало, как обыкновенная столовая. Только одно название, что кафе. А так, сам берёшь поднос и отправляешься на раздачу, где тебе несколько ачжум, накладывают в тарелки рис или лапшу, а к ним различные добавки и соусы. Ну и конечно вездесущее кимчхи. Бее. И всё острое. Мяса я не заметил, что и сказал своим онни.
— А что ты хотела? Это ведь агенство, а не ресторан. Здесь всё диетическое, для поддержания формы, — ответила Арым.
Заказал тарелку рамёна с маслом и соевые лепёшки хотток. Да я здесь от голода сдохну! Зато большуший стакан холодного, свежевыжатого апельсинового сока, внушал оптимизм.
— Скажи, ГопСо, — начала Айрин, — как ты не боишься, так разговаривать с сабонимом?
— Как, так? — не понял я.
— Ну, так свободно. Я когда его вижу, у меня уже коленки дрожат, а если он ещё и заговорит. Вообще теряюсь.
— Он, что? Кусается?
— Нет, но…он же президент, понимаешь? Владелец целого агенства!
— И что?
— Ты видела какие очереди на улице стоят? И все хотят стать его мемберами!
— И поэтому ты боишься его, онни?
— Конечно! Мы же флопнулись! А ну, как возьмёт и в подвал отправит?
— Какой подвал?
— Так говорят, когда лишают выступления на сцене. Флопнулся, значит ещё не готов выступать. И отправляешься снова в трейни. Понимаешь?
— А-а, теперь понимаю, — важно сказала ЧжунГи, хлюпнув при этом рамёном. — Но вы не бойтесь. Вам подвал не грозит. Я вас выведу под свет юпитеров!
Девчонки прыснули в ладошки, глядя на игру ЧжунГи.
— Вы у меня, так озвездитесь…то есть звезданётесь…то есть… — в дальнем углу кафе, тоже послышались тихие смешки. Но я не обратил внимания.
— Да ты сама со звезды упала, — хихикнула Айрин. — Так разговаривать с сабонимом! Я бы в штаны наделала! А он слушает.
— И штрафует, — помрачнела ЧжунГи.
— Холь! Девочки, — зашептала Арым. — Это же Т-АRA!
— Где? — тоже тихо спросила Айрин.
— Там в углу. — они обе тайком оглянулись в сторону стайки сдвинувших стол девушек.
— Тара? — переспросила ЧжунГи. — Бутылки, что ли сдают?
— Какие бутылки? Ты точно со звезды рухнула! «Тиара», айдол гёрлз-группа!
— Тоже флопнулись? Что-то они очень тихо сидят. И еды у них не видно.
В эту минуту в двери кафе заглянул дядечка, среднего роста, средней упитанности и средней наружности.
— Тиара, на выход! — крикнул он на весь небольшой зал.
— Менеджер, Ким! — вскочила тёмненькая, длинноволосая девушка…и поклонилась. За ней повскакивали и остальные.
— Менеджер, Ким! — вскочили и парни и девушки с других столиков.
Мы тоже подскочили, как ужаленные. За компанию.
— Менеджер, Ким!
— А что это за хрен с бугра? — поинтересовалась ЧжунГи.
— Тсс! — зашипели мои онни. — Это помощник главного менеджера агенства, Пак ГиСока!
— А кто такой, Пак ГиСок?
— Первый помощник, сабонима. Второе лицо в агенстве!
— А-а-а.
Тем временем Тиара проходила мимо нашего столика. А, что? Такие себе приличные тёлочки. Вдруг первая, тёмненькая, наставила на меня указательный палец…и проследовала дальше. За ней, вторая, рыженькая. Тоже наставила пальчик и прошла мимо. Третья, светленькая. Чуть тормознула, отчего следующая за ней малышка, врезалась в спину.
— КюРи! — зашипела маленькая. Но та, тоже ткнула в мою сторону пальчиком и пошла на выход, а вот маленькая тихо сказала:
— Файтинг.
— Файтинг, — послушно ответила ЧжунГи на пароль.
Ещё одна тёмненькая, хотела ткнуть, но передумала и просто помахала ладошкой, а последняя с короткой стрижкой проходя сказала:
— Мы тебя запомнили, ГопСо. Берегись! — потом улыбнулась и покачивая бёдрами последовала к дверям.